Журнал «Если», 2003 № 07

Есть в Питере дома, которые прямо-таки издеваются над гостями. В них решительно все — от номеров квартир

до фамилий жильцов — находится не на своих местах. Сегодня я как раз попал в такой. Но ошибиться я не мог. В подъезде и на лестнице, там и сям виднелись фосфоресцирующие стрелки, которые показывали, где находится квартира подследственного. Стрелки были снабжены интригующей надписью «Level О». Однако сама дверь его квартиры ничем не выдавала, что за ней находится обитель зла. Ни брони, ни навороченных замков, ни видеокамер, ни тепловых сенсоров. Даже глазка нет, сквозь который может сочиться злобный взгляд монстра. На двери висела старомодная табличка с именем и фамилией жильца.

Впрочем, последние несколько букв фамилии были зацарапаны, как будто рукой хулигана-малолетки. Но в любом случае мы тезки. Александр Т.

С минуту я восстанавливал нормальное дыхание. Лифт в таких крысятниках работает лишь в виде исключения, а пятый этаж после вчерашнего возлияния с «братьями по оружию» дался мне не совсем легко… Ну все, можно звонить.

Он открыл дверь не слишком поспешно, как пристало неврастенику, но и не сильно помедлив, как это принято у хамов и депрессивных личностей. Дверь не была оснащена даже цепочкой, показывая, что жилец вполне уверен в своих силах. С чего бы это?

Он оказался далеко не юн, как можно было бы подумать, зная его род деятельности. Красные, словно вымоченные в усталости глаза, вокруг них круги, оставленные каким-то инструментом визуализации. На шее висит шарф. Ну да, гражданин простужен, кашляет.

— Здравствуйте, вам кого? — спросил он вполне интеллигентным голосом, справившись с кашлем.

— Вас, если табличка на двери правильная.

— Табличка правильная, но я сегодня никого не принимаю. Извините, дела. Кроме того, мы с вами не знакомы.

Он вежливо улыбнулся и собрался закрыть дверь. Я не ухватил его за шарф, просто поставил ногу к косяку.

— Увы, визит официальный.

Я показал удостоверение МВД. Он посторонился, давая мне возможность пройти в квартиру. Тут было уже не так все просто, как с той стороны двери. Спартанская обстановка, но никакого бардака, как у забулдыг. На стене — горская сабля. Подарок? Трофей? Персидские суфийские миниатюры. Устройство бесперебойного питания электронной техники. Стопка блейд-серверов. Спутниковый ресивер. Плоский полуметровый экран. Головная гарнитура ВР — это от нее круги вокруг глаз.

— Чему обязан? — он по-прежнему играет роль занятого джентльмена.

— Прокуратура заинтересовалась вашей деятельностью. Игра «Дом, где живут нежильцы» — ваша работа? Советую не запираться. У нас достаточно свидетельств, чтобы доказать это.

— А я и не запираюсь, — сказал он с легким оттенком добропорядочного возмущения. — Ну и в чем, собственно, грех?

— Грех определен новым законом «О предотвращении кибернаркомании и киберкодирования жестокости». Теперь вы попадаете под статью как создатель игры, провоцирующей асоциальное поведение.

— А вы играли в нее?

— Нет.

— Попробуйте. — Он протянул мне головную гарнитуру. — Да нет, не бойтесь, я не стукну вас клавиатурой по затылку, пока вы будете там.

— А я и не боюсь. Внизу, в машине, меня ждет товарищ.

Вранье, конечно. Я с тобой и без товарища управлюсь, если что.

Только

времени у меня мало. Сегодня в моем расписании, друг-хакер, есть куда более важные дела. В двенадцать ноль-ноль торжественный ввод в строй сети «Бионет», где я далеко не последняя персона в обеспечении безопасности. Если точнее, я — одна из семи персон, необходимых для ее функционирования. Человек-ключ. Код доступа в человеческом виде. Как выяснилось, труднее всего поддается взлому то, что находится у человека в памяти. Формат и принцип записи в мозги до сих пор скрыты от пытливых исследователей со всеми их скальпелями, сканерами и наноманипуляторами. Так что, хакеры-какеры, если вы хотите узнать мою тайну, ждите, пока я сам ее не выдам.

— Если вы торопитесь, то спешу вас успокоить. Я тоже, — его голос опять-таки демонстрирует достоинство, словно пародируя мои мысли.

Ладно, не строй из себя крутого, если ты всего лишь запечный таракан. Вряд ли ты торопишься на открытие новой Сети, хотя, наверное, грохнул бы собственную бабушку, чтобы там оказаться.

Я надел гарнитуру. Пяти минут было достаточно, чтобы понять — закон о «кибернаркомании» дурацкий, потому что ориентирован на защиту дураков. Только этому ограниченному контингенту наших сограждан игра Александра Т. будет прививать кровожадность. Пожалуй, более весомая провинность автора — это то, что значительную часть графики он хакнул у «китов» игровой индустрии. Но почему законники взялись именно за Александра Т.? Ведь таких мелких вредителей, как он, пруд пруди. Кому он там дорожку перебежал?

Я хотел было уже снять гарнитуру.

— Не делайте поспешных суждений, — предупредил «мелкий вредитель». — Вы пока что на первом уровне, не более.

— Честно говоря, я здесь не для того, чтобы оттягиваться с запрещенными игрушками.

— Бьюсь об заклад, вы не дойдете до третьего уровня.

Это был примитивный вызов, но действенный. Какой же настоящий мужик стерпит такое. Да и, в конце концов, не убийца же он и не сутенер; сурового мента мне тут нечего строить.

— Капитан, вы виски пьете? Если пьете, то лучше немножко принять, это позволяет избавиться от сковывающего напряжения, — он зазывно звякнул стаканом.

Понятно. Если рыжий с лошадиной физиономией, то надо еще из себя и шотландца-ирландца строить. Я, правда, тоже рыжий-лошадиный, так что и мне грешно отказываться.

— Пью, когда хороший. То есть от «Джонни Уокера» и выше.

Ладно, хлебнул. На втором уровне эта игра стала и в самом деле будить во мне темные инстинкты. Я бегу по какой-то бесконечной коммунальной квартире и убиваю всех встреченных персонажей разными попадающимися под руку предметами. В отличие от первого уровня, где применялась банальная ножка от табуретки, теперь в дело пускаются и спица, и бутылка, и кухонный нож. Хотя заставка игры предупреждает, что все встречные-поперечные личности — не люди, а монструозные куклы, однако, на первый и второй взгляд, ничем они не отличаются от дедушек, бабушек и прочего мирного населения. И только если ты не успел своевременно их пристукнуть или садануть спицей в глаз, они атакуют тебя, имея на вооружении бутылку с обрубленным горлышком или заточенный зонтик.

— А у вас и в самом деле неплохо получается, — хакер снисходительно похваливает. — В армии не служили?

— В армии служили все наши сотрудники.

— Я имею в виду не инфантерию, а что-нибудь покруче.

А тебе какое дело? Впрочем, после второй порции виски почему-то тянет поговорить с кем попало.

— Можно и покруче. Отряд специального назначения «Омега» — но после того, как ушел на сверхсрочную.

— Кавказ?

— Не только. И не столько.