Злодей

Аарон Селия

— Не уверен, — я продолжал гладить ее, радуясь возможности прикасаться к ней. Я любил ее с того момента, как отец принес ее домой, и она выбрала меня. Она стала спать в моей комнате, свернувшись калачиком на моих коленях, пока я сидел неподвижно. — Я спустился вниз сегодня утром и нашел ее на полу в кухне. Неподвижную.

Его глаза расширились, когда они перемещались от меня к кошке и обратно.

— Она мертва, сынок.

Я продолжал

гладить ее шерсть.

— Да. Я так думаю.

Он вошел и сел рядом со мной на кровать.

— Ты сделал это? — он положил одну руку мне на плечо. — Я... Я не буду сердиться. Мне просто нужно знать правду.

Я не мог понять его вопрос. Что я сделал? Но потом мне стало понятно. Мой отец думал, что я убил ее, мою любимую кошку.

— Ты имеешь в виду, что это я убил Фрэнки?

— Да, сынок, — он сжал мое плечо, хотя я чувствовал дрожь в его руке. — Это ты убил ее?

— Нет, — я встретился с его глазами. — Я клянусь. Я нашел ее в таком состоянии. Я любил ее, папочка. Я бы никогда не причинил ей вреда. — Я клянусь, — я послал ему мой самый «взрослый» взгляд. Я не лгал своему отцу. Никогда. Всякий раз, когда мой детский мозг страдал от зрелого момента ясности, я мог видеть, что папа был единственной преградой, стоящей между мной и особым учреждением. Он говорил мне об этом несколько раз.

— Слава Богу, — он вздохнул. — Я беспокоился, что ты…

— Превратился в убийцу домашних животных? — я засмеялся.

— Да. Я знаю, — он встал и стащил Фрэнки с моей кровати. — Я не должен был думать так. Извини.

— Все в порядке, но я точно буду скучать по Фрэнки, — я не был грустным, или, по крайней мере, я не был «грустным», как люди в книгах и фильмах. Я не плакал и ничего не чувствовал. Но мне не понравилось, что я потерял ее. — Я не хотел, чтобы она умирала.

— Она была хорошей кошкой. Я попрошу Тимоти похоронить ее возле деревьев, — он колебался у двери. — Прости еще раз. Я должен был догадаться, что ты никогда не сделаешь ничего подобного.

— Не беспокойся, — я помахал Фрэнки на прощание.

Как только папа исчез из поля зрения, я плюхнулся на кровать и поздравил себя с тем, что он не спросил меня о Полковнике Красной Шпоре, соседском «пропавшем» петухе.

Камилла перевернулась на спину, положив ладонь на подушку. Ее дыхание было мягким.

Она сравнивала себя с домашним питомцем, но она была нечто больше. Намного больше. Я никогда не хотел прикоснуться к кому-то так, как я хотел прикоснуться к ней. Я проследил за изгибами ее тела под одеялом. Она была великолепна. Округлая грудь, зауженная талия, широкие бедра —

я закрыл глаза и представил ее клубничную родинку на бедре.

Я хотел вылизать ее, хотел, чтобы мои губы побывали на каждом дюйме ее восхитительного тела. Мой член стал твердым благодаря моему воображению. Я уже позаботился о себе, прежде чем лечь с ней в постель. Если я позволю своим животным инстинктам взять верх, это все испортит. Но глядя на нее в утреннем свете, во мне проснулся зверь.

Это было не лучшее время, чтобы подрочить, но, бл*дь, это было лучше, чем запрыгнуть на нее. Я выскользнул из кровати и вошел в ванную комнату. Ее дыхание оставалось ровным, ритм не изменился. Серые мраморные полы были теплыми под ногами, я схватил полотенце для рук из держателя рядом с раковиной. Мой член был более чем готов приступить к делу. Прислонившись к стене рядом с дверью, я следил за Камиллой через зеркало вдоль стены над туалетным столиком. Она все еще не двигалась.

Я сжал член рукой и медленно прошелся по всей длине. Закрыв глаза, передо мной предстала Камилла, ее готовое и распростертое для меня тело. Она улыбнулась и подняла руки над головой, заострившиеся пики ее сосков умоляли о моем рте. Опустившись между ее ног, я лизнул ее киску, попробовав то, что было моим в первый раз. Она брыкнулась подо мной, широко раскрыв глаза, когда я прижал к ней рот, пожирая ее нежную плоть ровными движениями языка.

Стон вырвался из моего горла, и я открыл глаза, чтобы убедиться, что она все еще спит. Довольный тем, что я не разбудил ее, я представил, как она корчится подо мной, как мои пальцы погружаются в мягкую кожу ее бедер, пока я вылизываю ее киску. Я лизал ее клитор, беспощадно орудуя языком, пока ее тело не сжалось. Она схватила руками мои волосы, прижимая мое лицо к себе, пока кончала и выкрикивала мое имя.

— О, черт! Камилла, — образ ее, кончающей на мой язык, подтолкнул мой собственный оргазм. Я кончил, поглаживая себя с низким рычанием, выстреливая в полотенце все до последней капли.

Когда я закончил, я вытер себя и взглянул в зеркало. Я все еще мог видеть Камилу, но вместо того, чтобы быть в десяти футах от меня, она стояла прямо за дверью, широко раскрыв глаза.

Глава 13

Камилла

Я повернулась и побежала обратно к кровати, ныряя под одеяло. Обернувшись, я уставилась на дверь, где увидела Себастьяна, и услышала, как он зовет меня по имени. Я уткнулась лицом в подушку, чтобы избавиться от жара на щеках.

Когда под утро Себастьян встал с кровати, я притворилась, что все еще сплю. Через некоторое время я ничего не услышала и понадеялась, что он уйдет или чем-нибудь займется. Я встала с кровати и попыталась открыть все двери в комнате — все они были заперты, а одна была с цифровой клавиатурой. Потом я услышала шум в ванной комнате. Боже, выражение его лица, когда он гладил себя, чтобы разрядиться… Я закрыла глаза и попыталась стереть эту картинку, и что более важно, стереть острое возбуждение, которое пробежало через меня, пока я смотрела.