Жнец
Шрифт:
Это вызвало неоднозначную реакцию. От меня не ожидали подобных откровенных слов, так что расходились те задумчивыми. Война есть война, и я этого скрывать не собираюсь. Опасно везде. Поглядывая на часы, я отметил что за минуту до конца, выделенного мной времени, бойцы стали собираться у машин. Построив их, я с некоторой грусть наблюдал за суетой, пока те не построились, причём как придётся, а не по росту, Лосеву поручу, он ещё тот уставник, пусть занимается, от строевой, до и изучения устава и личного оружия. Все бойцы имели разнообразную гражданскую одежду, почти все в кепках, да с вещмешками, туго набитыми. Осмотрев строй, я не успел и рта открыть чтобы подать следующую команду, как один из бойцов, мелкий, с краю стоял, вдруг спросил:
– А
– Товарищ боец, представьтесь.
– Боец Волосов.
– Красноармеец Волосов, именно так вы должны представляться. И прежде чем обращаться к командиру, вы должны спросить разрешения, и получив его, только потом задать вопрос. Давайте попробуем с самого начала. Я скажу, что нужно говорить, а вы повторите. Товарищ младший лейтенант, разрешите обратится.
– Товарищ младший лейтенант, разрешите обратится?
– Обращайтесь.
– А где ваши бойцы?
– Мои бойцы, после тяжелейшего боя которые пережили не все, а вместе со мной в строю осталось семь человек из трёх десятков, в данный момент находятся в увольнительной, которая продлится до часа дня. Вас удовлетворит такой ответ, боец?
– Да, товарищ младший лейтенант.
– Правильный ответ, – одобрил я. – Быстро учитесь. Но учтите, в следующий раз если неправильно обратитесь, получите наряд вне очереди. Мой заместитель, сержант Лосев, чуть позже объяснит вам что это такое.
Вроде бойцы прониклись, хотя думаю дойдёт до них не скоро, с потом, болью и усталостью после изнурительных строевых подготовок, и остальной учёбой, которую те будут совмещать вместе с боевой службой. Учёба, так сказать, без отрыва от военных действий. В прицепе, их это же ждало и в пехоте, куда тех должны были направить. И я даже не скажу где у них больше шансов выжить, в пехоте или у нас. Сам сомневаюсь в этом. А сейчас осмотрев строй, я приказал:
– Кто имеет специальность шофёра, два шага из строя.
Двое вышли, и я, посмотрев на них, сказал:
– Свои машины, а это те что сцепкой соединены, вы получите чуть позже, как и положено, а сейчас займите две другие машины, нужно перегнуть их за город. Учтите, что машины перегружены.
Оба рванули к машинам, на ходу разобравшись кому какая, а я велел бойцам грузится в буксируемую машину, пулемёта и другого оружия там нет, ничего не сломают. Залезли все, пусть слегка тесновато, но поставив ящики на попа, получилось, как скамейки, те расселись. Я устроился за рулём головного «Зиса» и запустив двигатель, стал буксировать «полуторку», оставшиеся две машины натужно гудя моторами, обе всё же перегружены были, тянули следом. Добравшись до выезда, а я одного бойца знакомого с городом посадил рядом и тот показывал дорогу, мы выехали из города и проехав укреплённый блокпост, отъехали километра на три от окраин и высмотрев удобную стоянку, две других что раньше попались, уже заняты были, свернули к ней, где я и притёр машины под деревья, укрывая их под ветвями. Потом заглушив двигатель и покинув кабину, велел бойцам разгружаться, знаками показывая куда поставить другие машины. Наконец и их двигатели смолкли, и построив бойцов, я указал на того мелкого, и сказал:
– Красноармеец Волосов, вы заступаете на охрану территории стоянки и боевой техники. Пройдёмте со мной для получения оружия. Остальным получить инструменты и замаскировать машины ветвями. Добавлю, рубить в разных местах чтобы с высоты не было видно прорех. Старший, красноармеец…
Боец, на которого я казал, тут же ответил:
– Гордеев.
– Красноармеец Гордеев. Я сейчас отойду, нужно получить на вас обмундирование, пока я отсутствую, вы назначаетесь старшим. Вернусь, проверю маскировку и вашу смекалку. Пройдёмте со мной для получения инструментов.
После выдачи Гордееву топорика и двух острозаточенных пехотных лопаток, тот повёл бойцов в лес, вещмешки они в машинах оставили. Волосову я выдал карабин, показав, как стрелять и как
Загнав и эту машину под деревья, я заглушил двигатель и покинув кабину проверил маскировку. Её ещё создавали, поднося срубленные ветви, и на ходу я стал учить как нужно правильно маскировку наводить, ученики мне достались способные, вполне схватывали всё на лету. Да это и понятно, семнадцать тридцатилетних мужиков, мне двадцать… Да Лосеву и то двадцать шесть, он из старослужащих. Закончив, я снова построил бойцов, Волосова это не касалось, он на посту, а то дёрнулся следом за всеми. Пришлось указать на это. Вот что я сказал:
– Товарищи бойцы, сейчас вы получите обмундирование, снаряжение и оружие. Патроны тоже будут выданы, но оружие держать разряженным, вас ещё будут учить обращать с ним, это задача сержанта Лосева. По поводу выше названного сержанта. Два дня назад мы взводом участвовали в очень серьёзном бою, где потери с нашей стороны составили восемьдесят процентов, но нападающие были уничтожены. Сержант Лосев не раз вступал с немцами в рукопашную схватку, поэтому он пострадал, был несколько раз ранен, но отказался покинуть подразделение. В бою сержант получил прикладом в лицо, поэтому просьба не обращать на это внимание, через несколько недель синяки и ссадины заживут. На этом всё. Сейчас выстройтесь в очередь у машины, и получите обмундирование и обувь. Померите, если что не подойдёт, сдадите и получите другой размер. Если подходящего размера не найдётся, будете перешивать форму под себя. После этого будет выдача армейского снаряжения и оружия. Вольно. Разойдись.
Я направился к нужной машине, где откинув задний борт поднялся в кузов, там только в одном место свободно было, тут я и встал. Бойцы выстроились в очередь и я, бросая взгляд на очередного бойца, выдавал ему необходимое. Пока только нательное бельё из кальсон и рубахи, красноармейские шаровары, гимнастёрку, пилотку, ремень и сапоги. К ним уже нарезанную на портянки ткань. Бойцы разошлись и начали переодеваться. Некоторые, как оказалось, портянки мотать не умеют, но другие, которые знали, что и как делать, их учили. Подошло всего четверо, котором я заменил некоторые детали униформы, а один из них поинтересовался:
– Товарищ младший лейтенант, а почему звёздочек на пилотках нет?
– Это всё будет выдано чуть позже вместе с петлицами и подворотничками.
Когда бойцы уже ходили и привыкали к пока необмятой форме, которая топорщилась в разные стороны, я закончил подготавливать снаряжение. Не до петлиц и звёздочек пока. Да и следить как те всё пришивают будет Лосев. Наконец я позвал бойцов и те снова выстроились. Теперь я выдавал каждому: армейский вещмешок, шинель, алюминиевую фляжку, плоский солдатский котелок, кружку и ложку, полотенце, кусок мыла, гранатную сумку, подсумки для обойм к оружию, пехотную лопатку в чехле, и каску. Получая, бойцы отходили. Двое вернулись, шинели меняли, с размером я ошибся. После этого один из бойцов сменил Волосова и тот наконец получил всё на себя, а то уж больно подпрыгивал от нетерпения. Когда выдача была закончена, прикинув что нужно для бойцов, я отложил в отдельный сидор, материал для подворотничков, петлицы на гимнастёрки, и на шинели, эмблемы рода войск, ну и звёздочки для головных уборов. Убедившись, что ничего не забыл, я отогнал машину и снова убрал её в браслет, вернувшись пешком.