Жить в России

Заборов Александр Владимирович

В сословном государстве процветает ремесло, но нет места технологиям, отсюда вечные наши проблемы с товарами массового потребления. В ресурсной экономике естественным является ориентация на сырье. Главная задача — поиск новых ресурсов: новых территорий, новых месторождений. Новые технологии в обществе не вызревают, в них не возникает естественной потребности. Необходимость их внедрения обычно осознается правящей верхушкой после военного поражения, а процесс внедрения вызывает противодействие в обществе.

Никого не интересует качество продукции и конечный результат усилий — нужно получить и освоить свою долю ресурсов. Больница — это не место, где лечат, это место, где осваивают деньги, выделенные на лечение. Вуз —

это не место, где учат, это место, где осваивают деньги, выделенные на учебу. Автозавод — это не место, где делают автомобили, это место, где осваиваю деньги, выделенные на производство автомобилей. Этот незатейливый факт объясняет практически все особенности национальной экономики. Вы ведь легко отличите больницу, где вас действительно хотят избавить от болезни (чаще всего это платные клиники, хотя тоже далеко не все), и контору, которая просто проводит набор манипуляций, не заботясь об общем результате. Конечно, для того чтобы получить желаемые ресурсы для освоения, требуется некоторый минимальный уровень качества, который необходимо поддерживать. Он определяется в процессе конкуренции между претендентами на эти ресурсы. Конкуренция осуществляется не на уровне удовлетворения спроса и борьбы за потребителя, а давлением на вышестоящие структуры.

В вузе на утреннем совещании обсуждались данные по статистике трудоустройства студентов. Выяснилось, что более 60% выпускников прошедшего учебного года не работают по специальности. Никому из присутствующих на совещании даже в голову не пришло обсуждать вопросы качества подготовки специалистов, актуальность образовательных программ или работы вузовской службы по трудоустройству студентов. Обсуждался только один вопрос : как улучшить статистику.

Доход служивого человека (а также врача, преподавателя, далее — всех) состоит из двух частей: жалованье и рента. Рента — это возможность получать доход от привилегированности своего положения. Например, только вы имеете право лечить, учить, давать разрешение на торговлю или проводить проверки. Превращение этого права в деньги называется рента, понятие «коррупция» применимо исключительно к рыночной экономике.

Представьте себе, что судья национальной баскетбольной лиги стал судить матч по ручному мячу — он бы свистел без остановки. Нельзя сословное общество судить по правилам демократического общества.

Леонид Радзиховский: В России никогда — по крайней мере, в последние 250 лет — не судили и не посадили за коррупцию ни одного высшего руководителя. И Лужков исключением не станет.

Наличие ренты приводит к тому, что любая ваша ошибка будет использована для того, чтобы получить с вас деньги. Общение с инспекторами дорожно-патрульной службы свидетельствует об этом со всей очевидностью, то же самое происходит и в вузе, и в больнице. В процесс борьбы за ресурсы и право взимания ренты втянуто все взрослое население страны. На примере техосмотра автотранспорта видно, что ренту можно оплачивать не только деньгами, но и многочасовыми мытарствами. Хотя и оплата деньгами не исключает необходимости благодарить и кланяться. «Вас много — я одна» — естественная позиция человека, крепко встроенного в поток.

В нашей стране параллельно ходят две валюты — рубль и уважение. Принцип «я тебе плачу, а ты делаешь» в России не работает. Практически всегда платишь не только деньгами, но и уважением. И эти валюты далеко не всегда переходят друг в друга. То, что у нас называется «бесплатно» оплачивается унижением (жесткий вариант проявленного уважения). Особенно часто приходилось платить таким образом в советское время.

Очень разные навыки требуются для того, чтобы бороться за государственные, бюджетные деньги, или для того чтобы суметь привлечь частные деньги, деньги населения. Нередко эти качества являются взаимоисключающими. В ресурсной экономике нужны

не умные, а лояльные. Для чего нужны талантливые люди: они могут придумать что-нибудь новое, создать новую стоимость, расширить рынок. Но в нашем случае нужны таланты типа Остапа Бендера: придумать, за что еще можно брать деньги, например взимать плату «за Провал». Все актеры стремятся стать продюсерами или иметь свой театр, иначе не стать в поток. Корреляции между квалификацией и зарплатой, как правило, нет. Для этого достаточно сравнить зарплату офис-менеджера и хирурга в государственной поликлинике. Или начисление пенсии, которая у нас есть не накопление, а компенсация нетрудоспособности.

Правильный способ экономического поведения — думать о потоке.

В 1990-м году, когда большая группа демократов прошла в областной Совет народных депутатов, я отказался от поста заместителя председателя областного совета, боялся, что не справлюсь — ведь опыта депутатской работы у меня не было. Припоминаю недоуменную реакцию опытных людей. Человек, который занял от нашей фракции это место, совсем не переживал по этому поводу — он с удовольствием выполнял представительские функции, а весь функционал переложил на меня. Я не понимал главного: в нашей стране занятие любого места: директора, председателя, президента — вовсе не связано с ответственностью и квалификацией, ты просто садишься на ресурсный поток и им управляешь. А для выполнения работы нужно нанять яйцеголовых — пусть пашут.

Объявили конкурс на полет в космос. Пришли немец, француз и русский. Председатель конкурсной комиссии опрашивает претендентов.

Немец: — я летчик высшей квалификации, готов полететь за три тысячи. — На что потратите деньги? — Тысяча мне, тысяча семье и тысяча любовнице. — Логично!

Заходит француз: — Я летчик, с большим стажем, готов полететь за шесть тысяч. — На что потратите деньги? — Две тысячи мне, две тысячи семье и две тысячи любовнице. — Логично!

Русский: — Готов полететь за девять тысяч. — Летаете? — Нет, что вы, меня укачивает! — На что потратите деньги? — Три тысячи вам, три тысячи мне. — А кто полетит? — Немец, он за три тысячи согласен!

В России много сил требуется, чтобы попасть на работу, устроиться, но зато потом уже можно ничего не делать. Полжизни уходит на то, чтобы занять место, а вторая половина — на то, чтобы не пустить на него других.

Обычно в стране присутствуют элементы обоих типов экономики — и рыночные, и ресурсные. Структуры сословного, ресурсного государства безжалостно и последовательно вытесняют элементы рынка.

В «Роснано» за подписью Генерального прокурора пришло письмо: «Предлагаю вам предоставить список всех профинансированных вами стартапов, не принесших результатов государству». Но ведь самая суть проектов в этой сфере — высокий уровень риска, и, лишая инвесторов прав на ошибку, мы делаем бессмысленным весь проект.

Чем больше внимания государства к какой-либо сфере экономики, тем сильней там выражен эффект ресурсного подхода.

Главным фактором катастрофического начала войны и больших потерь в дальнейшем была значительно более низкая боеспособность советских войск и превосходство германских генералов в сфере организации и управления. То есть в боевой выучке.

Мы имели шестикратное превосходство в танках и трехкратное в авиации. Причины хорошо понятны: основным занятием советских воинов всегда было несение нарядов и хозработы, плюс обязательные политбеседы. На практическую подготовку механика-водителя танка отводилось 5 часов, в реальности 1,5–2 часа (в вермахте более 50 часов).

«Патриоты», с пеной у рта доказывающие, что наши проблемы были связаны с плохим и недостаточным вооружением, просто отстаивают свое право использовать солдат на хозяйственных работах, воровать бензин и пилить деньги, выделенные на госзаказы.