Жнец

Скиба Сергей

– Сколько у нас будет времени, если мы освободим двоих?

– Ну.
– Сет поднял взгляд к потолку, рассчитывая в уме каналы энергий.
– Около двух месяцев.

– А троих?

– В половину меньше. А где пленники?

– Какие пленники?

– Мне нужны силы, что бы освобождать апостолов, разве вы с Кат остались тут не для того чтобы подготовить…

– Да, да конечно. К сожалению, на расстоянии нескольких дней пути нет ни одного разумного живого существа. Сумеречные земли словно вымерли, а ведь совсем недавно тут разгуливали

серафимы. После пропажи их отряда вся округа должна кишеть поисковыми командами, не могу понять, в чём дело. Мы, правда, ещё не побывали в Бархатном лесу, но думаю что после того недоразумения что …

– Называй уж вещи своими именами вампир, после той бойни, что ты устроил.
– Перебил Клыка жнец.

– Согласен, я немного перестарался. Тысяча лет заточения кого угодно выбьет из колеи.
– Вампир развёл руками.
– В общем, там тоже врядли кто-то остался.

– Но шанс есть?

– Определённый шанс всегда есть.

– Тогда не стоит им пренебрегать. У меня достаточно сил чтобы освободить двух твоих братьев вампир, но они будут слабы как дети и конечно в таком состоянии, ничем нам помочь не смогут. Нужна кровь.

– Смотрю, ты стал терпимее относиться к нашим потребностям. Освободи Мечника и Тарана. Эти двое даже ослабленными смогут дойти с нами до Бархатного леса, а если мы там никого не обнаружим то и дальше.

Клык указал на две ниши в стенах, где томились заключенные вампиры. В одной находилась обычная среднего телосложения мумифицированная фигура. В другой закованный в тяжелые доспехи двухметровый гигант. Единственные места, где тело гиганта не было прикрыто металлом это две небольшие прорези для глаз.

– Как этим побрякушкам удалось уцелеть на протяжении такого времени?

– Доспехи из мирфилия. Этот металл сам по себе легендарен, а усиленный рунами практически не уязвим.
– Пояснил Клык.

Сет смахнул пыль и паутину толстым слоем лежащую на фигуре гиганта. Доспехи действительно были покрыты замысловатой вязью рун. Силы в рунах не чувствовалось. Не удивительно, лёгкое касание показало жнецу, что рисунок рун отражает любую энергию, направленную на металл доспехов. Видимо руны каким-то образом изолировали и без того прочный мирфилий, от внешних воздействий.

Сет поднял ключ и разомкнул колонну, цепями сдерживающую гиганта. Когда его тело выпало из ниши, жнец склонился над ним и капнул в прорезь для глаз свою кровь, заряженную руной восстановления. Из-под забрала шлема раздался глухой рык.

– Ну, наконец-то. Я уж думал никогда не сойду с этого проклятого погоста. Помогите подняться.
– Голос Тарана мог легко соперничать по силе с басом Ястреба, капитана инквизиции.

Когда громадного закованного в доспехи рыцаря, удалось общими усилиями поднять на ноги, он немедленно опустился на одно колено и произнёс:

– Меня зовут Таран, и я клянусь служить тебе вечно либо пока ты или смерть, не решите, что мой долг оплачен.

Затем он провёл рукой по плечу, часть доспеха в этом месте исчезла.

Сет, не раздумывая, поставил на кожу апостола своё клеймо. Только после этого гигант поднялся с колен.

– Приятно снова почувствовать себя живым.
– Таран старательно расправил плечи, после этого даже внешне могучий Клык показался рядом с ним тощим мальчишкой.
– Скорее освобождайте Мечника и двинемся искать пищу, мой разум застилает жажда.

– А вы действительно всё слышите и понимаете, находясь в заточении?
– Поинтересовался жнец.

– Да и это самая настоящая пытка, по меньшей мере, для меня.
– Пробасил Таран.

Первыми словами Мечника тоже была ритуальная фраза подчинения. Правда, его сил не хватило даже на то что бы самостоятельно стоять на ногах. После нанесения клейма Сету пришлось потратить ещё часть своей энергии, чтобы хоть немного пополнить резервы вампира. От такого напряжения жнец и сам стал ощущать сковывающую движения усталость.

Теперь их было пятеро. Двое из которых передвигались пошатываясь, но были серьезно настроены на путешествие в поисках пищи. И у Мечника и у Тарана зрачки сияли кровавым красным цветом и практически закрывали радужку глаза. Поведение их было нервозным и лихорадочным.

“Ребята явно не в себе”.
– Подумалось похитителю душ.
– “Впрочем, тысячелетняя жажда крови кого угодно заставит нервничать”.

Поскольку простой отдых, восстанавливающий человека, совершенно не добавляет сил вампирам, было решено отправиться в Бархатный лес немедленно, пока остатки энергии не покинули апостолов.

Стали собираться в дорогу, подбирая снаряжение. Таран беспрестанно торопил Мечника, пока тот выбирал подходящий по размеру комбинезон из сумок Знахаря. Сам мирфилиевый рыцарь не желал “напяливать на себя глупые тряпки”. Впрочем, его доспехи прекрасно защищали его даже от солнечных лучей. Именно поэтому в замке Закат он исполнял обязанности начальника дневной стражи. Глупая работа, учитывая, что в сумеречных землях никогда не наступал рассвет.

Кавалькада нежити двинулась к выходу. Сет шел последним и весело улыбнулся, наблюдая, как вампиры, по очереди перепрыгивают черту, охраняемую падшей душой. Особенно неуклюже это получилось у Тарана, ещё немного, и он попросту свалился бы, но в последний момент ему удалось восстановить равновесие.

На поверхности царили всё те же знакомые сумерки. Клык шедший первым стал огибать встречающиеся на пути препятствия, постоянно меняя направление движения. Скоро Сет уже привычно поймал себя на том, что совершенно потерял ориентацию во времени и пространстве. Останься он сейчас один, ни за что не найдёт дорогу назад. Это заставило его немедленно перебраться в центр строя, так спокойнее.

Привалов не делали, шли постоянно, постепенно ландшафт вокруг стал преображаться. Каменистое плато сменилось полем усеянным мелкой галькой, а на горизонте появилась уже знакомая темная полоска. Опушка Бархатного леса.