Жнец
Шрифт:
– О, а это кто? – удивился я, обнаружив мелкого бойца явно азиатской наружности что сидел на корточках у заднего колеса «Захара» и курил небольшую, вроде как самодельную трубку.
– Что? – повернулась Анна, и увидев красноармейца, ойкнула, удивившись. – А он откуда тут взялся?!
– Видимо на своих двоих пришёл, – вздохнул я, и заглушив трофейный аппарат, я его рядом с передовым грузовиком поставил, прошёл к бойцу, приказав сходу:
– Доложитесь. Документы есть?
Говорил тот на вполне чистом русском языке, и документы у бойца действительно оказались. Тот был из нашей Сорок Девятой дивизии, к моему удивлению. Обычный боец линейной роты пятнадцатого стрелкового полка. Скатка и сидор при нём,
– Ясно, – возвращая тому красноармейскую книжицу, сказал я. – Мы из одной дивизии. Как тут оказался? Где подразделение?
– Стреляли много, все побежали, я побежал. Потом никого вокруг. Шёл-шёл, сегодня вас встретил.
– Ясно. С нами поедешь. Устроишься в кузове этой машины, – похлопал я по деревянному борту «Газона». – Есть хочешь?
– Да, товарищ сержант.
Выдав тому банку тушёнки и сухарей, а также патронов и пару гранат, боец пустой был, я вернулся к комиссару, у меня интересная идея вдруг возникла, вот я и решил её осуществить, пока окончательно не стемнело.
– Товарищ старший батальонный комиссар, разрешите обратиться?
– Обращайся.
– Я спланировал один хитрый и наглый ход, как выбраться к нашим, прошу вашего разрешения использовать его.
– Ну раз уверен в нём, используй. Как я смог убедится, стрелок ты исключительный, думаю и как командир неплох. Что за план?
Ну, исключительным стрелком тот меня зря назвал, у нас в полицейском подразделении я был чуть выше среднего, были и такие стрелки что у меня от их работы дух захватывало, но видимо на фоне местных и моя стрельба производила впечатление. Однако всё же я особо не обольщался что один такой, наверняка есть и лучше, просто мы пока ещё не встречались.
– Ночью, под видом немцев выехать на дорогу, догнать попутную немецкую колонну и пристроится в конце. Опознать нас не смогут, а мы так доберёмся до их линии обороны, и дальше проберёмся к нашим. Не думаю, что те выстроили сплошную линию обороны, дыры должны быть. Я ночью хорошо вижу, как кот, думаю смогу проехать мимо постов и других немецких частей.
– Нагло и смело, но мне нравится. Добро. Это всё?
– Нет, товарищ старший батальонный комиссар. Вы умеете управлять автомашиной?
– Конечно.
– Тогда тут рядом брошенная колонна нашей армейской техники, в принципе я там и набрал зениток, наши до меня в батарее уничтожены были, а это вооружение я терять не хочу. Я планирую ещё одну машину прихватить из колонны, и прицепить к ней кухню. Ею вы и будете управлять, а я поведу эту связку из двух зениток. Защита с воздуха нужна нашим частям, и я не хочу бросать это вооружение.
– Добро. Помощь моя нужна?
– Нет, товарищ комиссар, тут боец прибился, из нашей дивизии, он и поможет. Ещё я там с немцев трофеи снял, оружие, пару биноклей, планшетка с картой, личные вещи, ранцы, если что понравится, забирайте. Ваши вещи тоже там должны быть, я всё сложил. Документы погибших, как ваших товарищей, так и немцев, я собрал.
– Добро, действуй.
Боец уже поел, действуя торопливо, недоеденное он аккуратно убрал в свой сидор, поэтому я и привлёк его к делу. Тот убрал часть вещей в кузов машины, и мы налегке побежали с ним по дороге колонне. Тут километра три будет. На мотоцикле тоже можно проехать, но колеи такие, что пешком проще и быстрее. Тот показал вполне неплохие физические данные, как и я он даже не запыхался. По прибытию, мы занялись делом. Ещё когда я осматривал машины, то приметил пару неплохих грузовиков, так что мы с бойцом сразу подошли к нужной машине, новенькому «Зис-5» с крытым кузовом. Что перевозили в нём я не в курсе, возможно личный состав, хотя скамеек тут и не было, чисто грузовая машина, но у кабины лежал тюк палатки, знакомой, на десять человек. Больше там ничего не имелось. Я её тоже планировал прихватить, но потом решил не перегружать
Особо нас не ругали, и даже помогли откатить кухню и подогнав поближе грузовую машину, прицепить к ней. Сейчас там устраивался комиссар, сложив свои вещи, он их нашёл в мотоцикле, да и как я понял трофеи себе нашёл. Например, немецкий «МП-40», автомат, у него на боку висел с подсумками, и несколько пистолетов исчезло из коляски. Да всё забрал, видимо на подарки. Документы убитых товарищей он у меня тоже забрал, про немецкие и не спрашивал. Сам я прошёл к головному «Газону», в кабине уже Анна устраивалась, трофеи оставшиеся, включая два «МГ» с патронами, я в кузов убрал, да и канистру с бензином снял с коляски трофейного мотоцикла, боец на месте был, шинель надевал чтобы не замёрзнуть в дороге, кузов открытый, и вот так запустив двигатель я стал буксировать вторую зенитку к дороге. Хорошо всё же что немцев не хватились, удачно. У посадки я остановился, нужно осмотреть дорогу. Там движение и не стихало, хотя заметно уменьшилось по сравнению с тем что днём было, но не было такого сплошного гула движения множества техники.
Изучив дорогу, я вернулся к нашей колонне и попросив у комиссара планшетку с трофейной картой, я её не зажимал и тот забрал ту себе, хотя карту изучить я всё же ранее успел, но всё равно нужно посмотреть. Там до Барановичей, у которых и остановились немцы было два моста, их нам не объехать, и лучше проехать вот так с колонной, а дальше бродами, и до наших. Сам город немцы ещё не заняли, остановившись в двадцати километрах. На оборону наших наткнулись.
– Нам нужно сюда, – указал на карте комиссар, когда я закончил её изучать.
Показывал тот на точку небольшой рощи рядом с Барановичами, точнее за ними. Скрывать тот не стал, и пояснил почему нам нужно именно сюда:
– Тут рядом должен быть штаб нашей Четвёртой армии. Я из политуправления штаба армии. Они должны были успеть эвакуироваться. Это мы задержались, проверяя одну из дивизий. Задачу понял, сержант?
– Да, товарищ комиссар.
– Вот что, если выведешь нас отсюда, лейтенанта не обещаю, а старшего сержанта вполне. Назначу командовать обеими зенитками. Потянешь?
– Конечно.
– Добро, договорились.
Это была сделка, и мы оба это понимали, так что я вернулся к своей машине, боец спал на свободном месте, там только сидеть можно, поэтому я вернулся к дороге. Минут сорок пришлось ждать пока я не заметил подходящую нам достаточно крупную колонну. Бегом вернувшись обратно, я завёл двигатель и пока тот тарахтел, стал ожидать конца колонны. А вот и она, включив фары, я врубил первую скорость и проехав посадку добравшись до дороги, где повернув, стал нагонять конец колонны. Тяжело было разгонять «Газон», имеющий другую машину на буксире, но смог сделать это. Судя по зеркалам заднего вида, комиссар не отставал, он тоже включил фары, всё как и договаривались. Анна в первое время напряжена была, но видя, что всё идёт благополучно, мы уже первый мост проскочили, задремала. Я же стал изредка посматривать в подзорную трубку, отслеживая маршрут. Мне не мешало управление машиной ещё и размышлять. Хм, наша дивизия входила в Четырнадцатый механизированный корпус, который входил как раз в эту четвёртую армию, так что комиссар был из вышестоящих командиров нашей армии. Нормально, удачно можно сказать, особенно если всё получится, и я получу повышение в должности и звании. А почему бы и нет?