Жрец. Свиток второй
Шрифт:
С похода на Ведьму Крови орчиха осталась в том же латном доспехе. Судя по оружию на поясе, щит был продан вместе с уходом Джа из игры. Она снова качала обоерукого бойца со странным набором смертоубийственных инструментов: кистень и короткий меч. Разве что шлем сняла, открывая вполне приятную для ее расы внешность. Темные волосы туго затянутые в две косы, нижние клыки, слегка торчащие изо рта. Орчиха немного смутилась под моим пристальным взглядом.
– Какой вес ты можешь поднять сейчас?
– Я почти
Ничего себе, это не мои жалкие пятьдесят килограмм. Золото весит примерно столько же. Часть смогу понести сам, выходит, мы будем вполне мобильны.
– Хочу использовать тебя как ослика. Нужно сорок кило донести пару кварталов. За сколько возьмешься?
– Обижаешь, дотащу по дружески. Еще чего, ради такой мелочи деньги с тебя брать.
– Смотри сама. Никто тебя за язык не тянул.
Предложить обмен игроку Святоглазка.
Передать предмет: 430 000 золотых.
Хоть здесь не перегнули палку с реализмом. Я уже морально готовился пересыпать золото горстями из своего мешочка в ее инвентарь. Но, оказалось, достаточно ввести во всплывающем меню необходимую сумму или передвинуть ползунок. Выражение мордочки орчихи сложно было передать словами.
– Ты что банк ограбил? Я столько денег никогда не видела. Аааапчхи!
Похоже, схватила легкую простуду, пока бежала по мне под дождем. Красный нос, насморк. Хороший из меня целитель - не определил недуг по ярким внешним признакам. Я покопался в навыках, в поисках самой редко используемой молитвы. Исцеление болезни сработало идеально. Орчиха перестала шмыгать, благодарно уркнула и выжидающе уставилась на меня. Но происхождение средств нужно держать в тайне, попробую перевести тему:
– Как раз наоборот. В банк Гинзы мы это добро понесем. Посиди пока, перекуси. Скоро пойдем.
Вопрос я не снял, но она не настаивала. Принялась без энтузиазма ковырять кальмара, принесенного гномихой. Святоглазка переживала, прямо как я за карточным столом. Приятно разделить с кем-то проблему. Деньги жгли ей карман, не меньше чем мне. Тем временем пришел ответ от казначея, без вложений:
«Просьба отклонена. Официально все копии священных текстов бывших религий света переданы Церкви Триединого. Наличие таких книг в клановой библиотеке несет слишком большой риск. За дополнительными разъяснениями обратитесь к главе. Казначей клана Чемпионы»
Так я и поверил, что вы все отдали. Как будто только у меня одного есть навык читателя. Придется на совете дергать Смерть, пусть выделяет мне необходимые фолианты. Я же не легендарный меч прошу, в конце то концов. Прочитаю, активирую обеты и верну.
Достав карту, проложил
Мои мысли вновь и вновь возвращались к деньгам. Любому желанию тяжело исполниться без атрибутов. На чем еще может основываться моя уверенность в получении миллиона? У меня есть последователи, раньше был сан. Я состою в одной из крупнейших гильдий. Небольшая шишка, а не рядовой член. Знаком с героями, главами некоторых гильдий...все-таки я слишком сильно хочу эту сумму. Надо относиться к ней как к хлебу у меня в сундуке. Я знаю, что он там лежит. Могу в любой момент протянуть руку и взять его. А ведь он тоже прошел долгий путь, его кто-то сделал и продал, а до этого еще кто-то вырастил ингредиенты. Нужно отвлечься. Взгляд упал на менестреля. Я встал, и потянул Святоглазку за светло зеленую лапу:
– Пойдем, потанцуем!
Она не сопротивлялась. Бард, заметив, что к эльфийке в красном присоединились посетители, сменил песню на задорный танцевальный мотив. Я задергался в такт, надеясь, что мои движения не примут за конвульсии. И нужного эффекта я добился. Все мысли о деньгах вылетели из головы, пока тело старательно пыталось, не опозорится окончательно. Орчиха справлялась куда лучше. Ее движения походили на изменение боевых стоек, но в целом довольно гармонично вписывались в ритм. Святоглазка впервые за время нашего знакомства улыбалась, моя выходка пришлась ей по душе.
– Ты же...уф...не пытаешься...уф...приударить за мной?
– С чего такие мысли?
– Пускаешь...уф...пыль в глаза деньгами, лечишь, на танцы приглашаешь...
Даже не знаю, что на такое можно ответить. Натанцевавшись вдоволь, мы вернулись к столу и только там у меня в голове все начало складываться. Ее застенчивость, то, что прибежала так быстро на мой зов, остается только убедиться:
– А сколько тебе лет?
Орчиха смутилась:
– У девушек такие вещи не спрашивают.
– Это у женщин не спрашивают и старушек. А у симпатичных орчих вполне себе спрашивают. Только не ври.
– Почти четырнадцать.
Так и знал. Значит, где-то двенадцать-тринадцать. Боги, а я ее вином поил! Совсем забыл, что здесь могут играть дети. Видимо, мой взгляд выражал неподдельный ужас, потому что Святоглазка весело рассмеялась:
– Да не волнуйся ты так. Игра сама блокирует взрослый контент. Твое вино для меня - виноградный сок. А публичные дома в квадратиках цензуры.
Дождь перестал барабанить по стеклам, и мы двинулись к выходу.