Жених-горец
Шрифт:
— Почему мама уехала? — спросил Оудо.
Фрейзер вздохнула. Она понимала, почему Илзе необходимо было уехать на некоторое время из Клачтрома и от своего мужа, но совсем не была уверена, что сумеет доходчиво объяснить это детям.
— У нее есть свои женские дела, парень, — наконец произнесла она, не обратив внимания на веселое фырканье Гленды.
Айви нахмурилась:
— Женские дела? Не понимаю. По-моему, нам нужно поговорить с папой.
— Да, — согласился Оудо. — Он точно знает, что собиралась сделать мама и куда она отправилась. Наверное, ему-то она
— Сомневаюсь, — пробормотала Фрейзер, глядя, как Эллис, Оли, Айви, Оудо, Грегори и Айвар гуськом покидают детскую.
— Ты спокойно позволишь им пойти и спросить его об Илзе? — удивилась Гленда. — Мне казалось, что лэрд еще спит.
— Ну и прекрасно.
Гленда не удержалась и прыснула со смеху.
— Честно говоря, я понятия не имею, что у нашей госпожи в голове, — призналась Гленда. — Лэрд наконец-то обрел память и возлюбил ее, а она убегает! Разве есть во всем этом смысл?
— Я думаю, Гленда, что она попросту боится. Когда они обручились, она была влюблена в него без памяти. И вот он ее бросает, а когда Илза приехала сюда, что она находит? Гнев, недоверие, да еще и полоумную бабу вдобавок, которая спит и видит, как бы ее прикончить. Может, ее страх родился из-за того, что все эти месяцы она должна была скрывать свои истинные чувства, которые так подло втаптывал в грязь Дэрмот. Она понимает, что в этом нет его вины, но не думаю, что это помогает ей усмирить боль.
— Да, я тоже в этом сомневаюсь. Что ж, может, это и к лучшему. Возможно, этим двоим нужно перестать ходить вокруг друг друга на цыпочках, и все пойдет на лад.
— На лад?
— Неужели ты думаешь, что лэрд, когда поймает свою жену, будет осыпать ее улыбками и поцелуями?
— Нет, — покачала головой Фрейзер и нахмурилась. — Но что он может сделать?
— Если господин догонит ее, охваченный негодованием; наша леди просто плюнет ему в лицо. И во время их словесной баталии правда обязательно выйдет наружу. Или она, или он, но кто-нибудь обязательно скажет что-то такое, что прояснит ситуацию. И тогда они снова помирятся и будут жить долго и счастливо.
— Я вовсе не уверена, что твое объяснение звучит более здраво, чем то, что сказала мне Илза.
— Вот увидишь, в конце концов я окажусь права. А нам остается только подождать немного, и мы узнаем, какой громкий голос у нашего лэрда.
— Ты умеешь видеть смешное в самых неожиданных ситуациях, Гленда.
— Папа! Папа!
Маленькая ручка похлопала его по щеке, и Дэрмот поморщился. Он вытянул руку и пощупал кровать рядом с собой, но Илзы там не было. Дэрмот подумал, что у нее могло что-то случиться, и неохотно открыл глаза. Оудо улыбнулся ему как-то слишком уж заискивающе, и это почему-то сильно взволновало Дэрмота. Протерев глаза, он увидел, что все шестеро его старших детей топчутся возле кровати, а маленький Грегори и вовсе пытается вскарабкаться на нее.
— В доме что — пожар? — спросил он, приглаживая рукой растрепавшиеся после сна волосы.
Он чувствовал себя разбитым. Вчера он допоздна разговаривал с братьями и кузеном Илзы, которые уехали сегодня на рассвете. А когда он вернулся в спальню,
— Нет, папа, в доме нет пожара, — утешил его Оудо. Малыш Грегори ухитрился-таки взобраться на кровать, но при этом чуть не стянул на пол покрывало. Дэрмот вовремя подхватил его за кончик и затащил обратно. Обрадованный своей маленькой победой, Грегори на четвереньках подполз к отцу и кинулся ему на грудь. Дэрмот расплылся в широчайшей улыбке.
— Тогда почему вы осчастливили меня своим присутствием ни свет ни заря?
— Но сейчас уже не утро, папа! — возразила Эллис. — Уже почти полдень.
— Да? Я вчера лег спать очень поздно. Так почему вы пришли? Вы хотите мне что-то сказать?
— Куда уехала мама? — спросил Оудо.
— Что, я не понял?
— Ку-да у-е-ха-ла ма-ма? — повторил Оудо по слогам.
— Наверное, гуляет где-то около замка.
— Видишь, ему она тоже не сказала, Оудо, — вмешалась Айви. — Наверное, не хотела, чтобы папа знал об этих ее женских делах.
— Каких женских делах? — спросил Дэрмот. «Уж не очередной ли это ночной кошмар, вызванный слишком большим количеством эля, выпитого вчера на ночь?» — подумал он.
— Мама уехала, а Фрейзер говорит, что у нее какие-то женские дела, — ответил Оудо. — Мы подумали, что ты можешь знать, куда она поехала и почему, и надеялись, что хоть тебе она об этом сказала. Она плохо поступила, что вот так уехала, никому ничего не объяснив, правда?
— Да, — согласился Дэрмот, поднимая Грегори. Поцеловав мальчика в щеку, он осторожно опустил его на пол. — Возвращайтесь в детскую. Мне нужно одеться, и тогда я смогу выяснить, что произошло.
Когда дети скрылись за дверью, Дэрмот быстро поднялся. Его очень озадачили их слова. Волнение лэрда росло с каждой минутой. Дети говорят, что Илза уехала. Из того, что они рассказали, Дэрмот понял, что Фрейзер думает так же. И она не смогла толком объяснить малышам, куда делась их мама. Наскоро умывшись и одевшись, Дэрмот направился в детскую.
Когда он вошел и увидел настороженные взгляды Фрейзер и Гленды, он испугался.
— Где Илза?
— Уехала в Дабейдленд, — ответила Гленда.
— Она не хотела, чтобы мы говорили, куда она отправилась, — проговорила Фрейзер, хмуро взглянув на Гленду.
— Это ведь ты обещала, что никому не расскажешь об этом. А я не обещала.
Женщины уселись в кресла, положив на колени одежду, которую они в тот момент чинили, а Дэрмот грозно возвышался над ними, словно небольшая башня. Однако ни Фрейзер, ни Гленда не выглядели испуганными. Поистине, когда тебя окружают только сильные женщины — это тоже не всегда хорошо.