Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4
Шрифт:
Муан замер, всем своим естеством желая вновь почувствовать их связь, ощутить дыхание Шена и его противоречивые эмоции! Плевать на собственное благополучие, плевать на все вокруг, только живи! Только живи и все! Побудь еще в этом мире!!
Потому что, если нет… если нет, то…
Дверь в купальню с грохотом отворилась. Муан против воли прервал поцелуй и взглянул на вошедших. И в это мгновение ощутил, как Шен сделал вдох.
На пороге стоял Шуэр, а сзади него слуги, и Муан тут же перевел с них взгляд, вновь сосредоточив все свое внимание
— Что здесь происходит?! — воскликнул генерал, быстро окидывая помещение взглядом и заходя внутрь. — Быстро, проверьте, жив ли тот паренек! — хотя Шуэру трудно было поверить, что человек с такой раной сможет выжить, приказал он, указывая на лежащего в луже крови Ала.
Сам же приблизился к Шену и Муану. Генерал несколько опешил, с порога увидав, как старейшина Муан целует его брата, но вскоре взял себя в руки, а теперь и вовсе заметил, что в безучастности Шена что-то не так. Он лежал на спине с плотно закрытыми глазами, его черные волосы разметались по влажному полу, одежды промокли до нитки, вокруг запястья правой руки расползалась кровь, а на шее наливались ужасные синяки. Дышал он столь слабо, что впору было решить, что и вовсе делает свои последние вдохи.
— Отойдите! — воскликнул Шуэр, с силой отталкивая Муана прочь.
Тот не сопротивлялся, внимание Муана занимала одна единственная мысль — что Шен снова дышит.
Великий генерал склонился над братом и аккуратно поднял его на руки.
— Скорее! Зовите лекаря Ода! — крикнул он слугам и понес Шена к выходу.
Глава 81. Новый отсчет
Шен лежал в постели, заботливо переодетый в сухое и укрытый одеялом. Шуэр окинул брата напряженным взглядом, посмотрел на его плотно перебинтованное запястье, синяки, кольцом опоясывающие нефритово-бледную шею.
В Шуэре клокотала злость, ему приходилось сдерживаться. Но и терпеть присутствие того человека в своем доме он более не намерен.
Явившись накануне, старейшина Муан перво-наперво поприветствовал великого генерала, и тот проявил гостеприимство, памятуя о хороших взаимоотношениях старейшины пика Славы с Шеном, пригласил его остановиться на ночлег в поместье. Мог ли он подумать, что это приведет к подобным последствиям?
Лекарь Од все еще находился подле Шена, поэтому Шуэр развернулся и вышел из комнаты, чтобы прогнать того, кто терпеливо ожидал за ней. Дорогу старейшине пика Славы преграждали стражники поместья.
— Как он? — спросил Муан, как только Шуэр показался снаружи.
— Вы все еще здесь? — холодно произнес великий генерал. — После всего, что сделали, вы смеете стоять здесь и спрашивать меня об этом? Немедленно покиньте мое поместье!
— Н-но… — Муан не находил достойных аргументов в свою защиту, во всем произошедшем действительно была доля его вины. Но разве может он уйти сейчас?!
— Немедленно! — приказал Шуэр. — Охрана! Немедленно выпроводите этого человека прочь из моего дома!
Двое
Он вышел за ворота, сошел с крыльца и остановился перед надписью «Опора государства», развернувшись лицом ко входу. Встав так, он более не собирался сходить с этого места, пока Шен сам к нему не выйдет.
Шуэр вернулся в комнату своего брата.
— Как он? — спросил он лекаря.
Лекарь повернулся к нему и вздохнул. Выражение его лица было вовсе не оптимистично.
— Эти сутки будут решающими, — произнес он и больше ничего не добавил.
Когда он услышал это, Шуэра охватило желание все же вызвать Муана на дуэль, но он сдержал себя, понимая, что тот в любом случае от него не скроется, а быть рядом с братом сейчас важнее. Шуэр присел на край кровати и принялся напряженно ждать.
Теплая вода удерживала его тело, маленькие пузырьки воздуха разбивались о плечи, щекотали шею, выталкивали на поверхность. Он лежал с закрытыми глазами, чувствовал легкий ветерок, словно чье-то дыхание, и ощущал белизну мира вокруг. Все происходящее казалось очень умиротворяющим, в голове не было мыслей, в груди не было чувств, только скопление мелких пузырьков путалось в его трепещущих на воде волосах.
Белая пелена оставила сознание Шена, и он вынырнул из забытья, как из обжигающе-ледяной воды. Устремив взгляд в потолок, очень медленно пришел к мысли, что ему все же удалось выжить. Его сознание с трудом балансировало на грани сна и яви.
[Поздравляю!] — фыркнула Система. — [Разблокировано достижение «Мать сыра земля не приняла»! +100 баллов к живучести главного злодея!]
«Ты только что придумала название этого достижения?» — меланхолично предположил Шен.
[Вот еще!] — притворно обиделась Система. — [Я подбирала синонимы слову «смерть» последние полчаса!]
Шен уже собирался ей мысленно поаплодировать и сказать еще что-нибудь колкое, что несколько отвлекало от ощущения дрожи, охватившей все его тело, но его окликнул человек, сидящий на краю кровати. Шен скосил глаза и увидел над собой лицо старшего брата. Он выглядел напряженно. Шен неуверенно ему улыбнулся.
— Как ты?
— Я… — одно это короткое слово далось ему с трудом, горло першило и выходил скорее хрип, чем слова. — Жив…
— Что произошло?
— А где Муан? — дошло до Шена.
Конечно, вероятно, раз он выжил, значит, ему удалось подавить действие темного артефакта, и все же мало ли…
Ноздри великого генерала гневно раздулись от этого вопроса.
— Шен.
— М? — отреагировал тот. Шея все еще довольно сильно ныла, делать вдохи было тяжело, а говорить — особенно.