Жена в долг

Ялитовская Ольга

— Придурок, — всхлипнув, я зажала рот рукой, только бы не разрыдаться, — принципиально не выйду отсюда, даже если ты попросишь, — пообещала сама себе. Тогда я даже представить не могла, что вскоре нарушу данное самой себе слово.

***

Как назло, ночью мне захотелось есть на столько, что я проснулась от того, как крутило живот и не могла уснуть. Говорят, об истинном голоде свидетельствует желание съесть простое яблоко… Так вот, я была согласна даже на огрызок.

Гнуть свою линию и дальше мне было мучительно голодно,

поэтому я решила незаметно прокрасться на кухню, тайно надеясь, что ночью меня никто не будет охранять. Во всяком случае, я слышала, что в прошлые разы охранники уходили. Видимо, они не рассчитывали на то, что я буду в состоянии сама что-то сделать. А именно пойти против приказа Османа.

Только сейчас меня волновало его мнение ровно на столько, на сколько его волновало мое.

Осторожно ступая так, чтобы не скрипел пол, я приоткрыла дверь. К счастью, моя догадка была верна и в коридоре было пусто.

Я старалась идти как можно тише и радовалась в те моменты, когда на моем пути встречались ковры. Они прекрасно поглощали звук шагов. Я даже усмехнулась, потому что недавно уже проделывала нечто подобное и теперь охота за едой в этом доме становилось моей традицией.

Особенно осторожно я шла мимо кабинета Османа. Видела, что сквозь не плотно прикрытую дверь виднелась полоска света, поэтому решила, что мужчина мог быть внутри.

Но так даже было интереснее. Я чувствовала себя каким-то добытчиком-шпионом и на секунду эта мысль меня немного развеселила, заставив забыть о том, что я хотела расцарапать ему лицо.

Вот только это дурацкое забвение продлилось ровно до того момента как я услышала:

— Вся эта ситуация вокруг меня уже достала, — я слышала его шаги. Мужчина нервно расхаживал по кабинету, разговаривая по телефону, — сто раз об этом пожалел. Пора с ней что-то решать. Эти игры мне надоели…

Глава 11

Даже если бы мне по-прежнему хотелось есть, то аппетит был отбит напрочь.

Осман жалеет… решать собрался что-то. Со мной? Он же ко мне относится как к малолетке. Что, если речь действительно шла обо мне? Что если я только что услышала то, что не должна была?

И что дальше? Как он собрался все решать…

Не заметила, как в комнату зашла. Долго не могла в себя прийти. Сидела, замерев на кровати, и смотрела в одну точку.

Жадно воздух глотала, но все равно казалось, что задыхаюсь. Накручивала, взвинчивала себя пока тело не пробил озноб. Несмотря на погоду укуталась в одеяло и завалилась на кровать.

И пока мне хотелось спрятаться от всего мира, пока я пыталась судорожно понять, что делать дальше, предугадать будущее, сама не поняла, как уснула.

Мозг перестал соображать, а потом просто выключился.

— Осман! — проснулась утром от собственного крика. Поняла, что ощупывала его половину кровати, но его все равно не было рядом.

Мне всю ночь снились кошмары. Несколько долгих мгновений я пыталась прийти в себя,

а потом резко соскочила с кровати и направилась в сторону двери.

— Нельзя выходить, — сразу же мне перегородил дорогу охранник, — зайдите в комнату.

— Мне нужно поговорить с мужем, — не обратила внимание на его “боевой настрой”, и решила протиснуться между мужиком и дверным проемом.

— Приказано. Нет, — словно команду отдал собачонке.

— Ты правильно говорить вообще умеешь? Слова, например, в нормальные предложения складывать? — во-первых, мне действительно показалась странной манера общения, а, во-вторых, хотелось его немного взбесить, чтобы мужик бдительность потерял.

Вопреки моим провокациям, меня словно мебель задвинули обратно в комнату и просто закрыли дверь. Пока я стояла как вкопанная. Приходила в себя от произошедшего.

— Мне нужно поговорить с Османом, — орала через дверь и стучала по ней что есть силы, — откройте.

— Господин Ференц уехал ночью и до сих пор не вернулся, — прозвучало в ответ.

А дальше все, гробовая тишина весь день. Никто мне и слова больше не сказал. Даже девушка, приносившая мне еду, не решалась поднять глаз, как только ступала в комнату.

— Что же, блин, происходит?! — я была в панике. На грани срыва. Все больше и больше добивала себя тем, что этой ночью Осман говорил про меня. Иначе с чего бы подобное отношение? — мне нужно поговорить с Османом!

Я уже не просто просила, я орала в очередной раз, как только дверь открывалась и возник поднос с едой. Я кричала на девушку, которая его принесла, я кричала на охранника. Мне было плевать. Прошли практически сутки. За окном глубокая ночь. И поэтому мне было на столько все равно, что я дожидаться не стала, а в сердцах подошла и запустила тарелку в стену. Потом вторую. Третью.

— Успокойтесь, — не выдержал охранник и вбежал в комнату. Вырвал из моей руки стакан и сам отшвырнул его в сторону. Видимо, этот придурок подумал, что в моих руках, да в таком состоянии, это могло стать подобием оружия.

И это натолкнуло меня на мысль.

— Или ты звонишь своему хозяину, преданная псина, или после того, как закроется дверь, я самостоятельно приложусь о все твердые поверхности, — я усмехнулась, даже не думая в этот момент блефовать. Терять-то мне было нечего, — а когда спросят, скажу, что это ты… “успокаивал” меня так. Камер тут нет. Твое слово против моего. Раскинь остатками мозгов: кому поверят, а? Тебе или мне?

Хорошо, что у бугая сразу мозгов хватило поверить в мои слова. Потому что практически сразу он достал из кармана брюк телефон и набрал какой-то номер.

— Шеф, — рявкнул “шкаф”, - у нас тут форс-мамор…

Ух ты какое слово сложное знал. Даже произнес почти правильно. При всей патовости ситуации, я постараюсь не прыснуть со смеху.

— Трубку ей дай, — услышала в динамике голос мужа. Бугай стоял так близко, что каждое слово без труда можно было разобрать.

— Приезжай, — я выхватила из его рук телефон, — немедленно приезжай!