Злой Орк
Шрифт:
— Вмешиваемся? — спросил идущий впереди Тор’саш. — Дальше все одно не пройти.
Я обнажил секиру и кивнул, готовясь к схватке. Но нас всех опередил Мрак.
Получив обновки и явно чувствуя себя в них неуязвимым, варг рванулся с места в общую кучу. Питомец преодолел последние десять метров до стены игроков. Легко взбежав по спине согнувшегося от удара орка 18 уровня, Мрак подлетел в воздух и на лету схватил за глотку вампира, готового добить осевшего на колени раненого.
— В бой! — скомандовал я, перекрикивая шум битвы впереди, и последовал за своим варгом.
Мрак
Справа от меня оглушительно гаркнул Тор’саш, переманивая внимание врагов на себя и встречая особо шустрых врагов ручной секирой. Рядом с танком замелькало копье, нанося короткие четкие тычки. То и дело пронзенный вампир падал на колени с дырой в брюхе, где его моментально укорачивали на голову неожиданно получившие подкрепление орки.
Я не следил за боем, полностью отдавшись во власть поднявшей голову злости. Я рубил врага, когда видел, что смогу до него дотянуться. Я топтал врага, когда тот пытался достать меня снизу. Я ломал врага, когда удавалось схватить его за конечность. Единственное, за чем я присматривал — чтобы не слишком прорываться вперед.
Вампиры перли вперед сплошной стеной. Превосходя большинство орков в Ловкости, тем не менее, нападая кучей, где нельзя было воспользоваться преимуществом уворота, они больше мешали друг другу, и падали. Падали зарубленными под ноги своим же ослепшим от голода собратьям. Падали ранеными и затоптанными рычащими от неудержимой «Жажды крови» орками. Падали и превращались из ночных опасных хищников в тонкий блин перемолотой десятками сапог окровавленной плоти, не способной на регенерацию.
Сквозь пелену крови, застившей мне взгляд, я высматривал новых и новых врагов. Выкроив мгновенье, сорвал сумку с зельями и швырнул ее за спину. Следом за мной и остальные сбрасывали лечебные склянки, чтобы уходящим на передых было чем восстановить быстро падающее Здоровье.
Неровный живой заслон обреченных медленно выпрямлялся. Только что готовые падать от смертельных ран воины спешно выпадали из строя, хлебали зелья и возвращались к схватке, занимая места уходящих для лечения собратьев.
Минута шла за минутой, передний ряд, из бойцов в тяжелой броне, прорывался, но серьезно раненых отбивали и вытаскивали за руки, за ноги, вливали зелье в глотку, поднимали на ноги и вталкивали обратно в строй. Вторая линия — в средней броне и с оружием длиннее — обеспечивала основной урон и прикрытие уставшим танкам. Они же выдергивали вырвавшихся вперед из-под лап и клыков кровососов, спеша не дать очередному закусившему удила орку отправиться на тот свет. Третий ряд бил длинными копьями, орудовал цепями с грузом на концах, лупил кистенями и швырял метательное оружие, практически тут же получая его обратно от стоящих впереди. Они же и отпаивали вышедших из строя орков.
К нам на помощь пребывали все новые и новые орки — спускались
Защитный строй, об который сломали зубы кровососы, вздрогнул. По рядам орков прошла волна единого победного клича.
Бум!
Кровь долбила, отбивая яростный ритм, как в походный барабан. Кипящая ненависть и злоба рвались наружу с каждым новым толчком. Из глотки само собой рвалось бешеное рычание, замешанное на жажде боя.
Бум!
Каждый шаг под ногами хлюпала каменная пыль, щедро омытая кровью вампиров и орков, превращенная в жидкую грязь. Ноги спотыкались на замерших телах, пальцы с трудом удерживали выскальзывающие рукояти оружия.
Бум!
Раскат грома огласил карьер, сотряс до основания. Крошка посыпались со стен, земля пошла в пляс под ногами.
Бум!
Ветвистая молния, оставляя за собой четкий светлый след, ударила в пытающихся прорваться сквозь строй вампиров. В воздух полетела шрапнель из каменного крошева и обломков костей, воздух переполнило озоном.
Бум!
Грохот, пришедший вслед за стихией, оглушал, разрывая перепонки. Но орки лишь стали орать громче, еще яростнее вгрызаясь в тающего, как снег на солнце, врага.
Бум! Балах!
С неба рухнуло сияющее дерево молнии. Я ослеп, не видя перед собой ничего, кроме мечущихся теней. Жжение по всему телу медленно нарастало. Я размахивал секирой наугад, но не собирался останавливаться, то и дело натыкаясь оружием на сопротивление мягкой плоти.
А потом резко все закончилось. Я прозрел и быстро осмотрелся. Медленно приходящие в себя орки переводили дыхание. Кто-то опускался на почерневший от ударов молнии камень, кто-то жадно пил из фляги.
— Мрак, — одними губами позвал я, и варг тут же ткнулся мордой в мою перемазанную кровью ладонь.
Количество трупов не подлежало подсчету. Сложить из той каши перемолотых в фарш, плотно утоптанный ногами нескольких десятков орков, было нереально. Даже система не спешила подводить итоги боя.
Рядом со мной появился Тор’саш, поддерживающий плечом повисшую на нем сестру. Я кивнул обоим, продолжая беглым взглядом смотреть по сторонам. Оглушенные яростью стихии, орки медленно оживали и пока еще неуверенно переглядывались, не веря в благополучный исход сражения.
Да я и сам не верил. Победа казалась невозможной, слишком много оказалось врагов. Но все же мы справились, не только перебив армию вампиров, но и умудрившись не потерять ни одного зеленокожего бойца.
— Шаман, — крутя головой по сторонам, догадался я о причине появления молний. — Где шаман?
И тут же ударила новая молния — в сотне метров от нас ниже по спирали дороги. Искры разлетелись в стороны, в бессилии обтекая закованного в сияющий доспех рыцаря с огромным моргенштерном в руках. Тварь приближалась, тяжело переставляя ноги. От его поступи вздрагивала земля, а в воздух взметалась пыль.