Жена Уорвика
Шрифт:
Дэниэл неотрывно смотрел на брата. С того момента как Гарри присоединился к ним, он часто выручал Джима и помогал ему. К тому же со дня их расставания в нем появилась какая-то внутренняя сила, которой раньше ему недоставало.
Возможно, это его шанс. Первые несколько месяцев Джим будет направлять его и в самое ближайшее время станет ясно, подходит он для этой должности или нет. К тому же он прекрасно знал всю обратную сторону этой профессии. На лице Дэниэла появилась улыбка, и он кивнул.
– Очень хорошо. Я дам тебе шанс. И теперь только от тебя зависит, станешь
Гарри не выразил никакого восторга, а лишь серьезно наклонил голову и официально пожал брату руку. Джим откупорил бутылку, чтобы выпить за новое назначение. Жасси чмокнула Гарри в щеку, довольная, что тот получил возможность заниматься любимым делом. Однако в напряженной атмосфере, царившей в комнате, совсем не чувствовалось праздника. Дэниэл знал, что все трое злятся на него за то, что он не привез Кейт домой, но надеялся, что все это скоро забудется.
Он повел всю компанию в ресторан и за хорошим вином и вкусной едой решил, что настал момент посвятить их в свои планы.
– Думаю, пришла пора рассказать вам, что произошло за время моего отсутствия.
Поначалу все трое слушали его недоверчиво, а потом мнения разделились. Гарри, неожиданно для себя, загорелся энтузиазмом брата. Он увидел в этом проекте великолепный шанс построить карьеру и сделать состояние, проявив в полном масштабе свои таланты, после того, как Дэниэл покинет ринг. Все свои планы о будущем он неизменно связывал с Кейт, которую твердо решил найти и никуда не отпускать.
Джим воспринял этот проект как самореализацию Дэниэла, которая самым положительным образом должна была сказаться на его карьере и сделать его прекрасным боксером. Единственное, что волновало его, – проживание в этом районе мисс Клодины Клейтон, в которой он не мог не видеть потенциальной угрозы для своего воспитанника. Жасси хоть и находила Лондон подавляющим и мучительно шумным после умиротворенной атмосферы Девоншира, все же очень боялась переезда и тосковала по Кейт, в которой видела настоящего и верного друга.
Первый счет на продажу земли и имущества в Истхэмптоне был подписан и скреплен печатью в день бенефиса Дэниэла в Пяти Дворах. Уже с самого утра на улице Святого Мартина выстроилась очередь из экипажей, которая к концу дня растянулась до Лайсестерских полей. Более тысячи зрителей собралось на открытой площадке насладиться предстоящим зрелищем. Большинство джентльменов принадлежало высшей прослойке общества, среди них находился и сэр Жоффрей. Дэниэл участвовал в финальном показе, который сделал его богаче на несколько сотен фунтов.
К своему большому разочарованию, Дэниэл мог добавить последний счет к остальным, которые накапливались в течение всех этих месяцев, только после Рождества. Из экономии он сдал свою лондонскую квартиру, зная, что при необходимости всегда сможет воспользоваться апартаментами Военного союза – центра боксерских кругов. И на следующий день вся компания выехала в Истхэмптон. Джим управлял фургоном, нагруженным мебелью, коврами и прочими предметами быта. Гарри ехал в фаэтоне с Жасси, завершал процессию Дэниэл в своем экипаже.
Подъехав
– Немыслимо, если бы вы приехали в холодное помещение и ничего не нашли бы поесть, – объяснила она. – Весь дом с чердака до подвала сияет чистотой, я сделала все, что могла. Прошу вас не думать, что я злоупотребляю своими привилегиями.
Дэниэл сошел с экипажа, взял ее руку и галантно поднес к своим губам.
– Вы сама доброта. Когда я писал вам письмо с просьбой найти нескольких местных женщин, которые могли бы подготовить дом к нашему приезду, то совершенно не собирался возлагать весь груз на ваши плечи.
– Никакого груза, мистер Уорвик. А это ваша сестра? Как поживаете, мисс Уорвик? А вот и ваш брат, и мистер Пирс. Много хорошего слышала о вас.
Обмениваясь приветствиями, они вошли в дом. Женщина в чистом переднике, одна из тех, которую наняли в деревне убрать дом, ожидала их в холле и помогла Жасси снять плащ. Неопределенная улыбка мелькнула на лице Жасси, которая едва заметила женщину, разглядывая широко раскрытыми глазами помещение. Дом показался ей крошечным по сравнению с поместьем дяди, но гораздо более просторным по сравнению с лондонской квартирой брата. Ей понравились теплые деревянные стены, низкие черные брусья и широкие камины, в которых весело и гостеприимно плясал огонь. Отсутствие мебели мешало ей создать полную картину интерьера, пока она не вошла в обеденную комнату. Сюда Сара велела принести три своих карточных стола, расположив по обе стороны длинные деревянные скамейки. На чистых скатертях их ожидала холодная закуска и супница с дымящимся супом, который подогрели сразу, как только заметили приближающиеся экипажи в конце улицы.
Элиот, вовлеченный в общий разговор с Джимом и двумя братьями, никак не мог найти возможности переговорить с Дэниэлом наедине. Наконец, когда Джим и Гарри присоединились к Саре и Жасси в обеденной комнате, он оперся всем телом на костыли и сурово и разочарованно посмотрел на Дэниэла.
– Когда я соглашался помогать вам, – строго начал он, – то совершенно не представлял себе, что вы начнете плутовать и жульничать, выселяя некоторых наших мелких коммерсантов из их домов. Не говорите мне, что не знали о мнимом эксперте, рассказывающем сказки об оседании почвы и возможной опасности разрушения стен и потолков.
Дэниэл ласково взглянул на священника.
– Нам пришлось применить эти крайние меры в самом конце, когда закончились деньги, которые я смог занять. Ни один из этих людей нисколько не пострадал, оставив свои земли и дома. Только к Томасу Брауну никто не обращался, поскольку он сразу же обратился бы за советом к Александру Рэдклиффу, чего любой ценой нужно избежать. Как только слухи о коммерсантах, оставивших свои дома, достигнут его ушей, он тут же попытается приобрести дешевое жилье и сдать его в аренду, не считаясь с тем, что оно признано ненадежным.