Жена поневоле

Маркова Анастасия

– Там все очень странно и запутанно, – благоверный нахмурился и отстранился от меня. Мой трюк удался. Внутренне я торжествовала, но старалась ничем не выдать свое состояние.

– О чем ты? – мне не терпелось, чтобы муж поделился со мной имеющейся информацией.

– Он сказал, что я сам пришел к нему и назвал твое имя, – нараспев ответил Ральф и замолчал. Воспользовавшись тем, что он погрузился в свои мысли, все же набросила халат, переброшенный через спинку кресла, и крепко подвязала его пояском. Муженек лишь хмыкнул, заметив мои действия.

– Значит,

морок.

– И его накинул тот, кто неоднократно видел меня, иначе бы поверенный распознал подвох, – задумчиво проговорил муж. То, что я услышала от него, лишь добавило загадочности незнакомцу, который так умело обвел Ральфа вокруг пальца.

Окинув меня презрительным взглядом, благоверный направился к выходу, не сказав больше ни слова.

– Копию договора все же не забудь, пожалуйста, передать… дорогой, – добавила с улыбкой на губах.

– Не думай, Оливия, что я не знаю, где ты была вчера вечером, – произнес он на прощание, а затем спокойно закрыл за собой дверь.

Я облегченно выдохнула, когда наконец-то осталась одна. Похоже, первая гроза миновала. Пусть и с небольшими потерями, но все могло быть гораздо хуже. Можно даже сказать, что еще легко отделалась за свой поступок.

Солнечные лучи усердно пробивались даже сквозь плотные шторы, и я поспешила впустить их в комнату. От яркого света пришлось даже зажмуриться и прикрыть лицо ладонью. Судя по тому, как светило высоко висело в небе, время и вправду было не столь ранним. Я еще не успела глянуть на часы, как раздался нерешительный стук в дверь, а после передо мной появилась молоденькая служанка в черном платьице, белом чепце и фартуке. Она сделала книксен прежде чем обратиться ко мне.

– Добрый день, Ваша светлость, – сказала девушка, которая с интересом разглядывала меня. Несомненно, мое внезапное появление в доме вызвало немалые пересуды среди прислуги, и всем хотелось хоть краешком глаза глянуть на новоиспеченную жену их хозяина.

– Добрый, – отозвалась я. Хоть и не осуждала ее, все же очень неуютно чувствовала себя под столь пристальным взором.

– Герцог назначил меня Вашей горничной. Мое имя Миления, – осознав свою оплошность, девушка виновато опустила голову. Однако, скосив взгляд, заметила дыру в двери, ведущей в ванную комнату, и вскрикнула, а затем, прикрыв рот ладошкой, уставилась на след, оставленный Ральфом.

– Который час? – мне и самой не составило бы труда узнать ответ на этот вопрос, но следовало отвлечь ее от рассматривания двери.

– Одиннадцать, герцогиня, – отозвалась горничная и тут же спохватилась. – Давайте я помогу Вам сперва одеться, а после сделаю и прическу.

Она направилась к шкафу и после недолгих раздумий достала из него белое платье с широкой юбкой и тесным лифом, плотно облегавшим мою фигуру. После того как служанка ловко меня в него облачила, я уселась за резной туалетный столик, а девушка взялась за мои непослушные волосы, складно с ними справляясь. Меня распирало от желания узнать у нее, где Ральф, но не решалась поинтересоваться.

Едва горничная закончила корпеть

над моим образом, придававшим мне толику невинности, как вслед за предупредительным стуком в комнате появился слуга, у которого в правой руке был серебряный поднос. Я нахмурилась, увидев белый конверт. Заметив на нем ту же монограмму, что красовалась и на дверце экипажа, принадлежавшего Ральфу, поспешила взять его. Взломав красную сургучную печать, державшую в тайне содержимое конверта, достала копию брачного договора. В нем теперь действительно было вписано имя моего супруга в соответствии с титулом. Но, впрочем, я вчиталась в нижеследующие строки, ища новые пункты. Едва добралась до последнего, как моя правая рука непроизвольно сжалась в кулак. Меня затопил гнев. Если бы благоверный сейчас находился рядом, то я, несомненно, нарушила бы условия договора.

«Ну, Ральф! Ты… Ты…», – даже мысленно не могла подобрать ругательства, точно описывающего моего супруга. – «Нет! Нет! И еще раз нет! Этому не бывать!»

В этот момент я вспомнила, что нахожусь в покоях не одна. Горничная, заметившая резкую перемену настроения, заинтересовано на меня поглядывала, ее явно разбирало любопытство. Отсчитав мысленно до десяти, сделав несколько глубоких вдохов, все же немного расслабилась и успокоилась.

– Миления, Его светлость у себя или куда-то уехал? – в том, что прислуга, как правило, знает о таких вещах, не сомневалась.

– Он в рабочем кабинете, герцогиня, – услужливо отозвалась она.

Я молча кивнула, затем аккуратно сложила брачный договор и направилась на поиски своего благоверного. Вот чего я злюсь? Это же Ральф! Разве он выдал что-то новенькое? Или не ожидала от него подвоха, едва узнала, что он стал моим мужем?

– Добрый день, Ваша светлость, – услышала за спиной уже знакомый голос дворецкого и обернулась.

– Добрый день, Антуан, – приветствовала его, нацепив улыбку. Все же не стоит давать прислуге столько поводов для сплетен.

– Как Вам спалось на новом месте? – любезно поинтересовался слуга.

– Просто чудесно. Даже сама не ожидала от себя такого, – искренне ответила на вопрос. – А не подскажите, где рабочий кабинет Его светлости?

– Прошу следовать за мной.

Мы спустились на первый этаж и, повернув направо, двинулись по коридору. Нужная нам дверь оказалась лишь третьей по счету.

– Спасибо, – поблагодарила дворецкого и, постучав, вошла в небольшое помещение, едва не захлопнув дверь перед носом у старшего лакея.

Ральф сидел за массивным столом и просматривал какие-то письма. Судя по выражению его лица, мой визит не стал для него неожиданным. Окинув меня мимолетным взглядом, подлец снова уткнулся в лист бумаги. Не надеясь услышать приглашения присесть, сразу же удобно устроилась в мягком кресле, расположенном с противоположной от мужа стороны.

– Нам нужно поговорить, – требовательно заявила я.

– О чем? – холодно спросил он, не поднимая головы.

– Я думаю, ты и сам догадываешься. Но все же уточню – о брачном договоре.