Жнец
Шрифт:
– Читал какую-то книгу так там узник копал подкоп из застенка и так запутался, что выкопал ход в соседнюю камеру.
– Усмехнулся Сет.
– Ну, думаю, что с братьями такого не случиться. Меня больше волнует тихое поведение Тихого Совета, прости за тавтологию. Француз устраивал мне головомойку за головомойкой, а теперь вдруг решил оставить в покое. Как бы он не задумал очередной каверзы.
– А как ты объяснил ему моё отсутствие? Он ведь видел, что у тебя есть ученик и вдруг, его нет.
– А никак. Он о тебе не спрашивал и я был рад, что не пришлось ничего придумывать. Всё-таки он счёл тебя мелкой сошкой
Немного помолчали. Во время паузы Знахарь выудил из-под стола початую бутылку вина и два бокала. Сет, вскинув брови, уставился на споро разлитый напиток.
– Вампиры страдают алкоголизмом, как полагаешь друг Знахарь?
– Одного я точно встречал недавно в зеркале.
– Ухмыльнулся алхимик.
– Куда оно в тебя только лезет? Да.
– Задумчиво выпалил жнец.
– Слушай. Интересно сколько я смогу за раз высушить человек?
– Интерес к таким вещам обычно означает окончательную потерю человечности. Пожалуй, ты бесповоротно становишься одним из нас.
– Да ну тебя. Мне стало любопытно это только в связи с тем, что я хочу пронести как можно больше энергии в Зал Призыва. Ведь апостолы, освобождённые Проглотом, до сих пор находятся не в лучшей форме?
– Хм. Что ж это можно легко проверить. Я распоряжусь. Дня через три, пожалуй, можно будет собрать достаточно материала.
Несколько дней спустя Сет стоял в комнате с аркой и обозревал материал. Тринадцать дурно пахнущих и одетых в рваньё немолодых и явно побитых судьбой субъекта. Они лежали вповалку у стены, совершенно не подавая признаков жизни.
– Мда.
– Заметил жнец, скорчив скептическую мину.
– Разнообразием ты не отличаешься Знахарь.
– Если что-то хорошо срабатывает не стоит изобретать велосипед.
– Пожал плечами вампир.
– А почему именно тринадцать? Это у вас мистическое число что-ли?
– Никакой мистики. Совпадение.
– Ладно. Приступим.
На этот раз умерщвление такого количества людей не вызвало у Сета особых пререканий с совестью. Либо это уже входит в привычку либо он действительно окончательно теряет человечность. Эта мысль остро и неприятно резанула где-то в грудине, но не остановила жнеца.
Бродяги были напичканы наркотиками, поэтому находились без сознания. Это делало их похожими на скот, забитый на бойне и оставляло на сердце гнилостный душок. Сету, однако, было противно только начало процедуры - первая жертва. Остальные были лишены духа на одном дыхании. Это затягивало, делало жнеца законченным наркоманом который не в состоянии остановиться и уже не чувствует размер дозы. Его отрезвила только невозможность впитать дух из уже пустого тела. Жертвы закончились. Это прокатилось по нервам таким раздражением, что Сет даже окинул взглядом стоящего неподалеку Знахаря. Тот, заметив этот взгляд, даже попятился. Жнец с силой выдохнул и расслабил тело, успокаиваясь. Бегло осмотрев своё энергетическое строение, он не заметил никаких изменений в чёрном сгустке, который считал своей душой. Никакого чувства насыщения так же не ощущалось. Он был так же голоден, как и до начала эксперимента.
– Знаешь.
– Осторожно начал Знахарь.
– Я думаю, тебе не суждено насытится никогда. У нас вампиров есть жажда крови, наступающая от недостатка
– Вампир немного помолчал, раздумывая как бы по тактичнее объяснить свои наблюдения.
– Синдром голода как у зомби. Они постоянно пытаются набить свои мёртвые кишки свежим мясом, но от этого только делаются ещё голоднее и свирепее.
Сет и сам осознал нечто подобное. Только ещё он понял, что если когда-нибудь вовремя не остановиться, то уже не сможет остановиться никогда и жажда поглотит его разум как ломка наркомана. Видимо жнец может поглощать жертвы бесконечно единственное ограничение иметь в себе достаточно силы воли, чтобы прекратить этот процесс.
Он вдруг чётко осознал, что будь жертв на несколько человек больше, его бы так затянуло течением душ, что следующим стал бы Знахарь, а затем и все до кого он бы смог добраться. Это окончательно отрезвило Сета.
В позе Знахаря всё ещё сохранялся отпечаток испуга. Лицо его было непроницаемым, но принятая стойка и нервозность движений показывали, что вампиру не по себе. Сет попытался разрядить обстановку усмешкой.
– Ух. Нужно подходить к экспериментам более осторожно. Сам испугался честное слово. Будто после удара током трясёт.
– Знахарь уныло молчал.- Не буду, пожалуй, откладывать, и навещу апостолов, прямо сейчас. Ты не против?
– Как знаешь.
В голосе алхимика появилась хрипотца, до него только теперь дошло, кого он выпусти на свободу. Даже у одного из самых старейших вампиров земли, если не самого старого, глубоко внутри прошла волна ужаса. Плохо осознанная и еле ощутимая она, тем не менее, стала зародышем сомнений в правильности последних действий.
Когда спина жнеца скрылась в непроглядных клубах тьмы, застилающих проход внутри арки, Знахарь шепотом произнёс.
– А может Тихий Совет и прав.
– Глава 26
Никто из апостолов не обратил особого внимания на внезапно появившегося гостя. Замечая, его они лишь кивали в знак приветствия и возвращались к своим делам.
Повсюду у стен и просто посреди оставшегося свободным от обрушений пространства лежали кучи свежей нарытой глины и камня. В полуразрушенной стене зиял проход около полуметра в диаметре, из него постоянно сыпались гравий и глина. Рядом стоял Мечник и лопатой собирал выпадающее. Он перебрасывал мусор в кучу, у которой стоял Клык в свою очередь перебрасывающий этот мусор ещё дальше. Так они распланировали извлекаемую глину по всему залу.
Сет подошел к возившемуся у четверых ещё не очнувшихся апостолов Проглоту.
– Кто копает?
– Таран. Если он пролезет в эту нору то и остальные тоже.
Маг повернулся, его балахон теперь напоминал плащ, впереди вдоль всего одеяния теперь была прорезь, но не сама прорезь удивила жнеца, а то, что она открывала взгляду. Всё тело Проглота до самой шеи состояло из не покрытых кожей мышц, причём располагались они совсем не так как положено в человеческом организме, нарушая все законы анатомии. Между отдельными группами мышц не было никаких просветов, они закрывали мага крови полностью как панцирь. По этому (Сету пришло в голову только одно сравнение) - мясу, словно змеи проползали, появляясь из складок мышц и снова в них исчезая тягучие струйки тёмной крови. Жнеца передёрнуло. Он поднял руку, указывая Проглоту в грудь, но не смог сформулировать вопрос.