Зима драконов
Шрифт:
За две ночи до апрельского полнолуния Весенней Луны Карадур устроил пир. Весь день над полями вились изумительные ароматы. Под суровым присмотром Лоримира Несса солдаты продолжали тренировки, однако сражались они друг с другом без обычного энтузиазма. К закату все думали только об одном: скорее бы начался пир. Когда двери обеденного зала распахнулись и люди устремились внутрь, оказалось, что их ждет еда, достойная праздника середины лета: жареный лосось и запеченный гусь, свинина в меду, лук, бобы и хлеб, сладкий картофельный пирог. Солдаты расхваливали повара и ели так, словно это была их последняя трапеза.
Соколица
Очень скоро к ним присоединились остальные. Дракон не вмешивался несколько минут. Потом встал и поднял руку. Его низкий звучный голос наполнил зал.
– Война – вот ремесло воина. Именно войну он изучает, именно к войне стремится.
Солдаты вновь застучали по столам: «Да! Да!»
– Через два дня ваше обучение заканчивается. Мы выступаем на север. Там нас ждет враг: жестокий и коварный. Посланные им варги убивали ваших товарищей, детей и друзей. Вы имеете право на месть, и у вас будет возможность утолить эту жажду. Ваш враг выстроил крепость в Митлигунде.
«В Митлигунде», – застучали кинжалы.
– Он называет ее Черная Цитадель. Вы ее уничтожите. Однако он собрал людей, готовых за него сражаться.
«Готовых за него сражаться, сражаться, сражаться».
– Вы их убьете. Ему служат варги. Вы будете охотиться на них так, как они охотились на ваших друзей, и вы их убьете.
Молодые солдаты расправили плечи, их щеки раскраснелись, глаза сияли. Карадур слегка понизил голос:
– А теперь я должен попросить вас об одном одолжении, которое может вызвать у вас неприязнь ко мне. – Солдаты насторожились. – Небольшой отряд должен остаться в Крепости, чтобы охранять ее и помочь нести дозор фермерам и мирным жителям. Встань, Марек Гавринсои. Сидевший за центральным столом бородатый мужчина поднялся на ноги. – Я хочу, чтобы ты взял на себя командование этим отрядом. Теперь ты будешь лейтенантом и, соответственно, получишь больше денег – этим я хочу показать, что верю тебе. Я знаю, – продолжал Карадур, – что ты бы предпочел быть рядовым солдатом моей армии и сейчас проклинаешь мой выбор. Но уверен, что ты выполнишь мой приказ. Вот кто будет служить под твоей командой: Таллис, Арнор, Рогис, Сигли, Илейн, Веген. – Всего лорд-дракон назвал двенадцать человек. – Я оставляю под твоим началом свой замок, доверяю тебе жизнь мирных людей. Такая должность почетна, Я уверен, что ты меня не подведешь.
– Да, милорд, – твердо ответил Марек.
– Теперь я обращусь к остальным: через два дня мы отправляемся в Митлигунд. Воины, точите мечи!
Солдаты с радостными криками вскочили на ноги и принялись оглушительно стучать но столам. Слуги принесли кружки, наполненные сладким пенистым пивом. Карадур вернулся к своему месту возле камина. Марек подошел к нему для разговора.
Герагин, сидевший за соседним столом, встал вместе со всеми.
– Твой господин произнес хорошую речь, – сказала ему Соколица.
Он протолкнулся к ее столу и сел рядом.
– Да. Ты знал, что
– Нет. Я, конечно, понимал, что кому-то придется остаться. Вот только не знал, кому именно. Марек – это хороший выбор. В Кастрии у него жена и двое детей. Арнор еще не полностью оправился после ранения. У Сигли с Таллисом также семьи.
На фоне всеобщего шума вдруг послышался чистый и сильный голос, запевший песню. Впрочем, тембр его немного портила легкая хрипотца.
О рыжий кабан, рыжий кабан из Аиду. Рыжий кабан устремляется в горы; Рыжий кабан направляется к морю; Вверх до небес гребни пенные волн, И прогремел ужасающий гром; О рыжий кабан, рыжий кабан из Аиду.Пел человек с изуродованными руками. Его ладони неподвижно лежали на коленях, и он сплетал легенду о волшебном звере и неумолимых охотниках, которые выслеживали его в полях, на берегу моря и даже в небесной тверди. К нему присоединились другие голоса. Не такие мелодичные, но полные могучей энергии, и вскоре уже мощный мужской хор гремел: «О, рыжий кабан, рыжий кабан из Аиду».
Последние строки, грустные и трогательные, они позволили пропеть одному Азилу.
Но пал рыжий кабан, и звонкие трубы запели, И звезды па землю с вечерних небес полетели. О, рыжий кабан, рыжий кабан из Аиду.– Еще! – закричал кто-то.
Прикоснувшись к горлу, Азил покачал головой. Карадур наполнил собственный бокал элем и передал его певцу. Морщины разгладились на суровом лице лорда-дракона; он вдруг показался Соколице беззаботным, безмятежным и юным. Из кухни донеслись рыдания девушки: наверное, плакала чья-нибудь сестра или возлюбленная.
Герагин зевнул и потер глаза.
– Боги, мне не пережить этой ночи, – грустно поведал он. – Сегодня моя очередь нести дозор.
Соколица тоже не удержалась от зевка.
– А я пойду спать.
– Что ж, я провожу тебя до казармы.
В казарме двое мужчин сидели рядом возле огня. Это были Рогис, со следами синяка на щеке, и Финле Харалдссн. Как только вошли Соколица и Герагин, оба поднялись на ноги.
– Сэр, – сказал Рогис. Герагин кивнул.
– Тебе следует быть в постели, – коротко произнес он. – Или в дозоре.
– Да, сэр, – ответил Рогис. – Сэр, я не хочу оставаться. – Он говорил негромко, но страстно. – Вы знаете, что не хочу.
– Знаю, – кивнул Герагин. – Как и Марек или Сигли.
– Ну, это другое дело.
– Почему же?
– У Марека дети. И у Сиг ли. Арнор недавно был ранен, а Веген – старик. – Вегену было около тридцати пяти лет. – Сэр, вы не замолвите за меня словечко? К вашим словам он прислушивается.
Но Герагин покачал головой.
– Извини, Рыжий. Я предпочитаю, чтобы моя голова оставалась у меня на плечах. Сейчас не время ставить под сомнение приказы Дракона. Так что идите спать. Оба. – Молодые люди не пошевелились. Он добавил металла в свой голос. – Немедленно. – Он положил руки на бедра. – Юные идиоты.