Жизнь напрокат

Ягушинская Вероника

— Кто у тебя умер? — тихо спросил парень.

— Наверное, моя вера в людей…

Поднялся сильный ветер, он трепал мои волосы, хлестал по лицу, и вскоре первые крупные капли упали на нас. Егор не лез с расспросами, за что ему спасибо, и больше не пытался утешать. Умный мальчик.

— Пойдем под крышу, — единственное, что я от него услышала, когда парнишка за руку увлек меня в зловонное нутро кирпичной остановки, но выбора не оставалось. Заболеть не хотелось, а я и так наверняка застудилась, пока щеголяла в одной блузке.

Вскоре приехал автобус, опоздав на

сорок минут, но сейчас я не возмущалась, молча отдала кондукторше положенную сумму и уселась у окна, наблюдая за буйством стихии в ночи. Небо прорезали молнии, чтобы вскоре обрушиться на землю раскатами грома. Иногда казалось, что от жуткого звука сейчас развалится автобус, но этот пенсионер стойко полз по мокрой дороге в сторону своей конечной цели.

— Наша остановка, — за руку меня тронул Егор.

А я и не заметила, как мы приехали.

Пока шли от остановки до моего дома, вымокли до нитки. Я шла не спеша. Несколько раз пыталась отослать мальчика домой, чтобы не мок, но тот, джентльмен, наотрез отказался бросать меня одну, да еще и в таком состоянии. Странный он… Непонятный. Иногда складывается впечатление, что в нем живут два разных человека. Один — забитый тихоня-шестерка, а второй довольно умный и проницательный, но себе на уме парень.

Вот мне еще только психа с раздвоением личности не хватало!

— Откуда ты узнал, как Алину успокоить? — спросила я, когда мы дошли уже до моей калитки.

Егор поднял на меня серьезный взгляд и спокойно ответил ровным тоном:

— У меня брат наркоман. Был. Периодически приходилось успокаивать, когда он за нож хватался.

Упс! И это я еще страдаю, что у меня все плохо.

— Извини.

— Да ладно, не бери в голову, — отмахнулся парень. — Он умер год назад, пережили. На завтра все в силе?

Я даже не сразу сообразила, о чем он, но потом вспомнила, мы же договорились погулять.

— Если дождя не будет, — пообещала Егорке и пошла в сторону дома, чтобы тут же получить нагоняй от бабушки за то, что приехала одна (и не волнует!) и под дождем (как будто его наличие или отсутствие от меня зависит).

Отговорившись от позднего ужина, я выпила всунутый мне стакан горячего молока с маслом (фу-у-у, гадость) и поспешила в свою комнату. Меня медленно и неуклонно накрывала истерика…

~ 54 ~

Тук-тук-тук. Шкр-р-ряб.

До чего же противный звук! Я перевернулась на другой бок и продолжила спать. Точнее, попыталась это сделать.

Тук-тук-тук.

Блин, да что за дятел тут завелся с утра пораньше. Рассветные лучи еле-еле пробивались из-за тяжелых, но рваных туч, значит, сейчас часов пять-шесть.

Тук-тук-тук. Шкр-р-ряб.

Меня передернуло, а по коже пробежали мурашки. Ненавижу этот звук, когда чем-то острым царапают стекло.

Тук-тук-тук.

Резко подскочив на кровати, я потерла лицо, прогоняя остатки сна. Ведь это же стучатся и скребутся в мое окно. Причем настойчиво так скребутся. Когтями? Первой мыслью было, что это Смерть за мной пришла. Сердце ухнуло в пятки, но потом я сообразила,

что бледная с косой обычно появляется без таких шумовых эффектов, да и время у меня еще есть.

Тук-тук-тук. Шкр-р-ряб.

Страшно. А вдруг, маньяк или, того хуже, нечисть какая. Вон, ночь еще не сдала свои позиции, вот и бродят вурдалаки всякие.

Тук-тук-тук.

И что делать? Бежать предков будить? Глупости какие. Ведь прекрасно знаю, что нечисти не существует, поэтому остается только… маньяк?

Была — не была. Осторожно приоткрыв с краю занавеску, я непроизвольно вздрогнула, узрев в кустах, растущих под моим окном Алекса. Выглядел он крайне уставшим, глаза красные, лицо слегка осунулось. Заметив меня в окне, парень радостно замахал руками, показывая, чтобыоткрыла створки, а я вот задумалась. Оно мне надо? Видать, на моем лице красноречиво проступили сомнения, потому что парень в молитвенном жесте сложил ладони и сделал вид, что сейчас плюхнется на колени. "А давай!" поощрительно помахала я ему и с удивлением понаблюдала, как Алекс в светлых джинсах бухнулся прямо в грязь. Тут уж человеколюбие соизволило проснуться, и я поспешила открыть окно.

— Дурак, — зашептала я. — Поднимайся быстро!

— Ну ты и соня! Думал, не добужусь, — также шепотом ответил парень и потянулся меня поцеловать. Я, естественно, увернулась.

— Лин, ты обиделась?

Какая проницательность! Я развернулась и направилась вглубь комнаты.

— Лина, не уходи, можно мне хоть объяснить все?!

— Не ори! Не в лесу! — шикнула на Алекса, возвращаясь в теплой кофте поверх пижамки. Все-таки августовские ночи — это вам не жаркий июль, и торчать у открытого окна в одной ночнушке крайне некомфортно. О том, что для начала стоит с Алексом поговорить, а потом уже делать выводы, я додумалась еще вечером, когда проистерилась и прорыдалась. После нервной перезагрузки мозг включился и заработал в нужном направлении. Все ведь могло оказаться и не тем, чем кажется, иной раз жизнь похлеще мыльной оперы сюрпризы выкидывает, поэтому…

— Объясняй, — прохладно обронила я, поглубже запахивая кофту. — Только быстро, а то не жарко, знаешь ли.

Парень смерил меня внимательным взглядом, тяжко вздохнул и спросил:

— Что тебе Вадим сказал вчера?

Странный вопрос.

— Попросил не расстраиваться по поводу того, что ты бабник, — честно призналась я.

Покрывать и выгораживать Кз перед братом я не собиралась. Все равно он никогда мне не нравился: чувствовалась в человеке гнильца.

— Вот… гад, — с трудом выдавил Алекс, явно подавив порыв выругаться покрепче.

— Так он не прав? — я в притворном удивлении подняла брови. — А то вчера похоже было.

— Ладно, у тебя есть право язвить, — нехотя признался парень. — Только, пожалуйста, выслушай, как все на самом деле было, а потом уже сама решай.

— Так, может, мы перенесем нашу занимательную беседу на кухню и на пару часиков?

— Прости, не получится, — повинился Алекс. — У меня электричка через полчаса, а в городе дел невпроворот.

Я лишь равнодушно пожала плечами. Ладно, сейчас, так сейчас.