Злые обезьяны
Шрифт:
Вместо этого в первый учебный день тетя подняла меня страшно рано, чтобы я успела собраться до приезда мамы Карлотты. Единственный раз я засомневалась во всей этой затее, когда дверь моей спальни распахнулась в пять утра. Через полчаса я уже сидела в машине, а без четверти шесть мы с Карлоттой грызли перед школой конфетки-сигаретки в компании других ранних пташек.
Примерно в шесть пятнадцать появилась библиотекарша. Она впустила нас в здание и заставила до начала занятий торчать в библиотеке. Когда закончились уроки, мы вернулись туда и убивали время до появления Фелипе на его пикапе.
– В библиотеке была Нэнси Дрю?
– Полный
– А что насчет занятий? Какими они были?
– Скучными.
– У вас появились еще друзья?
– На самом деле нет. Я пыталась найти себе дурную компанию, но из того, что могло предложить это местечко, Карлотта с ее леденцовым «Пэлл Мэлл» была ближе всех к шпане. Не хочу говорить, что остальные оказались тупой деревенщиной, но они были тупой деревенщиной. Так что я застряла с Карлоттой, и мы сами себя развлекали.
6
Братья Харди и близнецы Боббси – герои детских детективов.
– И эти развлечения включали в себя любительские расследования?
– Не нарочно. Вы ведь об уборщике, правильно? Я его раскусила, но это вышло случайно.
– Что произошло?
– Школа была загружена процентов на шестьдесят, и чтобы сэкономить деньги, целое крыло здания закрыли. Официально ходить туда было запрещено, но именно поэтому, конечно, так и подмывало забраться внутрь; мы с Карлоттой обсуждали, что раздобудем ломик и все там разведаем.
Однажды днем я шла в туалет и заметила, как уборщик открыл одну из дверей в запретное крыло. Он вошел и захлопнул за собой створку, но я не слышала, чтобы щелкнул замок. Редкая удача; я чуть не побежала в библиотеку за Карлоттой, но поразмыслила и решила, что это может оказаться больше, чем просто удача.
Понимаете, единственное, чего мне не хватало в Сиеста Корта, – травки. И это сводило с ума, потому что я оказалась в самом сердце проклятущей страны фермеров и знала, что люди должны тут ее выращивать. Но никаких таких связей у меня не было. От Карлотты помощи не жди; ее губ касалось только вино для причастия, да и то редко. Я сильно надеялась на Фелипе, но, когда разговор коснулся наркоты, он оказался еще большим пуританином, чем его сестра. Однажды я попытался поднять эту тему, он только злобно на меня зыркнул.
– И вы решили, что с уборщиком повезет?
– Конечно. В четыре часа дня парень входит в заброшенную часть здания. Зачем? Не полы же мыть. Никаких инструментов у него с собой не было, так что ремонт он там делать не мог. Что же остается?
– Я мог бы вообразить множество вещей. Но, так понимаю, вы уповали на порок?
– Ну да. И мы говорим о молодом парне с длинными волосами и бородой Иисуса. Так что же за порок он предпочитал, как думаете?
– Не тот, о котором вы подумали.
– Нет, на самом деле именно тот. И не только его.
За дверью оказался длинный коридор с пустыми классами. Уборщик был в последней комнате слева, и уже на полпути я учуяла запах травки. Хорошей – он явно знал нужных людей. Так что я кралась, придумывая, как на этом сыграть. Думала, могу ли подойти непринужденно и дружелюбно – «Привет, а можно и мне затянуться?» –
– И какой вариант вы выбрали?
– Не могла решить. Я же вообще не знала этого парня, правильно? Так что понятия не имела, что проще – напугать его или заставить делиться. А между тем я уже стояла у самой двери – и стали слышны все эти обезьяньи крики.
– Обезьяньи крики?
– Ага. Буквально. Я даже сначала подумала: может, у него там шимпанзе? Неправдоподобно, знаю, но кто может поручиться за любителя травки? Так что я заглянула в щелку и увидела такую сценку, что меня чуть не разорвало.
Уборщик был у окна. У него там стоял телескоп, и его лицо прижималось к окуляру, будто приклеенное. Левая рука изогнулась над головой, вот так, держа косяк, а правая была у талии, держа… Ну, я не могла, слава Богу, точно разглядеть что, но по движениям нетрудно догадаться.
Что касается обезьяньих криков, то это было два звука, слившихся в один. Он, конечно же, и сам хрюкал, но еще, чтобы опираться, подтащил стул, уселся задницей на подлокотник, а ножки стула издавали такой скрип-скрип-скрип в такт хрюканью: вуаля, настоящие крики шимпанзе. Что во всех отношениях было не слишком далеко от истины.
Так что я за этим наблюдала, и такая «буэ!», но в то же время мне все еще хотелось раздобыть немного дури. Теперь у меня точно было чем шантажировать этого парня, но об идее сцепиться с ним в кабинете и думать не хотелось, до того грязной эта мысль казалась, поэтому я решила подождать и посмотреть, оставит ли он бычок, когда закончит свои дела. Мы с Луной так поступали на вечеринках ее родителей: выгребали остатки из пепельниц и набивали ими бонг. Отличный способ получить нужное без разговоров со всякими уродами.
Я спряталась в классе напротив и молилась, чтобы этот тип поскорее кончил. Обезьяньи крики стали громче и больше походили на вопли гориллы, а не шимпанзе, затем громкий стук, словно стол упал, потом тишина, и едва слышный звук застегивающейся молнии. В коридоре раздались шаги, он не то чтобы бежал, но спешил, будто вспомнил о встрече.
Убедившись, что путь свободен, я выбралась из укрытия. С травкой не повезло: он, конечно, оставил кое-что после себя, но совсем не марихуану.
Я посмотрела в телескоп, чтобы узнать, за кем же он шпионил. Ожидала увидеть раздевалку для девочек или что-то в таком роде, но вкусы у парня оказались более странными, чем я думала. Телескоп был направлен на небольшую площадку для пикников, примерно в четверти мили к югу от школы. Ничего особенного, просто место для разворота у шоссе девяносто девять с несколькими деревянными столиками и качелями на дереве. Туда ходили на свиданки, в пятницу или в субботу вечером, думаю, этого любопытного многое могло привлечь, но сейчас там сидело семейство туристов: мама, папа, два малыша, золотистый ретривер и трейлер с наклейками из Диснейленда.
Я не увидела ничего привлекательного. То есть мало ли бывает извращенцев, но эта семья не казалась, ну, вы понимаете, вдохновением для самоудовлетворения. Поэтому я пыталась разгадать загадку – мамаша его так распалила? Или это был пес? – когда услышала, как хлопнула дверь. И я такая: «Ой, черт, он возвращается», но это была не дверь кабинета, а вход в школу. Я выглянула в окно и увидела уборщика на стоянке. Он подошел к коричневому фургону, влез в него, завел двигатель… и стал там просто сидеть.