Злодейка
Шрифт:
Дверь на чердак распахнулась, когда моя пятка уже торчала в узком окне. Вот ведь стерва, Марсик ей столько золотых отвалил, а она нам и дня пожить толком не дала.
– Ну и что дальше, Манька? – Петро глядел вниз, стоя на карнизе. Падать два этажа. Попробую поколдовать. Представила землю мягкой и поводила руками.
– Давай, ты первый.
– Нет, Маня. Что-то в этот раз я не уверен.
Долго спорить не пришлось, преследователи разломали оконный разъем и уже тянули свои гадкие руки к нам. Пётка оказался прав. В
Так мы далеко не убежим.
– Пожар! – во всю глотку закричала я. Но на помощь никто не спешил. Обычно любители поглазеть на чужое горе быстро сбегаются, а тут что-то прямо никого. Преследователи, в размере двух штук, вот быстро прискакали. Оба на меня набросились и как схватили под рученьки.
– А ну, пусти, – заизворачивалась я. – Кому говорю!
Не отпустили.
Постепенно, наращивая обороты, я нагревала свои руки. Это казалось естественным, моим и необходимым.
– Дрянь! Она колдует!
Преследователи отдернули свои ладони, обжигаясь о мою разгоряченную кожу.
– Давай, подходи, еще угощу! – распалялась и я.
Заманчивое, видимо, предложение. Бросились на меня, как оголодавшие, схватили уже на за запястья, а за лодыжки. Ох, как я кричала от боли. Ненавижу ее терпеть. Пётка к тому времени очухался и кинулся на одного из мужиков. Тот неудачно повернулся мягким местом ко рту пацана. Пётка тоже не туда планировал кусать. Но получилось, как получилось.
Мужик отцепился от ноги и принялся отбиваться от моего защитника. Второй, я не знаю, выкрутить ногу, что ли, мне хотел? Я ему как, раз! коленом по подбородку. А он не рыцарь, к слову. Как влепил мне по лицу в ответ. На какое-то время я потерялась в пространстве. Я думала о боли, что волнами вибрировала в глазах.
Довольно быстро после этого меня скрутили, связали руки за спиной, перекинули через коня. Пётка валялся без сознания. Как же тут его оставить? Усилием мысли я вновь принялась нагревать и воспламенять руки, но быстро получила затрещину.
– Попробуешь колдовать – убью парнишку. Горз, бери пацана с собой. А то эта строптивая. Может, так хоть успокоится.
Да, я привязалась к Пётке. Так вот мы и проиграли.
– Куда путь держим? – язвительно спросила я.
Молчит.
– Голова, – говорю, – разболелась.
Не разговаривает со мной, ирод.
Конь шел не спеша, размеренно. Дай, думаю, сползу с него. Убежать, не убегу, но внимание привлеку. А то висеть вниз головой совсем уж как-то тягостно. Гусеничкой я скатилась с коня и больно шлепнулась на землю. Лошадка испугалась, чуть не встала на меня. Пленитель хотел словить меня пока соскальзывала, да не успел, а ремешки на седле ему кто-то зелеными глазами расстегнул. Хе-хе, хорошо быть колдуньей. Лежим мы оба, от коня укрываемся. Пётка хохочет.
Посадили
– Мы служим господину Драку. Он посланник и возлюбенец Шреи – богини нашей.
– Это вы, сволочи, деревню сожгли! – задергался Пётка.
– Вы дань не платили!
– Где ж столько девок взять! Аспид ваш проклятый никак насытится не может?
– Доставай ему язык, Горз. Отрезать будем. Больно болтливый.
– Живым не дамся!
– Зачем столько девок ему понадобилось? – помешала я отнятию языка у Пётки.
– Сама у него и спросишь.
– А меня за что похитили?
– Молодые и красивые все к нему отправляются.
– Красивой я за минуту до вашего прихода стала. Слыхали же хозяйку.
– Вот мы обрадовались, когда ты с волосами нам попалась.
– Вам она тоже что ли дань платит? За что старушня сдала меня?
– Подумала, что ты девка распутная, раз такой взрослый ребенок у тебя уже.
Скучно совсем в дороге, амбалы не разговаривают, и Пётка помалкивает. Ехали-ехали и приехали в довольно шикарную деревеньку. Дома новенькие, красивенькие, аккуратненькие. Повсюду стража расставлена, а по дорогам ходят-прогуливаются лощеные молодцы да прекрасные девицы. Довольнешеньки, глазки строят, хихикают.
Мне тоже полыбились.
Повели меня прямиком к аспиду. Знакомиться. В домик, особо от остальных не отличающийся, я вошла уже одна. Пусто, тихо.
– Крас-с-сивые волос-с-сы.
– С-с-спасибо, – оборачиваться не стала. Не хочу с-с-смотреть с-с-страху в лиц-ц-цо.
Змей не иначе как прополз мимо меня.
– Не бойс-с-ся. Открой глаза. Как тебя зовут?
Гипнотический просто голос у него, заворожил, очаровал, обескуражил. Открываю. Не верю, что этот идеально сложенный, невероятно красивый мужчина – змеюка подколодная.
– Так вот ты какой, гад ползучий, похититель несчастных красоток!
– Давай хотя бы Полоз, а то гад ползучий с-с-совсем обидно, – змей окинул меня оценивающим взглядом и попытался тепло улыбнуться, словно я – пташка безобидная.
– Это еще заслужить нужно! А ну, быстро отпусти меня! И Пётку моего отдай!
– Пес-с-с твой?
– Что-то вроде того.
– Я тебя не отпущ-щу.
– Кто сказал, что я буду тебя спрашивать? – я что-то раскричалась даже. – Сожгу здесь все и тебя в том числе!
И как обдала его потоком пламени, скопившемся у меня в кулаках. А он взял и в каменную статую превратился, спасся от огня. Слишком опрометчиво я использовала магию, огонь в руках потух, а каменный полоз лишь слегка почернился.
Скинул с себя змий каменную чешую и уставился на меня своим змеиным янтарным золотом. Зрачки-щелочки сузились до такой степени, что даже и не разглядеть их вовсе.
– Гарелопреклонница?
– Не верю я в ваших богов! Безбожница! Сама себе королева и повелительница.