Жрон

В большинстве фиков по ГП с попаданием в ГП или ГГ, или, в общем-то, даже ДМ, СС, либо практически в любого другого представителя магмира, Уизли и, особенно, Рон выставлены откровенными уродами, проводниками Дамбигадства, Уизлищами погаными, с повременно-премиальной оплатой совершаемых отвратительных поступков. Там и окручивание бедного маленького Гарри, с матримониально-грабительскими планами, и выданье за Жрона умницы и красавицы Обретённой Гермионы, дабы поражённая предательством крови магия рода Уизли не зачахла окончательно, а подпиталась её чистой кровью. И везде Гарри, либо сам, характерным

жестом отвергает дружбу Уизли, либо на это ему указывают многочисленные попаданцы.

А теперь представьте попаданца в этого самого Жрона, причём не на первый курс – где всё ещё можно поменять, а к началу четвёртого, когда отношения испорчены окончательно и бесповоротно, и золотое трио сложилось без Уизли, где его роль занял Невилл.

Ах да, Дамби-то, конечно, гад, но не мужеложец и не растлитель малолетних, а идейный и, соответственно, зашоренный борец против тьмы, такой, какой он её считает. Вопрос в том, что он за деревьями умышленно не видит леса, но это уже морально-психологические установки после предательства Гриндевальда.

«Время и место подвига определяется судьбой…»

Тонкий намёк одному будущему герою на невозможность деться с этой подводной лодки.

В мир «Гарри Поттера» мечтают попасть многие: восторженные девочки, не менее восторженные мальчики, а также те, кто таким остаётся, несмотря ни на какой возраст. Правда, не все об этом заявляют, вот и мне, здоровенному мужику, да ещё и в погонах МЧС, как-то не с руки было обнародование такого увлечения. Правда, самого себя я успокаивал тем, что есть же някающий мент, так почему не быть фанатом ГП профессиональному спасателю, отслужившему срочку лейтенантом в войсках, после военной кафедры.

Мечтал так, подспудно, о попадании, но не в самого Гаррика, быть на острие атаки как-то не улыбалось, а вот кем-то из хогвартского окружения, пожалуй, да, в какого-нибудь ученика на периферии, не вовлечённого в основной квест.

И, что называется, домечтался. Заснул в своей квартире, а проснулся, хе-хе, каламбур, не в своей. Странное чувство, ни шока, ни особого удивления не было, может, это воспринималось как продолжение сна, но на чужой потолок и незнакомую обстановку я смотрел вполне спокойно. Расслабленно даже. Осознание пришло потом, а пока я водил глазами по стенам, фиксируя увиденное. Тут откуда-то снизу загремело, и слегка визгливый голос позвал какую-то Джинни помогать с готовкой, окликнул какого-то Перси и умилился причёске какого-то милого Чарли, которому так идёт.

Какие-то!? И меня подбросило на кровати. Тело, тело было меньше, значительно меньше моего прежнего, и я начал понимать…

— Йес! — я захохотал шёпотом, хохотом Тёмного Властелина, шёпотом, потому как не хотел перепугать никого в «Норе», слышимость тут, похоже, была преотличнейшей.

Хотелось крутануть сальто и пройтись колесом по комнате от восторга. Нужно зеркало, ведь основной вопрос — кто я. Варианты были, я же в «Норе», я мог быть и Гарри, ведь он частенько проводил тут время летом.

К зеркалу в углу я рванул как к родному, на ходу шепча радостно-возбуждённое:

— Я, я, я… — подлетев, вперился в него пытливым взглядом и… тут мои «Я» стали всё реже, тише и с каждым разом всё жалобнее, а я уткнулся лбом в стену, с глухим стуком. Стоном, в котором уже не было ничего человеческого, констатировал, несомненно, ужаснейший факт: — Я – Жрон!!!

Пусть

простят меня фанаты, но Уизлище поганое, Роном именуемое, Жроном прозываемое, ничего, кроме стойкой антипатии, у меня никогда не вызывало. Несуразное, неумелое, невоспитанное нечто, тоже мне чистокровный маг. Ещё эта выставленная на всеобщее обозрение бедность, это притом, что глава семейства работает в Министерстве Магии и даже на должности выше уборщика. Куда деньги деваются, куда? Правы фикописцы, за этой бедностью что-то да стоит, чистокровный род не может просто так взять и оказаться в том хлеву, что из себя представляла «Нора». Матушка-то, если память не изменяет, из Прюэтов, а те вроде как не последние по мощи рода были. Неужели действительно «Предатели крови»? Не просто оскорбление, а некий закреплённый магией статус, и от этого всё остальное, или что-то ещё? Надо разобраться.

После пяти минут биения головой об стену я всё-таки пришёл в себя. Ну и ладно, что Рон, в конце концов, близко к Гарри, подсказать там чего по сюжету всегда можно, Гермиона тоже… Интересно, она здесь на Эмму Уотсон похожа? Если да, то это я удачно зашёл, а потом вышел и снова зашёл, и ещё… Гм, что-то меня не туда понесло. В общем, жить можно, было бы хуже, занеси меня в ту же Джинни или, ещё того веселее, в Амбридж какую. А так хоть член есть, всё как-то привычней.

Огляделся, да, знатный бардак. Есть, говорят, хаос упорядоченный, когда вроде всё разбросано, но нужную вещь в три секунды находишь, здесь же был хаос первородный, да ещё и порядком замусоренный. Руки зачесались, как захотелось убраться, но нельзя, если Рон «сильно изменится за лето», это вызовет подозрение, это Герми вон хорошо, в такой ситуации, там первая мысль у всех будет: «А можно ли её ебать?», а на странности забьют, с шестым же Уизелом этот фокус не прокатит.

Жаль, память реципиента не досталась, но как вести себя дома и в гостях я примерно понимаю. Главное, умно не разговаривать, культуру за столом не показывать и почаще сморкаться на людях, так на мелкие отличия никто и внимания не обратит, ведь в главном-то я буду как привычное всем рыжее уёбище.

Ради интереса расшевелил ногой одну из куч мусора на полу, хе, какой-то учебник в пятнах, обёртки от конфет, бутылка сливочного пива — пустая, майка-алкоголичка, ага, ещё треники и кепку найти — и норм, а барсетку и отжать можно будет.

Весело похихикал сам себе. Однако, надо идти знакомиться с ближайшим окружением. Надел майку с штанами, найденными под кроватью. Мятые и замызганные шмотки меня не смутили, слава яйцам, я не брезгля какая-нибудь, а вы поползайте недельку в комке (*камуфляж) по болотам, тоже уже пофиг на мелочи будет.

Пошёл «знакомиться».

— Мам, пап.

Батя в кресле, в семейниках и носках на голые тапочки, читает газету. Вот отвлёкся, почесал яйца, снова читает.

— Дорогой, найди соль! — а голос-то у Молли, как надфилем по пиле.

— Акцио соль, — не вставая с кресла, Артур махнул полочкой, снова почесал яйца другой рукой, газета так и осталась висеть перед глазами.

— Дорогой, как там дети? — и снова я поморщился, а Уизел-старший, коротко вздохнул, махнул снова палочкой, что-то при этом пробурчав, после чего доложился: — Все на месте.

— Да, Рон, привет, — кивнул он мне и снова уткнулся в газету. Я проследил, как его рука не торопясь залезла в трусы и надолго заиграла «бубенцами». Меня передёрнуло.

Тут меня соизволила заметить и мамашка, заулыбалась: