Жесть
Шрифт:
— …И окунуться в дерьмо по самую макушку, — вдруг заявил кто-то прямо над ухом. — Свободно, мотылек?
Копейкин поднял взгляд. У его столика стоял небритый, нетрезвый и давно немытый тип в типичном сталкерском облачении, разве что вместо «Шторма» за спиной у ходока висел какой-то пулемет или что-то в этом роде. Иван плохо разбирался в пороховом оружии.
Тип держал в руках две стеклянные кружки с мутной желтой жидкостью. Видимо, с местным пивом. Отказать ему Копейкин просто не смог. Если честно, он слегка струхнул.
— Да, но…
— Я говорю, нашли дурака! —
Тип уставился на Копейкина, будто бы ожидая от него комментария.
— Кто не верит? — растерянно спросил Иван.
— Да вахлаки какие-то, — тип перевел взгляд на столики у входа в бар. — Смылись уже! Тем более, черт с ними! Ко мне люди из всех локаций приходят новости узнать и посоветоваться. Никто доказательств не требует. Потому что знают люди, Сивый врать не станет. А эти… вахлаки и есть! Я Сивый.
Тип протянул Копейкину руку.
— Иван, — репортер усилием воли преодолел брезгливость и пожал руку сталкеру.
— Пиво будешь? — Сивый подвинул Ивану одну из кружек.
— Я пиво не пью, — Копейкин с подозрением покосился на мутный напиток, — извините.
— Обычно я с утра тоже не употребляю, не имею такой привычки, но сегодня утро у меня с вечером спуталось. Вот только что из ходки вернулся. На Пашино ходил. Сейчас жахну, и спать. А ты чего тут? Тоже всю ночь топал? Из Томска?
— Почему вы так решили?
— Я Сивый, ты забыл? — небритый тип усмехнулся. — Я все знаю. Лешка-студент тебя провожал до Барьера. Дальше ты сам топал. Ничего так, грамотно топал для мотылька. Бывал уже в Зоне?
— Приходилось.
— И в каких локациях?
— В Сосновом Бору бывал, в Крыму, здесь… — Иван ответил нехотя, но вдруг сообразил, что Судьба сама подкинула отличный вариант. Усадила за столик неплохой источник информации, который вполне способен прояснить множество моментов. Осознав, что Сивого стоит раскручивать, а не воротить от него нос, Копейкин мгновенно преобразился. Как говорится, запульсировала репортерская жилка. — А насчет чего вам не поверили эти вахлаки?
— А-а, — Сивый махнул рукой. — За шахты спор зашел. Не поверили, что их по локациям уже, как дырок в сыре, нарыто. Даже вспоминать не хочу. А ты, говоришь, в Крыму побывал? У Ордена в плену?
— Я журналист… — неожиданное подтверждение слухов о шахтах слегка сбило Ивана с мысли. — Так получилось, что по делам туда ходил.
— Ишь ты, журналист! — Сивый недоверчиво уставился на Ивана. — А вообще-то мордень у тебя знакомая. Поди, на центральных каналах мелькаешь?
— Когда-то мелькал, — Иван невольно потупил взгляд. — Теперь так… сам по себе.
— Вот и я сам по себе, информацию пощипываю, как мерин травку, да людям раздаю почти бесплатно, — Сивый хмыкнул. — Мы с тобой, получается, эти… как по-умному… коллеги, да?
— Точно, коллеги, — Иван признал это через силу,
— А тут-то ты чего забыл, коллега? Я так и не понял. Хочешь репортаж про кабацкий бизнес сделать?
— Нет, я просто… отдохнуть решил… — Иван старался говорить как можно более непринужденно и естественно. — Ну и освоиться хотел, послушать, что тут да как…
— Освоиться — это хорошо, — Сивый поднял кружку и осушил в один прием, залпом. После чего вытер рукавом битые-перебитые губы (неужели за чистую правду ему так часто доставалось по зубам?) и взялся за вторую кружку. — Раз не хочешь, сам выпью. Но сперва умную вещь тебе скажу, Иван. Вахлаков, которые сюда наскоками являются, не слушай. Брехуны все, как один. Друг перед другом выеживаются, басни сочиняют, подвиги свои расписывают до небес. Хочешь правду узнать, у профессионалов спрашивай. Ты правильный взял ориентир, когда ко мне подсел. Сейчас освежусь и на любой твой вопрос отвечу со всей серьезностью и в полном объеме. Формулируй пока.
Копейкин не стал возражать или уточнять, что подсел как раз Сивый, это сейчас было лишним. Иван просто дождался, когда сталкер «освежится», и задал первый вопрос:
— Сколько?
— По соточке, — небрежно проронил Сивый. — Можно сразу штукарь, и тогда без лимита.
— Расценки, однако! — Иван покачал головой. — Просто столичные.
— А качество? — Сивый сдержанно отрыгнул. — Я ж с гарантией информацию поставляю, самую достоверную. Только то, что сам увидел, услышал, разведал. Нет, ты можешь к другому слухачу обратиться. Сейчас тут, правда, с нашим братом негусто. Я один. Но к вечеру… и Джабба подтянется, и Мюллер, слыхал о таких? У меня оба учились, уже почти догнали в мастерстве. У них тоже качественная информация и дешевле чуток, базара нет…
— До вечера ждать не могу, — Иван вздохнул. — Держи.
Он положил ладонь на стол. Сивый накрыл его руку своей и ловко, между пальцев у Ивана, выудил две розовые пятисотки.
Вообще-то Копейкин лукавил, на тысячу в столице не купить даже уличную сплетню, а тут ему предлагался «безлимитный тариф». Но денег все равно было жаль.
— Эх, я еще совсем мальцом был, но точно помню, что до Объединения штука евро в здешних местах считалась нереальным богатством. А потом ВТО, федеративная интеграция, кризис тридцатых, китайская заварушка… И все, свои старые валюты все поотменяли, а единая вдруг обесценилась. А уж чего началось, когда Зона появилась… Кружка пива — сотня, банка тушенки — полторы, «Калашников» — пятьсот, почти задаром, да только патроны аж по десятке. Куда с добром?!
— Больше у меня нет, — прекрасно понимая, к чему клонит Сивый, сказал Иван. — Да и уговор был на штуку.
— Уговор дороже денег, — Сивый кивнул. — Ладно. Спрашивай, чего хотел. Небось про таблетки Шульца?
— Да, про них тоже, но… как вы догадались?
— А чего тут догадываться? Про них весь Академ шепчется. И в других локациях начинают. Это ж, считай, единственное лекарство от жестяной заразы. Да и от всех остальных тоже. Просто панасоник, да и только.
— Э-э… в смысле — панацея?