Жест Лицедея
Шрифт:
— Глупый мальчик, ты думал меня обмануть? — Троцкая медленно приближалась ко мне, с явным осознанием моей беспомощности и своего бесконечного превосходства. Еще бы аж четыре ствола черными глазами смерти смотрели на меня, столько же на Ирину. И даже дело не в пистолетах — рядом с Троцкой очень сильный маг, опередивший меня с инициативой. А ведь в играх со смертью важны не только мастерство, но и быстрота.
— У него сильная ментальная магия, — предостерег Светлану тот самый маг — мужчина азиатской наружности, страховавший от неожиданностей с моей
Именно он превратил меня в неподвижную куклу, какой-то неизвестной мне техникой влияния. В полумраке поначалу он казался похожим на Бабаша Кулиева. Разве что поуже в плечах и заостренные черты лица, на вид лет сорок, может больше. Двое других, ворвавшихся в склеп вместе с Троцкой, так и остались у распахнутой двери. Тоже готовые к бою, но пока безучастные.
— У него магия? У этого дурачка? — видно для Троцкой это предупреждение стало неожиданностью. — Он полностью под контролем, Сеймур? Смотри, чтоб не дернулся. Не хочется в нем делать дырки.
— Да, ваша светлость! — Сеймур тоже сделал несколько осторожных шагов вперед, поглядывая на меня, и не выпуская из поля зрения Ирину. — Лучше не прикасайтесь к нему — возможна передача скрытых установок.
Я почувствовал, как оцепенение стало еще жестче. Теперь я даже не мог повернуть голову, превращаясь в окаменевшую статую. Единственное, что я смог, это активировать «Крепкий Орешек». Но сейчас как никогда требовалась атакующая магия. Если бы я только мог, я бы не задумываясь ударил из всех сил — рискнул бы, пусть даже ценой своей жизни. Для попытки атаки требовалось хотя немного свободы рукам и пару секунд на активацию заготовок. Уж поверьте, я бы смог разобраться хотя бы с одним или двумя неожиданными противниками. В идеале: две атакующих руки — два трупа. В первую очередь этот Сеймур, затем… Нет, наверное, убить Светлану я бы не решился. Ударил бы в одного из тех двоих, стоявших у двери в склеп. А силы тем временем утекали из меня.
— Все-таки она здесь! Как хорошо, — увидев корону, Светлана убрала один из пистолетов и в несколько быстрых шагов подошла к сдвинутой плите саркофага.
— Бери корону, все что здесь есть и позволь нам уйти, — сказала Ирина, побледнев от потрясения. Она понимала, что телохранители-«муромцы» скорее всего мертвы, а значит и наши жизни теперь мало чего стоят.
После долгой молчаливой улыбки Троцкой, графиня Разумовская, снова попросила:
— Пожалуйста, графиня, отпусти хотя бы Сашу!
— Мне идет эта шапочка, а, мальчик? — убрав второй пистолет, Светлана взяла корону и осторожно надела ее. — Так ты меня еще больше любишь?
— Пожалуйста, отпусти Сашу! — повторила Ирина Львовна, казалось, она сейчас заплачет.
— Замолчи, дрянь! Все время лезешь, куда тебя не просят! — выхватив пистолет, Троцкая выстелила дважды.
Я не видел куда попала первая пуля, но вторая попала Ирине чуть выше переносицы. Ира даже не вскрикнула — тут же упала замертво между саркофагов.
— Она нам всегда мешала, правда, Саша? — Светлана с ледяной улыбкой смотрела на меня. Драгоценные камни короны сверкали на ее голове, точно разноцветные кусочки льда.
Мое сердце остановилось. Из груди просился крик. Ирочка, женщина, которую я любил,
— В чем дело, Сашенька? Ты расстроен? Брось ты, мой маленький! Она — всего лишь злая мачеха, — Троцкая отошла к Сеймуру и снова повернулась ко мне. — Если бы ты, пришел с вестью о склепе Трубецких сразу ко мне, то эта дрянь бы осталась жива. А так, извини, пришлось. Из-за тебя, кстати. Потому что ты обманул. Вот я думаю, нужен ли мне ты такой врунишка. Наверное нет.
Если бы боги только дали мне шанс! Магическая энергия тончающим ручейком утекала к азиату, тянувшему ее из меня скрюченными пальцами. Маленький шанс! Пожалуйста! Перун! Алладин!
И в этот миг небеса словно услышали меня.
Одновременно оба помощника Троцкой, стоявшие у двери превратились в пылающие факелы.
Троцкая повернулась, вскидывая пистолеты. За ней повернулся Сеймур, реагируя на вбежавшую в зал Наташу.
Этого мне хватило — оцепенение отпустило. Я смог активировать «Привет от Теслы» и с некоторым трудом поднять руки. Сеймур ударил сестренку неизвестной мне магией. Я лишь видел зыбкую волну в помутневшем воздухе. На миг позже прозвучали пистолетные выстрелы. Наташа упала на пол, как скошенная травинка. И тут же ярко-синие жгуты электрических разрядов из моих рук вошли в Сеймура и Троцкую. За один выброс я слил весь остаток энергии. Его хватило, чтобы два смертельных врага упали в проходе, содрогаясь в конвульсиях.
Только бы осталась жива Наташенька! Боги не могут такого позволить, чтобы за несколько ужасных минут в мертвом склепе я потерял всю семью. Подбегая к сестренке, я видел: Лаврик тоже здесь. Живой или нет — не знаю. Он лежал в проеме двери, свернувшись калачиком, мордочкой к стене.
Я упал перед Наташей на колени, схватил ее левую руку. Пульс прощупывался! Видно, выстрелы Троцкой не достигли цели. Пока я не замечал никаких признаков ранения ведьмочки. Крови точно не было. Главное Наташа дышала, и… Все в порядке — она медленно приходила в себя.
Когда ведьмочка открыла глаза, я поцеловал ее, жарко в губы, со словами:
— Только живи!
О том, что убили Ирину сейчас лучше не говорить.
Наташа обняла меня и слабо прошептала:
— Как знала, вас нельзя оставлять! Под утро почувствовала, что очень нужна здесь, — вдруг она дернулась и предупреждающе вскрикнула: — Саша!
Я повернулся. Сеймур поднялся на ноги шагах в двадцати от меня. Не знаю, оставалось ли во мне еще хоть капля энергии. Может хватить на слабый электро-удар. Я спешно активировал «Привет от Теслы». Мигом большой палец к мизинцу — разряд! Бледная тонкая нить потянулась к азиату и вошла рядом с ним в пол. И это, увы, все. Оставалось показать гребаному Сеймуру что-нибудь из муай тай, только вряд ли я успею приблизиться к магу, если он полностью очухался.