Женечка
Шрифт:
Я тебя за эти слезы никогда не прощу.
Хоть и сильно люблю
И очень сильно хочу,
Чтоб руки твои отерли мои распухшие веки.
Невозможно за глыбы боли простить.
Боже, дай мне сил ее не любить!
Ведь реку переходить
Вновь мне придется одной.
Мне так невыносимо без нее жить
И дни надо как-то уметь выносить,
Но Боже, боль эту победить
Мне уже представляется невозможным.
Пошли,
Любви, роз нежнее, нашего времени —
Ужасную, незаслуженную привилегию
Эту, прошу, даруй.
Не прошу богатства и любви новой,
И не пекусь о своем здоровье,
Но умоляю последней кровью:
Позволь мне ее забыть.
Пусть лучше будет лишь пустота –
Выживание с чистого – к черту – листа.
Безысходность, отчаянье, немота –
Верно, с ними жить вновь станет легче…
Поскорей бы ты оттаяла
Поскорей бы ты оттаяла…
И тебя, теплую, до самозабвения обнимать.
Я влюбляюсь в тебя каждый день,
С каждым годом все сильней и сильней.
Ты моя несносная искательница любви,
Которую я больше всех люблю на свете,
Заверенная сердцем, что никогда меня не потеряешь,
Потому и выпендриваешься, знаешь ли.
Ну что ты играешь в молчанку?
Маскообразную, глухонемую куклу?
Ненавидишь меня за то, что люблю,
Что привязана, боготворю?..
Неужели ты не хочешь в постельку плюшевую,
Чтоб я звездочки поцелуями в волосах твоих оставляла?
А потом, накормив тебя вкусным ужином,
Нежно тебя обнимала?
Прикасаясь губами к плечику,
Успокаивала бы тебя, тревожную?
Твои пальчики зажимая в своих,
Прятала ото всех настороженных?
Вот представь, ты после работы,
Я тоже, но прибежала пораньше.
Кино про любовь скачала,
Ужинаем – в нежности растворяемся.
Никаких ссор, обсуждения сплетен,
Вместо – ванная с морскою солью.
И, в пижаме к груди прижимаясь,
Ты забываешь о любой боли.
Утром в нос тебя щекотно целую,
Как ребенку собираю покушать…
Ты одна там все ищешь похожих,
А я жду, твоя, и готова слушать.
Вечно ты недовольна!
Трусиха, от меня отстраняющаяся,
Но заверенная душой, что я рядом,
Знаешь, хитрюга, не доиграешься.
А вдруг у меня сил не хватит!?
Я начну жизнь тянуть заурядную,
Потеряю надежду всякую,
И просто иссякну?
Не
И мечту о нас опять гробить,
Считать что мы невозможны,
Когда так легко набрать номер…
Но молчит телефон – упрямая!
Делай вид, что не знаешь эмоций.
Мудрецы как-то миру сказали —
Им поверю: вода камень точит…
Я всегда буду за тебя…
Про тебя в группе сказали,
Что ты старая грымза.
Я взвыла, рассвирепела,
И оскорбила в ответ трижды.
Я всех на место поставила,
По стенке повидлом размазав.
И кретинов возненавидев,
По-братски втоптала в грязь.
Я поняла, урою, растопчу за тебя – всмятку!
А не эти твои кокетливые
«Девчонка, ты мой человек,
Перегрызу за тебя глотку всем». —
Смех! Вот где сегодня была настоящая битва:
За неподобающие слова о тебе – всех по полу.
Ненавижу, когда люди, пытаясь жить без другого,
Унижают его словом.
(И советы дают подобные).
Скотины! Я люблю тебя —
И не собираюсь очернять себя
Присоединением к убогим оскорблениям.
Люди эти – труха, ты же – одна!
(Когда умнеешь, кажется, мир умнеет вместе с тобою —
Очередное мое заблуждение).
А я за тебя и правда «глотку перегрызу»,
Хоть ты будешь опять отрицать, что мы были.
Но мы были. Безумны, красивы,
И попросту неотвратимы.
Отрицай, сколько хочешь.
Я сильнее и злее прочих.
Сердце знает, ты была моей,
И бьет без разбора всех – в точку,
Тебя оскорбляющих,
Плохо о тебе думающих.
Я тебя никому никогда в обиду не дам,
И надеюсь, ты это чувствуешь.
Doo Uap, Doo Uap
Во мне сегодня нет стихов к тебе,
Во мне Gabin, трек «Doo Uap, Doo Uap…» —
Особо мне нечего тебе сказать.
Я купила костюм из пайеток:
Я похожа в нем на диско-малолетку.
И настроение вполне приемлемое,
Чтобы не мечтать о тебе сегодня,
Не любоваться твоей фотографией. —
У меня маленькое отступление, капитуляция.
День без тебя не очень уж плох:
Покупки для дня рождения – шмотки,
Вино, шампанское, конфеты для девчонок.
Придумываю игры, в которые мы будем играть,
Улыбаясь, что мой аналитик назвал тебя «обычной бабищей»