Женя
Шрифт:
— Потому что рядом нет ни магистрали, ни железной дороги.
— Да это точно ближайшее шоссе километров в двадцати, а железная дорога и того дальше.
— Ну что же тогда пойдёмте завтракать, Марта обещала приготовить, что ни будь вкусненькое.
— С удовольствием.
Пока мы спускались в гостиную, в которой нас уже дожидался завтрак, Жерар поинтересовался у меня,
— Женя, а чем вы сегодня собираетесь заниматься?
— Сегодня я собиралась навестить могилу моей мамы, а потом не знаю даже, не думала пока об этом.
— А мне можно с Вами поехать? — помолчав, добавил,
— Хорошо я не против этого давай поедем вместе, но только сначала нужно позавтракать.
Комната, в которой нам с Жераром сегодня предстояло позавтракать, находилась на первом этаже и была относительно небольших размеров по сравнению с другими, в которых обычно проводились торжественные обеды и ужины, по рассказам нашего управляющего. Это была продолговатая комната, в длину она достигала метров пятнадцать, а в ширину не менее семи или восьми метров. Вдоль стены напротив окон располагался деревянный стол на красивых изогнутых ножках, за которым могли одновременно расположиться человек десять. Остальное пространство если не считать камина во всю стену, было пустым. Пол и потолок были покрыты цветным паркетом, а стены тёмной атласной материей. На стенах висели картины.
Если говорить о картинах в целом, то в замке их, наверное, более тысячи штук и многие около трети из них являются подлинниками, поэтому представляют собой определённую ценность.
Расположившись с Жераром за столом, я с торца, как хозяйка, он по правую от меня руку, мы с удовольствием начали поглощать все, что не поставит на стол прислуга, разбавляя съеденное отменным вином, приготовленного из собственного винограда. Обещание своё Марта выполнила, ни одно блюдо, выставленное ею на стол мне оказалось незнакомо, но всё что я попробовала, было настолько вкусно, что спрашивать её из чего они приготовлены я просто постеснялась.
Так как сегодня я ещё ни когда не ела, поэтому, когда наш завтрак подошёл к концу, то я с трудом смогла подняться из-за стола. Поблагодарив Марту за полученное удовольствие от вкушения столь необычных яств, и попросив приготовить к выезду машину, мы с Жераром отправились на открытую веранду, в виде беседки, которая располагалась в саду, переваривать то, что с таким аппетитом только что съели. Расположившись в плетеных креслах находившихся на веранде, Жерар меня спросил, —
— Женя, вчера вы обещали рассказать, почему так быстро вернулись обратно? У вас неприятности?
— Да вы правы Жерар, — не зная с чего начать и вообще говорить ли, я на некоторое время задумалась, потом, всё-таки решившись, продолжила, — вчера я узнала, что человек, которого я любила, обманывает меня. Поэтому пришлось прилететь сюда одной, так как оставаться в Москве мне было просто невыносимо.
— Что же это за мужчина такой, который обманывает такую девушку как вы, Я просто скажу, он не мужчина совсем, он тряпка.
Не останавливаясь
— Женя хотите, я стану Вашим кавалером? и не дав мне слова сказать, продолжил, буду защищать вас, ухаживать за вами, любить, — подумав, спросил сам себя, — почему буду? Я люблю вас.
— Жерар, Жерар, успокойтесь, я понимаю ваш порыв, но хочу предостеречь вас от скоропалительных действий.
— Женечка, я понимаю, что сейчас моё
Я молча слушала его, думая про себя, мол, пусть выговорится, все-таки приятно, когда ты кому-то нужна. А Жерар тем временем продолжал, -
— Я долго думал, после того как вы уехали к себе на родину о том, как я к Вам отношусь. Даже проверял себя, — пробовал не думать о Вас, пытался занять себя чем-нибудь, что бы не вспоминать о Вас, но у меня ни чего не получилось, вы все равно были всегда со мной.
Его признания прервала Марта пришедшая сказать о том, что машина готова к выезду.
— Жерар извините, что я вас перебиваю, но давайте об этом поговорим вечером, когда вернёмся, а то нам пора уже выезжать.
— Договорились, — быстро согласился Жерар.
На маминой могилке я расстроилась, даже предательски потекли слёзы, но, в общем, я была довольна, так как увидела наконец-то памятник, который мы с братом заказали для маминой могилы, и он мне понравился. Памятник был выполнен в виде скульптуры, — человеческая фигура в полный рост, — очень похожа на нашу маму, вот поэтому и потекли слёзы, но я взяла себя в руки и даже сфотографировалась на фоне памятника, что бы показать брату.
Однако до конца успокоиться ни как не получалось, в голове проносились события последнего времени, с тех пор как мы остались с мамой вдвоем. Как я познакомилась с Олегом, его ухаживания и тут же всплывает случайно подслушанный разговор, который открыл его сущность. Всё что случилось с братом, его связь с Ольгой. Посмотрев на Жерара, вспомнила, как он сегодня признавался мне в любви, и подумала, а не плохой он парень этот французский полицейский.
Долго ещё мы стояли у маминой могилы, просто стояли и молчали, думая каждый о своём. И, в конце концов, я сказала, -
— Да интересная все-таки штука эта жизнь, изменчива и непредсказуема, — и уже про себя добавила, — что меня ожидает в ближайшем будущем, ни кто не знает.
— Что ты сказала? — выйдя из задумчивости, спросил Жерар.
— Да так это я о своём, — и тут же предложила, — знаешь что Жерар, поехали домой? Хватит на сегодня.
В общем посещением маминой могилы я осталась довольна, даже обещала чаще её навещать, так как, оказывается, многое по-другому начинаешь воспринимать, посещая такие места. И направляясь к машине, я подумала вот и ещё одна страничка в моей жизни закончилась, впереди новая и как она будет заполнена, зависит только от меня самой.
Глава 25
Ни куда не заезжая мы вернулись в замок. Пока ехали в машине молчали, по крайней мере, мне не хотелось ни о чём разговаривать, и Жерар, поняв это, поддержал меня, так как молча смотрел в окно, пока мы возвращались. Когда до замка осталось совсем ничего, я вдруг вспомнила, что обещала Жене дозвониться до Олега и попробовать объяснить ему, чтобы он оставил меня в покое, а так же перестал беспокоить моего брата своими звонками. Ничего, как только приедем, надо будет позвонить ему, решила я.