Злой
Шрифт:
И уже лежа внизу, на бетоне, он поймал в прицел бросившуюся следом громадную тварь. Бахнуло снова.
Он был совершенно уверен, что и в первый раз попал в зверя. Сейчас же он видел, как мотнулась огромная голова, — словно по ней двинули кувалдой. Зверь замер, словно в замешательстве, не отрывая от жертвы кроваво-рубинового взгляда.
Злой тоже не мог оторвать взгляда от этих гипнотизирующих глаз. Руки сами переломили штуцер, выкинув дымящиеся стреляные гильзы и впихнув на их место патроны, со скрипом вырванные из зубов.
Тварь
И только тогда тварь издала первый звук. Полный боли, тоскливый, ужасающий вой, переходящий в предсмертный хрип. Злой счел благоразумным вновь заскочить повыше — на этот раз на броню соседнего танка. А зверь метался в агонии, бился о металл гусениц, стонал — и никак не мог расстаться с жизнью.
Какая-то неведомая сила заставила Злого подняться и приблизиться к поверженному, страдающему зверю, положить на его все еще теплый бок руку, запустить пальцы в косматую шерсть. Поразительно: он ощущал страдания этого существа и пронзительную, необъяснимую тоску.
Он ощутил родство с умирающим чудовищем.
Это была еще одна заведомая глупость, но Злой все же совершил ее: перезарядил штуцер, прицелился — и добил зверя. Одним аккуратным выстрелом в косматый затылок.
Тварь рухнула в лужу собственной крови вперемешку с какой-то густой светлой жидкостью. Но еще долго, уже безмолвно, продолжала перебирать мощными лапами, словно бежала куда-то в своем вечном зверином сне.
Некоторое время Злой приходил в себя.
Саднило плечо: при первом выстреле он неудачно приложил приклад. Как бы отдачей не сломало ключицу.
Но мысли его были не о боли, а об этом жутком оборотне, который выследил его, чтобы… сожрать? просто убить? отнести труп волчатам-оборотням?
И тут до него дошло.
Никакой это не оборотень. И даже не мутант.
Это же чертов биоробот — один из тех, что производят на фермах «Кроноса».
Однако… Уж не пустили ли этих зверушек по его следу? Или же они просто охраняют эту тайную базу? В любом случае его дело — швах.
Злой быстро дослал в ствол недостающий патрон, пересчитал оставшиеся. Еще четыре. На одного зверя он потратил пять мощных, на слона рассчитанных патронов. Один, впрочем, лишний…
Но надо признаться: ему повезло. Просто повезло: он встретился со зверем лицом к лицу, четырежды бил в упор, причем дважды — в глаза, и ни разу не промазал.
Кто может поручиться, что эти «зверьки» не обучены действиям в стае? Можно ли поручиться, что они не подкрадутся и не нападут неожиданно, с разных сторон, или вообще — когда он спит?!
Злой ощутил подавленность и странное оцепенение. В эту минуту он понял, что вокруг действуют силы, настолько мощные, что жив он до сих пор лишь по чистой случайности, чьему-то недосмотру.
Пока еще жив.
И вот оно, снова — легкое дуновение и странное ощущение чужого присутствия. Что же с ним сделали эти проклятые
Об этом Злой думал уже на бегу. Он выбрал себе новый путь — поверху, по броневым листам корпусов и башен. И эта тактика оправдала себя.
Им не удалось подкрасться незаметно.
Он увидел их сверху — стремительно несущиеся бесшумные тени. Они не поднимали головы, и он не видел этих жутких глаз. Наверное, им не было нужды во взглядах: они прекрасно чуяли жертву форсированным в лабораториях обонянием.
Проклятье — сколько же их?! Одна, три, пять…
Злой остановился на какой-то машине резко, будто налетев на препятствие. Бежать было бессмысленно: его окружили.
И тогда он заорал — отчаянно, страшно — и принялся палить в эти жуткие тени. Это было совершенно бесполезно и глупо — словно палить в воздух. А потому последний патрон Злой решил потратить более разумно.
Но когда вороненый ствол уперся ему в подбородок и оставалось лишь дернуть за спусковой крючок, что-то огромное, мощное навалилось на него — и он потерял сознание.
Едва Злой очнулся — шипя от боли в избитом теле, на холодном, твердом бетоне, — ему предстала самая поразительная картина из того, что доводилось видеть в жизни.
Он лежал в центре круга, образованного огромными темными силуэтами зверей с небывалым багровеющим взглядом. Словно эти чудовища собрались здесь провести какой-то дикий, невообразимый обряд над пойманным врагом. А может, они собрались судить его по своим волчьим законам — за убитого члена стаи?
Но эти бредовые мысли мгновенно сдуло, с глаз словно сорвало пелену, когда со стороны одного из зверей донесся характерный синтетический голос:
— Николас Кейси! Вы задержаны силами внутренней безопасности комплекса «Андромеда». В случае сотрудничества и неоказания сопротивления вам не будет причинено физической боли. Прошу следовать за нами.
Обалдеть… Говорящие волки! Что дальше? Хотя, на самом деле, что проще — вживить под шкуру разговорный блок — есть же там блоки управления и связи?
Так он и шел — в окружении жутких тварей, только внешне похожих на говорящих волков из сказки. Что и говорить — превосходное оружие в условиях подземелья — стремительное, агрессивное, беспощадное. Наверняка все эти особи объединены в единую сеть. Словно наноботы — большие, мохнатые, клыкастые наноботы…
Злой все еще не мог поверить, что его не сожрали, не разорвали в клочья, распустив кишки на нитки. В эту минуту он был готов поверить в прогрессивность местной генной инженерии, в то, что в «Андромеде» действительно воплощают в жизнь нечто разумное, доброе, вечное.
Все иллюзии рассеялись, едва они приблизились к огромным металлическим воротам в стене этого гигантского ангара. Здесь ждали самые обыкновенные бойцы ВБ, в самой обыкновенной серой форме. Едва на руках Злого защелкнулись наручники, стремительные «оборотни» растворились во мраке.