Жить надо!

Калинаускас Игорь Николаевич

Реализация нужна, конечно. Это самое тяжелое. Это мало кто любит. Нужно потратить девять-десять лет на практику, чтобы произошло преображение.

Что же главное на пути? Мотив движения по духовному пути в любой традиции – это жажда учиться. Пока есть жажда, человек идет.

Нет жажды – он останавливается. Без жажды учиться не победить ни гордыню, ни самость, ни желание быть победителем. Когда пить хочется, не спрашивают о взаимоотношениях между бытием и жизнью, пьют!..

Ну так вот, жажда учиться, сколько я сам наблюдаю за людьми, она – самое трудное. Когда человеку лет тридцать – тридцать пять, у него как будто обрывается что-то. В силу социального давления, программирования. У него исчезает эта жажда, и очень многие именно в этом возрасте прерывают свой путь. Позднее у некоторых она снова появляется. Но путь должен кончиться. Путь, который никуда не приводит, – это не путь, это иллюзия пути, мистификация.

Теперь давайте разберемся с понятием «мистификации». Что я подразумеваю под мистификацией?

Вивекананда, по прямому указанию Рамакришны, в начале XX века сделал колоссальную работу в Америке и в Европе для того, чтобы снять с йоги мистификацию, которой ее окружили англичане. И таким образом он дал колоссальный импульс реальной йогической традиции в Европе и Америке.

Сейчас, как я понимаю, существует большой социальный заказ, есть масса людей, которые его выполняют, продолжают традицию советского манипулирования людьми, то есть традицию невежества как политики.

Поэтому

массы людей занимаются тем, что простые, ясные знания, необходимые людям: элементарные психологические, практические психологические знания, – выдают в такой упаковке, с такими одеждами, что люди просто не в состоянии в них сами без подготовки разобраться. И я стараюсь найти самые простые, самые точные слова, чтобы у людей был какой-то минимум информированности. Чтобы они меньше попадали в руки шарлатанов. Какой-то минимум, чтобы помочь людям выйти из позиции: «Сделайте со мной что-нибудь».

Я считаю, что невежество как политика – это самое страшное.

В этом смысле я стараюсь сделать все, чтобы у людей было больше возможности прикоснуться к чистым источникам, к тому, что по-настоящему, изначально называлось откровением. И я думаю, что, во всяком случае, многие из моих знакомых и друзей из других традиций, других религий в этом со мной солидарны и делают то же самое.

Я всегда был, есть и буду сторонником того, что общество, если оно хочет развиваться по-человечески, должно способствовать развитию активности субъекта, активности, а не пассивности. И болеть будем меньше, и отношения будут качественнее, и сделаем больше, и жить будет интереснее.

Жить. Быть живым.

Это значит быть бессмертным, пока живешь.

Без смерти.