Жребий пепла

Попов Илья В.

Тот, конечно же, поначалу дико возмутился и заявил, что не собирается заниматься подобной ерундой. После этого Рю удивил их уже второй раз за утро — все тем же спокойным тоном он объяснил, что из семи последних чемпионов Турнира Домов трое ходили у него в учениках, двух он по несколько раз лупил на дуэлях — при этом будучи в стельку пьяным — а оставшиеся были слишком бездарны даже для этого. Так что, если он, Макото, в случае попадания в список участников, желает получить хотя бы шанс не вылететь в первом же бою — пусть он закрывает свой поганый рот, берет этот проклятый камень и дует на противоположный конец города за горячими рисовыми шариками в меду, ибо у Рю с самого утра во рту не было и крошки. Что

тот после короткого раздумья и поспешил сделать, покуда Кенджи под присмотром Рю продолжил практиковаться в вызове фантомов. Надо сказать, весьма успешно — если поначалу он мог сотворить лишь неясную дымку, то теперь уверенно «лепил» небольших зверюг и даже заставлял их двигаться по его команде.

Помимо физических нагрузок Рю не забывал и о занятиях умственных, ведь «Сначала бьет мысль, а уже потом за ней следует рука». Окинуть оживленную площадь одним взглядом, закрыть глаза и без запинки перечислить количество людей и животных. Зайти в незнакомую харчевню и за пять ударов сердца назвать лучшие места для засады и все пути возможного отступления. Рю, вслух считая до десяти, показывал их подробную карту какого-нибудь городского квартала — а потом заставлял чертить ее на память, безжалостно рвя пергамент в клочья за малейшую кривую черточку.

А еще Рю обучал их вещам, которые были скорее присущи наемным убийцам и шпионам, чем воинам. Старик не только рассказывал о том, как действуют различные яды, но и научил Кенджи и Макото распознавать их запах и даже изготавливать противоядия из трав, растущих буквально под ногами. Рю показал, как скрытно проносить оружие мимо самой глазастой стражи и пускать его в ход за считанные мгновения. Как убить человека простой бамбуковой палочкой или замаскировать смерть под несчастный случай? Как правильно с помощью миски воды и хлебного мякиша прикинуться калечным бродягой, да так умело, что все прохожие будут шарахаться в сторону, только завидев фальшивые язвы? Как изготовить трубочку для дыхания под водой, писать замысловатым шифром и подражать крикам птиц? Как…

— Знаешь, старик, я даже стесняюсь спросить, откуда ты всем этим штукам понабрался, — с подозрением протянул Макото, наблюдая за тем, как тот ловко вскрывает замок простой рыбьей костью.

— Ты бы лучше тупые вопросы задавать стеснялся! — только рявкнул тот и Макото мигом закрыл рот, клацнув зубами; после прошлого знакомства с Камнем Болтуна он еле-еле дополз до своей постели, рухнул на нее и уснул прямо в сапогах. — Однажды одна из этих «штук» тебе шкуру спасет — если ты, конечно, перестанешь языком трепать и начнешь слушать, что тебе умные люди говорят. Вот тогда тебе совершенно наплевать будет, где и когда я чему обучался… Каге хитроумный, ты так скорее дверь сломаешь! Не дергай, а поддевай язычок как крючком и плавно, аккуратно, без лишних движений…

Дело уже близилось к полуночи, когда Кенджи и Макото, расставшись с последним содержимым своих кошельков, покинули купальню и ушли спать. А рано утром, едва только солнце выступило из-за горизонта, они уже направлялись в сторону главной площади вместе со всеми остальными членами Дома Змея. Покуда простые воины шли пешком, они в компании Каташи и его телохранителей ехали впереди всей процессии на вороных скакунах, в чьи гривы были заплетены зеленые ленты, а седла украшало серебро и позолота. Ичиро — старший брат Макото — уже должен был ждать на месте, так как именно он помогал в организации Турнира от Дома Змея и даже входил в коллегию, которая будет следить за его проведением.

Что и говорить — площадь, ровно как и все улицы вокруг нее, были забиты настолько, что яблоку негде было упасть. Люди забирались на крыши домов, верхушки деревьев — чьи ветви при каждому дуновении ветра угрожающе стонали, рискуя обломиться и рухнуть вниз — и даже на плечи друг друга. Свободен

был лишь небольшой пятачок вокруг высокого помоста — по-видимому, именно отсюда будут объявлять имена счастливчиков, которым выпадет честь сражаться за звание лучшего; да и то — толпу сдерживало лишь плотное кольцо стражи, в любой момент готовых пустить в ход длинные древки своих нагинат.

Семьи попроще топтались среди прочих зевак. Богатые же рода и их приближенные заняли высокие деревянные галереи — выстроенные специально для сегодняшнего дня — расположенные по кругу. Каждая из них была украшена знаменами цвета Дома, для которого предназначалась, укрыта от солнца плотным брезентом и наполнена длинными скамьями с мягкими подушками. Не успел Кенджи занять свое место рядом с Макото, как возле них буквально из ниоткуда появилось несколько молчаливых слуг — и вот они уже потягивали прохладное вино, щедро сбавленное специями.

Заприметив на другой стороне площади Шуноморо, Кенджи помахал ему рукой — но вряд ли здоровяк смог разглядеть его приветственный жест с такого расстояния. Самого же Шу проморгать было трудно — впрочем, как и его родичей. Даже стоявшая рядом с ним девушка — быть может, сестра — возвышалась над окружающими мужчинами минимум на полголовы; вместе же семейство Ямо напоминало невозмутимые скалы, обтекаемые людским потоком.

Почти пробил полдень, народ все прибывал и прибывал, а гвалт в воздухе стоял такой, что Кенджи едва мог расслышать голос Макото, который, не умолкая ни на миг, комментировал всех замеченных им знакомых, абсолютно не стесняясь в выражениях. Но вот наконец загремели горны, забили барабаны, воздух заполнил стрекот трещоток — и к помосту направился главный императорский советник Чикара Хицу вместе с представителями Великих Домов, которые должны были следить за тем, чтобы правила Турнира выполнялись до последней буквы. От Дома Паука присутствовала госпожа Кумо, Дом Змея представлял Ичиро, чуть позади него шел пузатый господин с длинными тонкими усиками, точно нарисованными углем — глава Дома Тигра, Кенджи помнил его еще с совета — остальных же он знал разве что понаслышке. Не хватало только членов Дома Волка, которые все до одного покинули столицу сразу после похорон Сато.

Впереди процессии шла когорта стражников, которые, бранясь и ругаясь, бесцеремонно расталкивали переминающихся с ноги на ногу людей, а особо медлительных награждали пинками или ударами плеток. Взобравшись на помост и подождав какой-никакой тишины — признаться, времени для этого потребовалось немало — Чикара достал из-за пазухи запечатанный продолговатый футляр, предназначавшийся для свитков, и прочистил горло.

— Рад поприветствовать вас всех в этот знаменательный день! Пусть дети ваши никогда не знают голода, а предки улыбаются, глядя на достижения своих потомков. Увы, наш всеми любимый владыка, Ставленник Богов, Мудрейший из ныне живущих, Хозяин земли и воздуха… — выслушивая все титулы императора, Кенджи не торопясь успел опустошить полный стакан — … его светлость господин Симада не смог сегодня поприсутствовать на церемонии лично, но просил передать всем и каждому его самые искренние благословления.

Со всех сторон послышались жиденькие аплодисменты; и хоть некоторые хлопали словам Хицу весьма искренне, остальные даже не отвлеклись от разговоров или же в открытую позевывали.

— Не буду тянуть время и рассказывать вам, по какой причине мы все здесь собрались. Хочу лишь напомнить, что этот Турнир целиком и полностью будет посвящен имени слишком рано покинувшего нас Юмы Сато — императорского мэцукэ, отдавшего жизнь на благо своей страны. Господин Сато был похищен и убит одним вероломным мерзавцем, чье имя я брезгую произносить даже про себя — но к счастью, нашлось несколько смельчаков, сумевших отомстить за смерть Юмы и вернуть его тело для погребения…