Зло не дремлет
Шрифт:
«Откуда он знает современное наречие? – подумал Лангмар. – Язык значительно изменился с тех пор. Должно быть, Газид успел просканировать сознание кого-то из нас. Может быть, даже мое собственное. Да, те, кто недооценивает волкоголовых, совершают чудовищную ошибку».
– Это единственное, что было в наличии.
Лангмар не стал оправдываться, произнеся эту фразу абсолютно будничным тоном. Не стоило давать дзергу ни малейшей возможности почувствовать превосходство.
– Как бы там ни было, а мое пророчество исполнилось, – сказал волкоголовый. –
– Больше тысячи лет, – ответил Лангмар. – Война…
– Проиграна, – закончил за него Тергон-Газид. – Если судить по тому, что я вижу вокруг себя, нашу цивилизацию постиг полный разгром.
– Да, это так, – сказал чародей. – Но я надеюсь, что, объединив наши возможности, мы сможем вернуть былое великолепие.
– Объединив? – ощерился дзерг. – С чего бы это я стал объединяться с тем, чьи предки на корню извели мой народ?
– Хотя бы ради того, чтобы пересмотреть результаты той войны, – усмехнулся Лангмар. – Такова, значит, благодарность дзергов? Не забывай, что это я – Лангмар – вернул тебя к жизни. И хотел бы сделать то же для остальных. Я имею право отдавать приказы. Но пока что – просто предлагаю .
– Вот спасибо, вот утешил, – осклабился жрец Омдала. – Что ж, раз выбора все равно нет, я помогу тебе. Не по приказу, а добровольно… Если это можно так назвать.
– Отлично. Когда начнем?
– Тебе решать, – пожал Тергон-Газид мускулистыми плечами. – Но кое-что я мог бы сделать для тебя уже сейчас.
– Интересно – и что же? – спросил Лангмар.
– Кто-то предал тебя, Лангмар, – сказал дзерг. – Я чувствую это.
Лангмар скользнул взглядом по лицам своих последователей. Те занервничали и начали перешептываться.
– А кто из них предатель, ты можешь сказать? – Лидер братства испытующе посмотрел на дзерга.
– Его сейчас здесь нет.
– Каздан… – Лангмару не понадобилось и секунды, чтобы догадаться.
– Мы можем настигнуть и покарать его прямо сейчас, – сказал Газид. – Хочешь?
– Конечно. Но… как?
– Не забывай, кого ты поднял из могилы, колдун! – Глаза древнего полыхнули огнем азарта. Расставив когтистые лапы, Тергон-Газид выкрикнул несколько слов на языке дзергов. Тотчас рядом с ним начал вращаться в воздухе кроваво-черный вихрь портала.
– Идем же, повелитель , – с сарказмом произнес волкоголовый жрец. – Мне не помешает небольшая разминка после всех этих лет, что я валялся дохлой собакой среди камней!
Когда до города оставалось проехать каких-нибудь три лиги, Заффа услышал в телеге позади себя легкий шум. Обернувшись, маг увидел, что на один из его сундуков присела крупная летучая мышь. На шее у зверя висел на шнурке небольшой матерчатый мешочек. Факт его наличия говорил о том, что мышка эта – совсем не простая. Так же, как и то, что нетопырь прекрасно чувствовал себя в светлое время суток.
– Но-но, смотри у меня, не балуй! –
Мышь подмигнула. Заффа опустил руку.
– Ревенкрофт, – обреченно произнес он, останавливая лошадь. – Есть ли в Арлании хоть одно место, где нельзя было бы встретить тебя?
Из глотки нетопыря вырвалось что-то, напоминавшее хриплый хохот. Взмахнув крыльями, мышь обернулась облаком черного тумана, которое тут же стало принимать очертания человеческой фигуры. Через мгновение вампир Ревенкрофт из ветви нахейрос сидел на сундуке в своем человеческом обличии. И смеялся уже по-настоящему.
– Ну, здравствуй, Заффа, – сказал он, перестав хохотать.
– Какого тролля ты за мной увязался? – недовольно пробурчал бородач.
– Ну вот, и это называется – компаньон! – обиженно протянул вампир. – Неужели я не заслужил другого отношения?
– Ты же вампир! – воскликнул Заффа. – Как еще можно к тебе относиться? Ты ведь воспринимаешь меня только как свой потенциальный завтрак!
– Ну, что ты, вовсе нет. – Ревенкрофт скорчил унылую мину. – То, что я питаюсь кровью живых существ, вовсе не означает, что в моих глазах любой человек выглядит как аппетитный бифштекс.
– Не очень-то верится в это после того, что ты сказал на крыше храма несколько дней назад, – возразил Заффа.
– Да? А что я тогда сказал? Извини, действительно не помню – очень уж насыщенная неделька выдалась.
– Насыщенная? – усмехнулся Заффа. – В устах вампира это слово обретает пугающий оттенок. Ты тогда сказал Кедрику следующее: «Я выпью досуха и тебя, и твоего упитанного приятеля. Пожалуй, с него и начну, а ты пока постой в сторонке». Как думаешь, могу я после такого считать тебя своим товарищем? Даже если и хотел бы?
– Ах, это, – улыбнулся Ревенкрофт. – Ну, извини. Я тогда почти ничего не соображал. Всего через несколько часов после пробуждения… голодный, как тысяча троллей. Кстати, с удовольствием выпил бы всю кровь из того мага, что меня поднял. В общем, можешь считать, что этого не было.
– Сложновато будет считать так, – сказал Заффа. – Но, так и быть, поверю тебе на слово. В любом случае я теперь расконсервирован, и врасплох ты меня не застанешь… Поведай же мне, Ревенкрофт, что заставило тебя покинуть Билану?
– Это же проще простого, – ответил вампир. – Как думаешь, чем займется герцог Фирен теперь, когда Кладбище криков успокоилось? Сомневаюсь, что он забыл о другой угрозе спокойствию горожан. Угрозой же этой являюсь я. И мне совершенно не улыбается влачить жалкое существование вечной добычи, прячась от магов и рейнджеров по чердакам и подвалам. Другое дело – если я переберусь в Эльнадор. Большой город – большие возможности. И гораздо больше негодяев, от которых стоит почистить улицы. За это еще и спасибо скажут, но я не такой дурак, чтобы показываться на глаза властям.