Жнец
Шрифт:
Я вспомнила свою мысль, что в новой одежде выгляжу как представительница гламурной тусовки. Но от этого комментарий Натана только больше меня взбесил. Я гневно бросилась защищаться.
— Я не бегала сама за этим костюмом. Что мне дали, то и ношу. А в душе была куча примочек, вот я их и попробовала. Да ты сам не удержался и постригся!
Я в упор взглянула на Натана.
— Ты всё это говоришь,
— Нет, я говорю не из-за ревности. Ты мне нравилась даже в том синем комбинезоне, было классно болтать с тобой про разные миры и создания Игры. Да, я не удержался и позвал тебя на свидание, но отказ на самом деле стал облегчением. Я сразу знал, что заводить с тобой роман - большая ошибка.
Я не хотела отношений с Натаном, но его слова меня оскорбили.
— Это почему же?
— Потому что я хочу быть Игротехником.
— Уж не знаю, чем это тебя так привлекает, — огрызнулась я, — Как только игроки выплачивают пожизненную подписку, они больше не работают и наслаждаются, исследуя миры Игры. А если ты станешь Игротехником, всю жизнь придётся работать.
— Если я стану Игротехником, никогда не захочу уйти в отставку, — парировал Натан. — Ты мечтаешь исследовать миры Игры, Джекс, а я мечтаю создавать их. Я не просто хочу это делать, я должен это делать. У меня в голове клубятся сотни идей, образы пейзажей и созданий, что просятся на волю.
Он помолчал.
— Вот только Игротехникам не разрешается крутить шашни с игроками. Это потому что у Игротехников так много власти. Боги Игры не должны иметь любимчиков среди простых смертных.
Страсть в его голосе сменилась печалью.
— Если меня примут на работу, все эти правила станут моим законом. Придётся уйти от всех, кого я когда-либо знал, я их больше не увижу их и не заговорю с ними. Я поссорился с моим братом-близнецом по этому поводу. Он сказал, что если для меня важнее быть Игротехником, чем его братом, если я однажды разорву с ним связь из-за своих амбиций, он лучше сразу порвёт со мной. Мы уже несколько лет не разговариваем.
— Не знала, что у тебя был близнец. Ты никогда о нём не говорил, вот я и решила, что ты — единственный ребёнок, как и я.
— Поссориться с близнецом всё равно что потерять часть тела. Не хочу снова проходить через это с девушкой или женой, лучше оставаться просто друзьями. — Натан махнул рукой. — Я рад тому, что мы друзья, Джекс, но меня беспокоит происходящее между тобой и Ястребом.
— Настоящий Ястреб в Игре. Мы общаемся только через этого причудливого дроида, которого он контролирует. Ты серьёзно решил, что я собираюсь соблазнить робота?
—
— Да не было никакой искры, Натан. Ты что, вообразил, что я могу предаваться фантазиям о Ястребе посреди воронки от взрыва? Я была раздавлена гибелью отца, а Ястреб мне посочувствовал.
Натан вздохнул.
— Я неверно выразился. Я пытался сказать, что между вами просто воздух светился от эмоций. Мы сейчас в очень необычной ситуации. Ястреб выбит из колеи взрывом, ты огорошена гибелью отца. Да, Ястреб здесь просто в виде дроида, но вы начинаете общаться очень по-человечески.
— И что с этим не так?
— С этим всё так, пока ты не теряешь связь с реальностью. Ястреб — легендарный Игрок-основатель, на него в Игре вешаются толпы девушек. Он, наверное, очень осторожен в этом вопросе, так как о нём не ходят слухи в отличие от Цезаря, например. Думаю, Игротехники помогают замять кое-что. Как бы то ни было, я переживаю, вдруг ты нафантазируешь себе что-то несбыточное и в конце концов пострадаешь.
Я знала, что у Ястреба могла быть куча подружек. Я это поняла даже прежде, чем Натан услужливо ткнул меня носом в сей факт.
— Когда я была моложе, часто фантазировала, глядя на постер с Ястребом на стене, но я отлично понимаю грань между фантазией и реальностью. Я полностью осознаю, что Непобедимый никогда не захочет связываться со мной, и я бы не хотела связываться с ним. Никогда бы не согласилась на отношения с кем-либо, кроме равного партнёра, а я и Ястреб никогда не сможем быть равными.
Я встала.
— Вернёмся назад. Пока Ястреб занят, мы можем поспать.
Назад мы шли молча. Зайдя в вагон, я посмотрела на потолок и сказала:
— Хочу спать.
Из стены появилась кровать.
— Я тоже, — добавил Натан. Ничего не произошло. Он вздохнул.
— Я хочу спать.
На этот раз кровать досталась и ему. Он растянулся и, нахмурившись, взглянул на меня.
— Что случилось? Чего стоишь?
— Не хочу помять одежду. И у меня есть одна мысль.
Я подошла к ящику, в котором были наши костюмы, подняла крышку и засмеялась.
— Что? — снова спросил Натан. Он сполз с кровати и присоединился ко мне.
<