Женитьба Президента
Шрифт:
– Везде, – ответил Сергей. – На Земле Евангелие продавали в церквах, в магазинах христианской литературы. Полный текст Евангелия был в интернете. У нас на корабле синодальный перевод Евангелия и Нового Завета на русском языке записан в библиотеке бортового компьютера.
– Не слишком много для начала? – спросил Павел.
– Чем больше информации о Боге, тем быстрей приблизишься к Нему. Вот прилетим мы на Планету, обязательно начни посещать собрания христиан, – наставлял навигатор.
– Раз в месяц или чаще? – спросил Павел.
– Хотя бы раз в неделю. А в церкви объяснят: как, что, когда.
– Благодарю,
– В Библии сказано: «Нехорошо жить человеку одному.» – вернулся навигатор к началу разговора о семейных проблемах Павла. – Нехорошо жить без семьи, без жены, без детей. Человеку действительно нехорошо и неуютно жить одному. Он чувствуют себя неустроенным, неприкаянным, неполноценным. И всё потому, что Бог сотворил женщину для мужчины, а мужчину для женщины… Теперь, когда ты принял Бога в сердце, можно разрушить проклятие на безбрачие. И тогда твоя проблема с одиночеством решится раз и навсегда.
– Всё это – филькина грамота… – комментировала Василиса. – А светлые шары в груди… Смешно про это слышать.
– А ты попробуй принять Бога. Увидишь результат, – предложил Павел.
– Чтоб стать посмешищем всесветным? – усмехнулась Василиса. – Что скажут коллеги, когда увидят меня у порога церкви? Психолог в святошу перековался?!..
– Не в том истина, кем ты считаешь себя, кем считают тебя другие, – подсказывал навигатор. – А кем являешься на самом деле? Кем видит тебя Творец Вселенной. Об этом нужно помнить. Народ посудачит и забудут. В конце жизни мы дадим отчёт Богу, а не людям. Благословения в своей земной жизни мы также получаем только от Бога.
– Сергей. Ты обещал молиться Богу, чтобы командир не отправил меня в Хранилище, – напомнил Павел.
– Сам, Павел, проси. Богу не нужны посредники и адвокаты. Он лично принимает просьбы и молитвы человека.
– Ты это серьёзно, Сергей? – уточнил Павел.
– Разумеется… Как Бог решит, то так оно и будет, – ответил Сергей.
– Вот-вот, посмотрим, слышит ли нас Бог? – иронизировала Василиса. – Растопит Бог рассудок командира? Отменит ли драконовский приказ?
– А ты бы как хотела, Василиса? – Павел с надеждой глянул на девушку.
– А мне до лампочки, до синих облаков! – безразлично пожала плечами Василиса.
Глава 6
Когда в Хранилище появилась Василиса, там уже находились Павел, Антон и комендант. Они готовились приступить к восстановлению нового члена экипажа.
– Прошу любить и жаловать. Я Василиса – психолог, а также нейрохирург, – отрекомендовалась молодая женщина.
– А мне не нужно представляться, – расправив плечи, принялся вещать комендант. – Настолько я известная персона, что неудобно каждый раз твердить, что перед вами такой-то и такой-то знаменитый режиссёр. И не просто режиссёр, а ещё – прима актёр известного столичного театра.
– Не припомню, где и когда я могла вас видеть, – пожала плечами Василиса.
– Прощаю, снисхожу, – с апломбом вещал комендант. – Понятно, отчего не узнаёте. На сцене в гриме я. И там я – чаще царь, и минимум – министр… И восседаю там на троне.
– Никита Михалков? А впрочем, нет! Вы не похожи на него!
– Я близок был к нему.
– Тогда вы – Фёдор… Фёдор… – гадала Василиса.
– Мы с ним – друзья по киноцеху… – снисходительно сообщил царь и министр одновременно. –
– Рада нашему знакомству, – откликнулась Василиса.
– К тому же мы с тобою – тезки. Ты – Василиса, я – Василий.
– Викторина по разгадыванию званий и фамилий удалась, – ревниво заметил Павел.
– Василий, а – по отчеству? – спросила психолог.
– Обращайся ко мне на – «ты».
– Мне только – тридцать. Вам – за шестьдесят.
– Теперь отсчёт в другую сторону пошел. В итоге с каждым днём я молодею.
– Оригинал наш комендант, – сообщил Павел.
– Большой оригинал, – подтвердил комендант. – Чтобы не умереть на корабле от скуки, держись меня поближе, Василиса.
– А это почему? – спросила девушка.
– Мой мозг свободен от решения технических задач. И потому, как творческая личность, могу развлечь шарадой, чудной историей, замечательной байкой.
– Благожелательная атмосфера, хорошее настроение, уместные шутки умножают эффективность работы любого коллектива, – согласилась девушка.
– Молодец, Василиса! Достойный комментарий настоящего психолога! – похвалил бывший режиссёр.
– Внимание, товарищи! Включаю систему восстановления, – объявил Павел. – Сейчас в Хранилище и Восстановителе начнут происходить ответственные процессы. – Командир послал меня проконтролировать процесс восстановления нового члена экипажа, – важно сообщил комендант. – Так что, Павел, занимайся своим делом и не обращай внимания, если я вдруг начну развлекать наш коллектив умной беседой.
В помещение Хранилища повисла глубокая тишина. Минут десять комендант молча ходил по помещению Хранилища. Его рассеянный взгляд бродил по потолку, по стенам, как бы изучая всё вокруг. Он что-то потрогал, что-то даже понюхал, что-то подержал в руках. Взгляд коменданта замирал, потом вновь возвращался к прежним объектам и отдельным фрагментам помещения. Но это становилось утомительным, неинтересным, скучным. Такого состояния его кипучая натура не могла принять, а, тем более, долго терпеть. И его привычно унесло в далёкие дали неуёмной фантазии, которые временами подкреплялись реалиями жизни, и, в свою очередь, превращались в новые миражи и несусветные прожекты.
– С автографами у нас проблемы, – заговорил Фокусов-Веселовский, обращаясь к Василисе. – Ни открыток с моим изображением, ни буклета, на котором можно было бы расписаться. Так что заранее извиняюсь, что не обрадую автографом. И с цветами у нас проблемы. Разве что в оранжерее нюхать.
– На Планете наверстаем, – ответила девушка.
– Василиса, вы так внимательны к тому, что делает наш Павел… Ну, разве это интересно? – спросил комендант.
– Я выполняю поручение командира. Любой нюанс, любая деталь поможет избежать ошибки. Мне очень важно знать состояние Павла, чтобы в критический момент помочь ему. Гиппокамп и гипофиз его мозга сейчас особенно…