Злая королева
Шрифт:
Тот факт, что он не ответил сразу…
Я прикусила язык, пока не почувствовала привкус крови. «Спокойно. Не нужно переживать». Каким бы ни было его решение, я справлюсь.
Наконец, он сказал:
— Я люблю тебя, Эверли, и выбираю тебя. — Его хриплый голос дразнил мои уши. — Я всегда буду выбирать тебя.
Во мне зародилась радость. Я действительно выиграла?
Затем он добавил:
— Но я не позволю тебе убить ее.
Из моих легких вылетел воздух, отчего у меня перехватило дыхание и
— Ты любишь меня, но защищаешь ее? Ладно. Можешь вытащить следующего кролика из своей шляпы-невидимки для своего следующего трюка.
Он вздернул подбородок.
— Я буду твоим мечом и твоим щитом. Я буду защищать тебя до последнего вздоха… даже когда ты сама станешь своим злейшим врагом.
Ложь! Моим злейшим врагом является его драгоценная Белоснежка.
Мне хотелось накричать на него. Но я не собиралась показывать свои истинные чувства, не раскрыв при этом уязвимые места. Уязвимостью можно было воспользоваться. Поэтому я сделала безучастное выражение лица. Или попыталась. Мои мышцы отказывались подчиняться разуму, моя боль была слишком сильна.
Ну и ладно. Моя магия иллюзий не относилась к числу сильных сторон, но я могла пользоваться ею, когда это было необходимо, если только была связана с кем-то, получая от него достаточно силы.
Поскольку всего несколько минут назад я подключилась к удивительному источнику энергии, у меня все было в порядке.
Потоки тепла и энергии наполнили каждую мою клеточку, и я застонала. Была ли сила когда-нибудь настолько опьяняющей? Я хотела больше, больше, больше. Больше силы поможет мне защитить тех, кого и что я люблю.
Истина, которую я усвоила: любовь без силы равна несчастью.
Сила равна безопасности.
Или, может быть, мне стоит разорвать связь с теми, кого я люблю. Нет связей, нет душевной боли. Я стану неуязвимой.
Взмахнув пальцем, я высвободила магию, создавая иллюзию спокойствия. Превосходно. Притворно зевнув, я осмотрела свои металлические ногти.
— Почему я не удивлена, что ты утверждаешь, что желаешь меня, тем самым защищая ее? Ах, да. Потому что ты всегда защищаешь ее.
Завораживающе красивые глаза наполнились мукой, когда он сказал:
— Разве ты не видишь иронии, дорогая? Ты хочешь совершить то же преступление, что и та, кого ты ненавидишь.
Как он смеет! Я никогда не буду такой, как Белоснежка.
— Нам только что поступила новая информация, — сказала я, подражая ведущему в прайм-тайм. — Прекрасный Принц мог бы наслаждаться счастливой жизнью со Злой Королевой, и это бы было лучшее, что когда-либо случалось с ним. Но увы. Дурак отказался от нее, и она пошла дальше.
— Ты — лучшее, что с ним когда-либо случалось? — Белоснежка рассмеялась. — Бедный, бедный Прекрасный Принц.
«Не реагируй».
— Да. Бедный, бедный Прекрасный Принц.
Он сразу же сказал:
— Каждый герой — злодей, а каждый злодей — герой. Зависит от того, у кого спросишь.
Он был прав. Я была злодейкой для многих и героем для… самой себя. Прекрасный Принц и Белоснежка были героями для всего мира, но злодеями для меня.
У меня была новая политика «никакой пощады» для моих врагов.
— Она ранила тебя, и мы накажем ее за это… хладнокровно, здравомысляще, — добавил он. — В противном случае мы просто продолжим цикл насилия.
Мое сердце замерло. Мы вместе нанесем удар по Белоснежке?
— Скажи мне, как мы ее накажем.
— Мы запрём её в башне, чтобы она страдала, как страдала ты.
Я ждала, что он расскажет подробнее, упомянет порку, которой подверглась и я. Принудительный брак со стариком. Оскорбления, брошенные в мой адрес, и обычную доброту, в которой мне было отказано. Но он не сделал этого. Конечно, нет.
— Мы оба знаем, что ты сделаешь ее жизнь в башне как можно комфортнее, а потом освободишь ее слишком быстро. — «Недостаточно. Хорошо». Я сомневалась, что любой приговор, кроме смерти, будет достаточно хорошим. — Признай это. Ты слеп к ее многим, многим, многим недостаткам.
— Как ты можешь… Ты не… — Белоснежка посмотрела на Прекрасного Принца, и ярость исчезла с ее лица, оставив лишь неприкрытое уныние. — Она убила нашего Короля и надеется разорвать наши узы. Ты не должен ее поддерживать.
— Должен. И я сделаю это. — Он непоколебимо выдержал мой пристальный взгляд. — Я сделаю все для Эверли… но не стану помогать ей уничтожать себя и дальше.
Я вздрогнула, а затем выругалась. «Хватит!» Если кто и мог сбить меня с правильного пути, так этот парень и его чарующий голос. Но я не могла позволить ему сделать это. Не в этот раз. Красивые слова ничего не значат без действий.
— Ты сделал свой выбор, — сказала я ему, — а я сделала свой. Наши пути предопределены.
— Это правда, хотя все закончится не так, как ты планируешь. — Ярость Белоснежки вернулась в мгновение ока, в ее взгляде пылал огонь. — Пророчество гласит, что я вернусь к жизни и убью тебя. Пророчество никогда не ошибается.
Пророчество было сказкой, а сказка — пророчеством. Если некоторые части были буквальными, то другие — чисто символическими. Ах, как я молилась, чтобы моя смерть и ее победа были символическими.
— Ты не причинишь вреда Эверли, — огрызнулся Прекрасный Принц, заставив Белоснежку вздрогнуть.
Я поцеловала кончик среднего пальца и подула в ее сторону. Когда-то я восхищалась этой девушкой, и да, да, завидовала ей. Такая сила! А теперь? Чистая, ничем не сдерживаемая ярость вспыхивала во мне изнутри и снаружи всякий раз, когда я думала о ней.