Зимнее солнце

Ольховская Влада

Куда больше была вероятность, что Дашу сюда привели или привезли. Но как, зачем? Потом еще раздели, не изнасиловали, дали убежать… А главное, почему она не сопротивлялась? Таиса понимала, что ответы найти пока не получится. Важно было другое: вероятнее всего, просто развернуться и уехать им не доведется.

Но это к лучшему. Таиса представляла обучение у Форсова несколько иначе, зато теперь понимала: оно должно проходить именно так.

До ближайших крупных поселков от места гибели Даши было далековато. Неподалеку располагались только две небольшие

деревни, в которых ничего похожего на гостиницу никогда не было. Таиса предполагала, что из-за этого им придется квартировать у каких-нибудь гостеприимных старушек, а то и вовсе ютиться вместе в заброшенном доме, но все оказалось не так печально.

В Змеегорье несколько домов сдавалось в аренду, причем отремонтированы они были прилично. Сначала это удивило Таису, но долго разбираться не пришлось. Арендой занимался один из местных жителей, Григорий Серенко, в пятьдесят один год он оказался достаточно продвинутым, чтобы организовать бронь и оплату через Интернет, так что поселиться в Змеегорье было несложно.

Его клиентами становились в основном охотники, представители среднего класса. Для тех, что побогаче, был вариант на пятьдесят километров дальше по шоссе – комплекс роскошных коттеджей, объединенных нехитрым названием Охотничья Усадьба. Однако профайлерам это место не подошло бы, даже если бы Форсов согласился его оплатить, слишком уж далеко было добираться до места преступления и возможных свидетелей.

Матвей доехал до Змеегорья первым, но иного от него ожидать и не приходилось, он-то наверняка не останавливался на отдых ночью – робот может подзаряжаться от автомобиля, сон ему ни к чему. Если что и интриговало Таису в этой ситуации, то лишь цвет его машины: черная окажется или белая? Подумав, она решила, что машина будет черная, под стать образу владельца. Однако автомобиль оказался белоснежным. Конечно, вполне в духе Матвея: поехать в белый лес на белой машине, чтобы бесить всех еще больше.

Свободных домов в деревне хватало, поэтому селиться вместе было не обязательно. На улице их уже встречал Григорий Серенко, которому Таиса отправила сообщение еще при повороте с шоссе. Он вызвался проводить ее, пока Гарик будет переносить багаж в собственное временное жилище.

Поначалу Таиса не обнаружила в таком предложении никакого подвоха – потому что не искала. Серенко был не из тех, кто мгновенно внушает угрозу. Он оказался невысоким, на полголовы ниже своей спутницы, и очевидно щуплым даже в дутой зимней куртке. Он выглядел на свои годы, но помимо возрастных морщин его лицо исчерчивала сеть мимических, делавших его похожим на сушеный финик. А кто станет бояться сушеный финик, в самом деле?

Вот только скоро мнение о мужчине пришлось поменять. Он проводил Таису в дом, оставил чемоданы в прихожей, но уходить не спешил. Это было бы логично, если бы он попытался показать ей дом и объяснить, что к чему. Однако дом оказался типично деревенский, с двумя комнатами, ванной и кухней, показывать тут было нечего. Да и Серенко молчал, наблюдая за гостьей исподлобья.

Взгляд был неприятно изучающий, без сомнений скользивший по фигуре девушки. Странно… когда они общались через мессенджер, домовладелец показался вполне адекватным.

– Что-нибудь еще? – поинтересовалась Таиса, делая вид, что странный взгляд ее совсем не беспокоит.

– Хотел спросить, зачем вы здесь. Вы не похожи на охотницу. Женщины сюда обычно приезжают с мужьями или любовниками – но не селятся с ними в разных домах.

– Мы журналисты, – ответила Таиса. Объяснять, что такое профайлеры, ей не хотелось, да и вряд ли Серенко действительно интересовала эта информация. – Хотим сделать документальный фильм-расследование.

– В нашей глуши? О чем же?

– Именно в вашей глуши нашли замерзшую девушку. Вот как раз об этом.

Хотелось вышвырнуть его вон – с учетом габаритов мужчины у нее даже могло получиться. Но Таиса подозревала, что следующей без крыши над головой останется как раз она, а альтернатив в Змеегорье не было. Поэтому она предпочла заниматься своими делами, надеясь, что Серенко поймет намек и уйдет.

Но ему явно было нечего делать. Когда Таиса перевезла чемодан в спальню, хозяин дома все так же уверенно последовал за ней.

И спальня, и гостиная были самыми обычными, аккуратными, со свежим ремонтом и неплохой мебелью. Портило их только одно: обилие трупов. По крайней мере, портило с точки зрения Таисы. Кто-то наверняка решил бы, что многочисленные чучела животных – отличное украшение для охотничьего домика.

Чучела были неудачными и больше напоминали животных, сбитых у дороги, но по какой-то причине не разложившихся до конца. Уюта они точно не добавляли, их хотелось побыстрее выбросить, а лучше – сжечь. Таиса собиралась спрятать эти фантазии некрофила в чулане сразу после того, как Серенко все-таки уберется.

Он заметил, что она разглядывает полинялый комок меха с глазками, и, конечно, истолковал ее взгляд неверно.

– Нравится? Это я сделал.

– Что это?

– Бобер. Я и подстрелил его, и чучело сделал. Тут все работы – не покупные, а мои!

– Никогда бы не догадалась, – натянуто улыбнулась Таиса.

– Никто не верит, но это правда. Я таксидермией увлекаюсь уже три года. Могу показать мастерскую, где все это делается, у меня как раз есть дохлый заяц.

– А вы умеете очаровать девушку! Но я все же воздержусь. Так вы знали погибшую?

– Какую погибшую? – растерялся Серенко, который в этот момент буравил взглядом грудь Таисы, словно надеясь, что свитер распадется на нитки и перестанет мешать приличным людям.

– Которая замерзла, – пояснила Таиса. Она рассчитывала, что мысли о мертвой девушке отобьют у него желание флиртовать с первой встречной, используя дохлых зайцев как способ соблазнения.

– Виноградовскую девицу, что ли? Знать-то я ее не знал толком, просто на заправке встречал… Да как и все тут: заправка одна на этом участке дороги, все в деревне там заправляются.