Жена против воли
Шрифт:
— Доченька, не переживай так. Все образумится! — пыталась успокоить меня мама. Но у нее плохо получалось сделать это через закрытую дверь. Кроме того, не ее я хотела слышать — мне нужно было узнать, что говорит Егор. Возможно, он пришел объясниться. Либо даже попросить прощения. Увидеть к счастью не получалось, но обрывки разговоров все-таки долетали в приоткрытое окно.
— О, Егор. Не ты ли мне говорил, что не знаешь, куда подевалась Лиса? Я думал, ты не видел ее с того дня, как я покинул твой дом, так и не добившись того, что мне было обещано. Быть может, ты и не подавал на развод? Живешь с нею счастливо в этом гадюшнике. И если бы не мои
— Мне не совсем понятен смысл твоих слов, — заговорил мой граф. Точно. Это его голос. Но кому принадлежит второй?
— Егор. Представление окончено, — я слышала, как упоминали имя моего мужа, но это делал не граф. А еще этот развод. О каком разводе говорит незнакомец? Если он думает, что мой Георг — это Егор, то кто тогда, собственно, он? — У нас, Егорушка, есть незаконченное дело. Бабенка один раз увильнула от меня, второй раз я ей не позволю, — боже, Руслан. Руслан! Что мне делать? Куда бежать?! Он убьет Георга! Такой может. Он убьет! Почему я просила графа не трогать бывшего мужа? Теперь он пощадит мерзавца, а Руслан никого не пощадит, включая всю мою семью. Зачем я вообще приехала сюда?.. Я боялась выходить из комнаты. Как я всем скажу, что сегодня они умрут из-за меня? — Ты лишил меня удовольствия, урод, и думал, все сойдет тебе с рук? Ты ничтожество и вор! Украл у меня женщину, а теперь воруешь мое время!
— Я бы давно убил тебя за острый язык, но моя невеста просила для тебя пощады. Я не знаю, что она нашла в тебе. По мне, ты — обычная грязь из-под колес экипажа, — я сжимала за Георга кулачки. Да! Как Георг ему ответил!.. — Поэтому я дам тебе шанс уйти. Советую воспользоваться им. Если ты снова попытаешься приблизиться к Алисии, то умрешь, — если бы это был Егор, на него бы точно подействовало, но напротив любимого стоял чокнутый маньяк. Жестокий тип с задатками садиста. Воспоминания накрыли с головой, грозясь утопить в отчаяние. Но я держалась из последних сил. Ради своего любимого. Ради нас. «Пусть добро победит, — молила я, — хоть один разочек».
— Скажи, Егор, что мешает мне застрелить тебя, как безродную вонючую дворнягу? — не-ет, только не это. Он его убьет! Я не вынесу… За что? ЗА ЧТО? Мне нужно что-то предпринять.
— Беги Георг! — закричала я, но вряд ли меня кто-нибудь услышал.
— Остатки совести? — Георг играл с огнем. — Если ты чувствуешь себя мужиком, тогда нужно сражаться за даму, как настоящий мужик.
— На кулачках? Ах-ха-ха! — Роман зашелся в припадке смеха. Мне показалось, ему нравится игра. Думаю, этот ублюдок ожидал, что «мой бывший» быстро покается и отдаст меня, но он, то есть Георг, мог отдать разве что свою жизнь. Без лишних раздумий. Отдать за меня.
— На ножах. Тебе одолжить?
— На ножах? А ты, я вижу, не из робкого десятка. Любишь запах крови? Я тоже его люблю, — я так не могла. Меня, словно на веревке, тянуло к двери. Я должна была обо всем рассказать Руслану. Пусть он высмеет меня, пусть назовет сумасшедшей, но мой любимый будет жить.
Конечно же, меня никто не пустил к моему графу. Отец и брат держали за руки, и все, что я сделала — смотрела в занавешенное легким тюлем окно. Кричать, я не решилась. Иначе, этот беспринципный зверь ворвется к нам в дом. Я видела широкую спину Георга и ненавистное лицо Руслана. Он был и выше, и крупнее графа. Смотрел дерзко, самоуверенно. Казалось, он видит меня и хочет насквозь прожечь. Одним взглядом пытается сделать больно. Ноги Руслана были широко
Руслан достал складной нож и, одним взмахов выбросив лезвия, сделал первый шаг к графу. Я видела, как перекатываются мышцы Руслана под одеждой. Меня не влекло его тело, я пыталась предугадать, когда монстр соберется сделать первый бросок, чтобы предупредить об этом Георга. Но подумав всего секунду, поняла, что это плохая идея. Единственное, что я сейчас могла сделать для него — не отвлекать от схватки. Руслан подошел совсем близко, он не скрывал насмешливой улыбки и своих намерений — да, зверь собирался убить Георга, как только ему выпадет такой шанс. Лезвие ножа сверкнуло на солнце. Мне было больно на это смотреть. Зверь отвел руку для удара, и я, не справляясь с диким волнением, закрыла глаза. Сейчас пишется наша история — моя и Георга. Других вариантов нет, как и нет без графа меня.
— Знаешь, что парень? Ты портишь мне все удовольствие от охоты, — услышала я холодный голос Руслана и поняла, что Георг все еще жив, — Я люблю, когда жертва трепыхается. Ха-ха! Как твоя женушка, когда я собиралась поиметь ее — не знаю, что вызвало в моей душе больше омерзения — что Руслан относится к убийству, как к веселью, или что он упоминает обо мне. — Так ты собираешься драться?!
— Нет.
— Что?!
— Нет. Я не буду драться с тобой!
— Не хочешь рассказать, почему?
— Потому, что этого бы не хотела Алисия.
— Ха! Так ты у нас, я погляжу, под каблуком.
— Думай, как хочешь. Я все сказал. Точка!
— Кажется мне, паренек, что ты пытаешься прикрыть маской хорошего мужа свою трусость, — я понимала, зачем Руслан делает это — обычная провокация, чтобы иметь дополнительный повод убить. — Но, если ты так беспокоишься о своей жене, я предлагаю драться на кулаках! — в этот момент я была благодарна Руслану. Это звучало дико, но он поступил, как человек, у которого есть чувства. — Что делать с противников выберет тот, кто выиграет в кулачном бою, — о боже, но почему все так сложно?..
— Я согласен! — ответил Георг, и Руслан, отбросив нож на землю, тут же ударил любимого в лицо. Он пошатнулся, но устоял. — Решил бить без предупреждения… Настолько не уверен в себе?
— Ты бы брал с меня пример, фраер, а не то останешься без зубов. Ха-ха-ха! — расхохотался Руслан и тут же словил носом удар.
— Так ему! — не выдержала я. Руслан попытался увидеть меня, но рассмотреть мой силуэт ему помешал второй удар.
— Не отвлекайся! Я старикам фору не даю.
— Старикам? Ха! А ты смешен? Мне будет жаль тебя убивать. Ведь именно это я сделаю, когда выиграю бой, — думаю, Руслан был моложе Георга, но сволочной характер и плохие привычки явно играли против него.
— Ты собрался выигрывать языком? — насмешливо спросил Георг, после того, как третий раз подряд ударил Руслана. Похоже, граф разбудил свирепого зверя, ведь теперь Георг принимал удар за ударом. Руслан не давал возможности оклематься — бил с двух рук, пока Георг не упал. Я видела его на земле. Я молилась, чтобы он поднялся.
— Вставай. Прошу тебя, вставай, — мои руки давно отпустили. Все держали кулаки за графа и дергались каждый раз, когда он пропускал удар. Казалось, что бьют не только Георга, а бьют всех нас. Я чувствовала, как от страха замирает сердце. Мне никогда не было так страшно… Еще один удар — и конец.