Женушка
Шрифт:
Он вертел в руках телеграмму и навязчиво повторял: «Мне надо ее распечатать, надо распечатать и прочесть». Вслух он сказал: «Это неправда, этого не может быть». Он повторил эту фразу много раз и закончил: «Это от компании об аннулировании контракта в Меридиане, а совсем не от миссис Томпкинс». Он разорвал запечатанную телеграмму на мелкие кусочки и выбросил их из поезда. Желтые обрывки мелькали и кружились на ветру, медленно опускаясь на горячую гарь насыпи. Он подумал: «Они танцуют в воздухе и садятся, совсем как облачко легких бабочек».
Ему сразу же стало лучше. Он откинулся назад, заглатывая
Когда он усаживался, в вагон вошел контролер. Джо приветливо кивнул ему, протягивая билет.
— Смотрите, чтобы какой-нибудь заяц не заговорил вам зубы, — сказал он.
— Меня, брат, не задуришь, — отозвался контролер.
Джо рассмеялся так звонко и заразительно, что контролер удивленно посмотрел на него и усмехнулся сам.
— Для такой жарищи у вас неплохое настроение, — сказал он.
— А почему бы и нет? — ответил Джо. — Я еду домой к своей женушке, — добавил он шепотом, будто выдавая страшную тайну. — Родился мальчик!
— Ну, ты герой! — сказал контролер.
Он уложил бумаги и билеты на сидение и пожал Джо руку.
Джо покраснел и снова рассмеялся. Уходя, контролер толкнул его под бок:
— Передай от меня привет хозяйке.
— Непременно, — радостно ответил Джо.
Ему было досадно, что контролер ушел. Он ощутил жгучую потребность разговаривать и окинул взглядом вагон, отыскивая в нем знакомых. Обе девчонки улыбнулись ему. Джо все понял: две миленькие хохотушки путешествуют. Ни одной из них, окажись она сама, и в голову не пришло бы заигрывать с незнакомым мужчиной, но присутствие спутницы все меняло. Для них начиналось волнующее приключение, которое можно будет потом столько раз со смехом пересказывать. Джо решил заговорить с ними. Он непринужденно подошел и уселся рядом.
— Куда едем, красавицы? — спросил он.
— А ты, видать, парень не промах! — откликнулась черноглазая.
— А как же! Не был бы я лучшим коммивояжером по сбыту комплектующего оборудования на этой линии, если бы промахивался, — сказал Джо.
Девчонки прыснули, и Джо понял, что дело идет на лад. Он решил, что голубоглазая красивее, но зато черноглазая — с характером.
— Мы сойдем во Флюматоне, — ответила голубоглазая.
— Мы учимся в Монтгомери, — добавила черноглазая.
— Едем домой на каникулы.
— И мы хотим, чтобы плутишка–мир знал, как он нам нравится.
Джо сурово посмотрел на них:
— Не сделайте ошибки, красавицы. Учитесь, сколько можете, чтобы не пожалеть в будущем.
Девчонки зашлись хохотом. Они схватились друг за дружку и смеялись до слез. Джо тоже захохотал, хотя никак не мог понять, что в его словах было смешного. Постепенно девчонки затихли, но внезапный вспрыск голубоглазой снова взорвал их, еще пуще, чем в первый раз.
— Извините, мы такие дурашки, — сказала черноглазая.
— Пожалуйста, не думайте, что мы невоспитанные, — выдавила, задыхаясь, голубоглазая.
—
— У вас это вышло так…, так…, — пыталась объяснить голубоглазая.
— Так, как будто вы наш папа! — закончила черноглазая.
И они разразились новым всплеском веселья. Пожилая дама на другой стороне отложила журнал и тоже засмеялась. Но женщина с зобом все так же крепко сжимала букет и глядела в окно. Джо подождал, пока девчонки совсем не выдохлись. Наконец, они утерли глаза, открыли сумочки, посмотрели в зеркальца и припудрили личики. Он сказал:
— А мне и полагается выглядеть папашей. Я только что получил телеграмму, что стал родителем первый раз в жизни.
Девчушек разобрало любопытство, и они накинулись на него с расспросами. Их интересовало абсолютно всё. Джо был на седьмом небе. Начав рассказывать, он заметил, что пожилая дама прислушивается и даже повернулась в своем кресле, чтобы лучше слышать. Джо был теперь расположен ко всем:
— Может быть, вам будет приятно присоединиться к нашему обществу? — спросил он.
— Я буду вам очень благодарна, — ответила пожилая дама, и Джо подвинулся, освобождая ей место.
— Вы, должно быть, очень рады, — сказала дама.
— Конечно, рад, — ответил Джо и продолжал. — Мне-то, собственно, не о чем рассказывать, кроме того, что я получил телеграмму от миссис Томпкинс — миссис Томпкинс это моя теща — что Бесси родила чудного мальчика, и оба они чувствуют себя великолепно: доктор сказал, это первый случай в его практике, когда все прошло так гладко, но, конечно, моя жена хочет, чтобы я был рядом с ней, я бросил всё на свете, и вот я среди вас. Мы ведь всего год, как поженились. Мы были очень счастливы. Плохо только, что я дома редко бываю, но ведь в жизни всегда что-нибудь не так. Бесси, я вас уверяю, самая лучшая женушка на свете. Она даже не жалуется, что я столько разъезжаю, но когда-нибудь мы наладим все по–другому.
— Новорожденные малюточки такие миленькие! — воскликнула голубоглазая.
— А как вы его назовете? — спросила дама.
— Бесси хочет, чтобы его назвали как меня, но я не вижу в этом смысла. Меня зовут Джо, и, согласитесь, имя это простецкое. Но я предоставлю выбор Бесси. Пусть назовет его, как ей хочется. Она ведь была мне такой хорошей женушкой.
Джо говорил все быстрее. Он рассказал во всех подробностях, как он познакомился с Бесси. Это случилось в доме Джека Барна, парня, с которым он встретился в командировке. Джек Барн пригласил его на ужин с покером по маленькой. Миссис Барн не играла в покер и поэтому пригласила Бесси — соседку с другой стороны улицы — разделить, пока мужчины играют, ее одиночество. Бесси сразу же приглянулась ему, и ребята за столом стали подтрунивать, что он слишком рассеянно играет. Он никому еще не рассказывал, что, когда ребята стали дразнить его, он дал себе слово не смотреть на Бесси, чтобы не показаться совсем зеленым, но не мог удержаться, и каждый раз Бесси отвечала ему милой, приветливой улыбкой. Наконец, все это заметили и стали подшучивать над ней, но Бесси была этому только рада. В тот вечер он проиграл четырнадцать с половиной долларов, но встретил Бесси. Бесси была из тех девушек, на которых парни женятся.