Жнец
Шрифт:
Самохин сидел за столом на кухне, помешивал ложечкой в фаянсовом бокале. Увидел меня, предложил:
— Кофе будешь пить? Поешь что-нибудь? Давно ведь уже не ели. Сейчас в холодильнике пошарюсь, чего-нибудь найду.
— Кофе? Давай кофе — после короткого раздумья согласился я — да и перекусить тоже можно. Не так чтобы очень уж хотелось, но надо…
Самохин кивнул, дернулся встать с места, но остался сидеть. Спросил:
— Ты с Валей…сделал?
— Сделал — кивнул я — Теперь она думает, что Валера бросил ее, ушел к другой бабе. Сказал, что вещи потом заберет, и ушел. Ну и про Настю. Она теперь
Самохин посмотрел на меня долгим, пристальным взглядом, потом как-то по-детски заморгал, уставился в столешницу, тихо сказал:
— Василий, ты страшный человек, ты это понимаешь?
— Понимаю, Игорь Владимирович — вздохнул я — Жизнь такая! Я стараюсь жить по-совести, никого без нужды не трогаю. Даже помогаю, как видишь. Ты это…тоже особо не распространяйся, ладно? Скажешь где-нибудь, где не нужно, и могут быть проблемы. И не только у меня. Только в крайнем случае, если очень будет нужно. Да и вообще — я ведь бесплатно только для тебя работаю, из дружбы. Ты меня поддержал, ты мне помог, когда я приехал в Кучкино. Встретил меня как друга. Вот я тебе и помогаю, чем могу. Но это не означает, что я буду помогать всем подряд — привораживать, и уж тем более — убирать конкурентов. Я не киллер, и не маньяк. Вот такие дела…
— Ты и меня мог бы загипнотизировать — задумчиво сказал Самохин, все-таки поднимаясь с места — И я бы даже не заподозрил, что ты со мной сделал. И вот что я тебе скажу, Вася…никому и никогда не говори, что ты умеешь делать такие вещи. Если даже я задумался о том, насколько ты опасен, то что подумают другие люди? Тебя сразу попытаются убрать — во избежание проблем.
Я кивнул. А что ему ответишь? Все точно сказал. Все по делу.
— Василий, я не собираюсь тебя…хмм…учить, но, по-моему, ты действуешь слишком прямолинейно и это может привести к нехорошим последствиям. Понимаешь?
— Уже привело — неожиданно для себя буркнул я — завтра буду Варю разыскивать.
— То есть?! — удивился Самохин, и я вкратце, без подробностей рассказал ему перипетии моей схватки с рыжим колдуном, оставив за кадром и фамилию олигарха, и кое-какие финансовые моменты. Незачем похваляться своим умением делать деньги. Которые, кстати, по большому счету мне и не нужны. Если вспомнить про сокровищницу в углу лаборатории.
Хотя…как это не нужны? Ну да, сокровища, и что? Ну вот они лежат, дальше что с ними делать? Берешь лоток и шагаешь по улице, крича во весь голос: а вот сокровища! Пааа-купай! Кому нужны сокровища?! Налетай! Есть бриллианты! Есть рубины! Александрит очень насыщенного цвета! Налетай, подешевело!
Ага, смешно. Попробуй только я вылезть с этими сокровищами к ушлым дельцам, и начнутся большие проблемы. Могут и бандитов навести. А если не наведут — заплатят хорошо если четверть от истинной стоимости драгоценностей. Или вообще попытаются кинуть, и придется мне их всех искоренять. Нет уж, пускай драгоценности лежат. И как страховка — в случае чего их хоть за какие-то деньги, но можно продать — и как инструмент. Ведь самые лучшие накопители энергии делаются из драгоценных камней. И среди них бриллианты — это самые эффективные. Например, сейчас у меня на шее несколько цепочек, на концах которых подвешены амулет накопитель, амулет магической защиты, и амулет
Выслушал мой рассказ, Самохин задумался, потом предложил:
— Если какая-то помощь нужна — скажи, я все сделаю. Как уже говорил — я тебе по гроб жизни обязан за Настеньку. Не стесняйся, говори! Надо людей в помощь — я тебе дам. Денег надо — денег дам.
— Денег у меня хватает…а людей…ну что они, эти люди сделают? — вздохнул я — Против колдуна никто не сможет устоять. Только другой колдун. Или несколько колдунов. А вот ваши связи мне бы очень пригодились. Например — пробить, кому принадлежит дом по адресу, который я вам дам.
— Ты все не спишь? — раздался голос от двери. В проеме стояла заспанная, лохматая Валентина. Увидев меня — ойкнула, схватилась за голову, приглаживая волосы — Ты не один?
— Это Василий Каганов, мой друг — представил меня Самохин, и я встал, улыбнувшись женщине:
— Извините за вторжение, Игорь Владимирович пригласил меня. Сказал, что я могу переночевать. Если это неудобно, я сейчас же отправлюсь в гостиницу!
— Да ну что вы?! Как можно?! — Валентина махнула рукой — Если папа пригласил, как я могу вас прогнать?!
— Он поживет у тебя несколько дней, хорошо? — усмехнулся Самохин — У него в Москве дела.
— Да пусть живет — вздохнула Валентина, и пожала плечами — Мой-то, подлец, к своей девке отправился! Любовь у них, понимаешь ли! Да пусть катится, надел своим нытьем!
Мы с Самохиным переглянулись, и он незаметно мне кивнул. В общем — все шло нормально.
— Давайте я вам что-нибудь поесть приготовлю? — предложила Валентина, продолжая приглаживать непокорные волосы. Прическа у нее была короткой, но жесткие волосы похоже, что не хотели лежать.
— Приготовь, только по-быстрому. На голодный желудок спать как-то не очень приятно, да, Вась? — улыбнулся Самохин — Яичницу нам пожарь, что ли…и колбасы нарежь. Нашей, не здешней, из бумаги которая.
Через пятнадцать минут мы уже ели, запивая яичницу и бутерброды горячим кофе. Валентина ушла спать, сказав, что постелит мне в зале, а отцу в комнате Насти. И мы остались вдвоем.
— Слушай, Вась…а как ты стал колдуном? — вдруг спросил меня Самохин — Извини, что спрашиваю…просто интересно! Это ведь так невероятно, что слов нет! Расскажешь?
— А зачем? — спросил я, отхлебнув сладкого растворимого кофе — Из интереса…ну если из интереса — случайно стал. Вдаваться в подробности я не хочу, прости уж. Случайно стал. И то, что я стал колдуном — большая моя удача. Потому что при передаче колдовской силы я запросто мог умереть. Но не умер. Оказалось — у меня предрасположенность к колдовскому делу, и я вполне мог стать колдуном и без чужой силы. Вот так. Владимирыч, мне бы не хотелось распространяться о своих способностях — мало ли чего может случиться? Подслушают, или ты случайно проговоришься, а мне потом как жить? Ты лучше расскажи, что там у тебя с эти чертовым Силифоновым случилось! Я ведь зачем к тебе шел, когда встретил дома — заява на тебя поступила. Морду ты набил этому Силифонову. Надо объяснение брать, надо отписываться.