Зигальга
Шрифт:
– Простите, что заставила себя ждать. О нашей встрече мне ничего не было известно, - вежливо, слегка заплетающимся языком вымолвила я, вполне справедливо чувствуя себя электричкой или отложенным рейсом. – Вероятно, я должна здесь что-то сделать или узнать?
Женщина медленно подняла красиво изогнутые брови.
– Раз везде, куда я ни попадаю, меня уже ждали, что, кстати, меня несколько напрягает, - как, впрочем, и Вы сейчас, добавила мысленно, Вас я просто боюсь, - Разумно предположить, что вы тоже должны мне что-то сказать. Или сделать.
“Однако,
Я выдержала её долгий взгляд, как вдруг она взмахнула рукой, и мы оказались на вершине огромного серо-коричневого горного массива. Горы были перед нами от горизонта до горизонта - безжизненной дымчатой пустыней из пологих и острых пиков. Они были огромны. Я думала, я видела горы раньше, оказывается, нет.
Взмахнула ещё раз и горы исчезли, уступив место бескрайней тихой воде. Потом показала влажный тропический лес и укрытые снегом холмы, и знакомый мне брусничник с великанами, берёзки и ручей, и чёрные отполированные стены горы.
Я силилась понять, к чему этот географический экскурс. Но тщетно. Предположить можно было лишь, что вначале были Гималаи.
– Что это?
– Это - здесь.
– А, – ну разумеется. – А в каком смысле? Не сочтите меня совсем идиоткой. Просто мне нужны хоть какие-нибудь намёки. Это эээ… маршрут?
Сюр совершенный. Я слегка тряхнула головой
– Я разная. Попасть можешь куда желаешь, ярко чувствуя. Каждое место свою частоту имеет. Ты по ним скользить можешь. Ты знаешь, о чём я.
Абракадабра какая-то. Кто вообще может это понять?
Вдруг я увидела себя на Зигальге, вдыхающую вечерний воздух, нащупывающую свои чувства и резко перевела взгляд на женщину.
Она кивнула. Ну, или что-то вроде того, как вообще может кивать статуя.
Я удивлённо прислушалась к себе. Правильно ли я поняла? Могу ли я прямо сейчас, настроившись на нужное место, оказаться дома? Минуя все эти странные встречи и мучительные, кхе-кхе, знакомства? И ведь выходит, не важно, где я сейчас, главное, куда направляюсь. Щемящая радость в сердце говорила “Могу!”, и я распахнула глаза навстречу каменному лицу, открыв рот, чтобы прошептать “спасибо”.
Она остановила меня, подняв руку, и сказала:
– Но не это главное.
Да я и не думала удирать. Ну, разве, почти не думала. Я слегка дёрнула бровями, тихонько улыбнувшись.
Перед глазами опять поплыли картинки, что она показывала мне раньше. Сначала медленно, в разном порядке, потом быстрее и детальнее, пока наконец я не застыла, потрясённая откровением. Полнота картины поразила меня почти так же, как снимки Хаббл в высоком разрешении, когда я увидела их впервые.
Это всё было одно и то же место на планете, в одно и то же мгновение. Космос…
Я резко выдохнула с коротким стоном. Выносить эту огромную энергию было бесконечно тяжело и ужасно волнующе.
“Семь уровней проявленного
Я видела то, о чём подозревала с самого детства. Мира в одном месте - больше, чем мы привыкли о нём думать. И мы находимся именно в той его части, которую заслуживаем.
– Или в той, которой чувствуешь себя достойной, – я вздрогнула от неожиданного голоса, моргая. – Тело и энергия настраивается на ту волну, которую для себя чувствует допустимой. Выбор мира – это результат сделки с совестью, или, - он изобразила подобие улыбки, - Умелого оперирования энергией.
Я промычала что-то неопределённое. Они, что все, как андроид, обучаются в процессе общения? И она, и рулуюнги. Будто настраивались на меня и начинали через какое-то время говорить по-человечески, нормально. Или это я сама обучалась, и начинала воспринимать их образы лучше? Сколько мне ещё потребуется времени, чтобы во всём этом разобраться?
– Даже в рамках одной плотности, существо выбирает ту энергетическую нишу, которой может соответствовать. И поэтому бессмысленно сетовать на несправедливость судьбы и обстоятельства. Дух сам подталкивает человеческую сущность к выбору, в котором она сможет наиболее эффективно существовать и развиваться. А более высокие, по вашему мнению, пространства, не всегда лучшие, и иногда даже опасные.
Я поморщилась и потёрла лоб.
– Всё это мне почти понятно и даже интуитивно известно. Но при чём тут я? – мне, как всегда, не терпелось перейти к самой сути.
– Миры находятся в таком же положении, но при этом зависят от сущностей их населяющих.
– Это как квантовый скачок в сознании людей, который обеспечит переход на следующий уровень всей планеты?
Она смотрела на меня, склонив голову вбок, как умная собака. Не думаю, что сравнение уместно, но другого подходящего у меня не было.
– Ну, в моей плотности, как вы говорите, все ожидают, что случиться нечто такое, от чего люди вдруг внезапно станут лучше, или тех, которые лучше, станет больше, чем тех, которые не очень. И планета перейдет на более высокий уровень, где все они не менее внезапно окажутся в раю. Ну, или что-то подобное.
Раздался трескающий грохот, я метнулась к стене, подозревая обвал, и оглянулась. Это что? Статуя смеётся? Не очень-то деликатно. У нас к этому приличные сознания, между прочим, относятся серьёзно.
– Нет. Не так. Ни что не может перевести куда-то сознание, кроме него самого. Оно или готово, или нет. Это только его выбор. Это персональный рай каждого. Сознание может принимать и поддерживать идею и даже транслировать её наружу, при этом внутри оставаясь равнодушным к ней, не понимая её истинного смысла. В этом случае, ни о каком переходе речи идти не может.