Жиголо
Шрифт:
Федор остолбенел.
– Не может быть!
– Может, Федя. Еще как может. И дала себе зарок, если когда встречусь с тобою, то первая признаюсь тебе в любви. Мне тоже есть, что тебе рассказать. Только иди рядом, не могу я смотреть, как ты изучаешь мою спину.
Взяв ключ у навидавшегося всего портье, Виктория с Федором поднялась на третий этаж в номер люкс. Закрыв дверь, Виктория прильнула к губам Федора. Он осторожно обнял ее за плечи, словно это был хрустальный сосуд, и крепко прижал
– Феденька! Сколько лет прошло! А я думаю все об одном и том же, неужели ты не мог летом залезть ко мне в окно? Я его всегда открытым держала. Надеялась, вдруг, смелости наберешься…
Федор не снимал руки с ее плеч. Пусть сама ведет партию.
– А я тысячу раз в саду сидел. У меня масхалат был, из мешковины пошитый, а сверху водоросли. Ночью, если только наступишь на меня, увидишь. Я его у вас на краю огорода прятал.
– Ах ты, негодник? И ты видел меня раздетую? Я ведь всегда в одних трусиках спала.
Федор потупил глаза.
– Вика Петровна. Один раз, даже на подоконник залазил. Мешок, правда, не снял. Вы такая белая лежали, а у меня коленки в земле, на голове труха. Водоросли высыхали, каждый раз новые приходилось, приносить. Я полчаса просидел, любовался вами. У вас тогда родители уехали, и я набрался храбрости. А что бы мы с вами делали? Вы бы могли закричать.
– Я бы тебя дурачка, вымыла в ванне. Кстати, – вспомнила Виктория, – кто-то говорил, что у него дома нет ни горячей, ни холодной воды. Можешь принять ванну.
Федор, наконец, отпустил Викторию и прошел в апартаменты.
– Я тебе сейчас дам халат! – сказала она. – Проходи.
Федор мельком увидел спальню. На широкой кровати в беспорядке были разбросана дамская одежда. Выбирала, что одеть, усмехнулся про себя Федор. Взяв халат, он направился в ванную. Дверь не стал закрывать.
Виктория спешно убрала в шкаф одежду и минут через десять постучалась. Джакузи свободно вместило бы обоих. Федор так и подумал, что увидит ее сейчас обнаженной, но ошибся. Она вошла одетой.
– Я тебя сейчас помою. Феденька. Лежи! У тебя вся голова в репьях. Представь, что это случилось десять лет назад.
Она наполнила до краев джакузи пеной и принялась за Федора. Пол часа она его бережно скребла, терла, мыла, переворачивала и так и эдак. Федор как кот мартовский блаженствовал.
– Вика Петровна, ой, щекотно.
– Щекотки боишься! А не боялся к своей училке в окно лазить?
Наконец, когда она предложила ему встать и взять полотенце, Федор притянул ее к себе.
– Ох! – застонала она.
На пол полетели блузка, бюстгальтер, на юбке он сорвал замок. Тело было красивое, белое, широкое в спине. Она пахла потом и
– Позволь мне хоть душ принять!
– После!
– Сумасшедший.
Откинувшись на его руку, Виктория отдыхала. Вызревшими плодами с древа прожитых лет падали горьковатые на вкус слова:
– Живу чужой жизнью. Ты своею Федя, а я чужою. Странно как. У меня даже угрызений совести нет. Будто я сменила кожу, подверглась реинкарнации. Завидую я той, желанной тобой женщине, хорошей завистью.
Федор заигрался с ее локоном.
– Ясноглазая, жемчужинка моя прозрачная, успокойся. Я ее тела не знал. Я только сейчас представил, каким оно медовым могло быть.
Виктория оперлась на локоть.
– Когда я тебя увидела, подумала, что ты пляжный плейбой. А потом решила, что ты подослан сыскным агентством.
Федор рассмеялся.
– Я провидением тебе подослан, Вика Петровна. А ты мне судьбою.
– А что ты делал в этом районе?
Федор нежно поцеловал ей грудь.
– Надеялся на случай. Вдруг, думаю, повезет и я ее встречу. А когда тебя увидел, во рту у меня пересохло.
– И аппетит пропал! – насмешливо сказала Виктория.
– Аппетит не пропал, так быстро ел, потому что боялся, ты допьешь сок и уйдешь.
– А ты, правда, разглядел меня сквозь одежду?
Федор утвердительно качнул головой.
– Как сейчас. И даже лучше. Только я боялся быть настойчивым. У тебя такая волнующая походка, что я на людях готов был сорвать с тебя юбку и кофточку. Я бы все равно добился тебя. Второй раз ошибку бы не сделал, желанная моя.
Виктория рассмеялась и игриво похлопала его по щекам, а потом поцеловала.
– Ох, и хитрец ты. Жаль, не знала, я твоих мыслей. Иначе бы растянула игру на несколько дней.
Федор потянулся как пресыщенный кот и сказал:
– А кто нам мешает ее начать сначала? Одевайся.
– Ты это серьезно?
– Вполне, только дальше номера я тебя не отпущу. Заправь постель, и разбросай свою одежду.
– Отвернись!
– Я не смотрю!
– А теперь кем я буду? – спросила Виктория.
Федор двумя мазками нарисовал утреннюю картину.
– Ты будешь сама собою, так как ты хотела. Ты молча допила сок, встала и ушла, а я не стал дожидаться, когда ты выйдешь в город, пошел за тобой в отель и позвонил тебе через пять минут. Ты открываешь дверь, а я стою на пороге.
– А как тебя пропустили?
– Я через ресторан прошел.
– Гмм! Логично!
Одетые оба подошли к двери. Тренькнул звонок и на пороге люкса и перед Викторией предстал, тот молодой человек, на которого она обратила внимание в кафе.