Жена пилота
Шрифт:
Ты отпустишь рыбу или съешь? — поинтересовалась мать.
А ты что посоветуешь?
Ну, учитывая, что это твоя первая пойманная рыба, я бы приготовила из нее что-нибудь особенное. Папа учил тебя чистить рыбу?
Мэтти выпрямилась в полный рост, с трудом поднимая свой улов.
Пойду принесу фотоаппарат, — сказала Кэтрин.
Я люблю тебя, мама! — улыбнулась дочь.
Кэтрин медленно шла по лужайке, прислушиваясь к шуму ветра в полых оттяжках высокой штыревой антенны. День был чудесный. Впрочем, все дни этим летом выдались на редкость погожими.
Сегодня, проснувшись еще до рассвета, Кэтрин была до глубины души очарована восхитительной
Она так и не смогла привыкнуть к тому, что теперь просыпалась до рассвета. Как большинство незамужних женщин и вдов, Кэтрин ложилась спать рано и сразу же засыпала. Ничто не тревожило ее сон… Сумрачные предрассветные часы она всецело посвящала чтению книг. Раньше у нее никогда не хватало на это времени, а теперь Кэтрин могла себе позволить читать ежедневные газеты, причем читала она их от корки до корки.
Впервые информация о бомбе, погубившей рейс № 384 авиакомпании «Вижен», появилась в новогоднем выпуске «Белфаст телеграмм». Капитана Джека Лайонза обвиняли в неумышленном пособничестве террористам. В пространной статье рассказывалось о летчиках и служащих аэропортов, которые уже многие годы помогали ИРА переправлять контрабанду, минуя строгие британские таможни. Кроме Джека Лайонза упоминалось еще несколько фамилий. Особое место уделялось мотивам, побудившим группку радикалов-лоялистов взорвать американский самолет, хитро используя контрабандную сеть врага, и тем самым, бросив тень на ИРА, сорвать мирный процесс в Северной Ирландии. После ареста Мойры Боланд и ее брата полицейские быстро раскрутили дело. К счастью, никто из них не сообщил журналистам о двоеженстве Джека Лайонза. В течение нескольких недель Кэтрин жила в постоянном страхе перед неминуемым, по ее мнению, разоблачением. Она не решалась рассказать всю правду дочери, и Мэтти знала только то, что передавали по телевизору…
Прошел месяц… другой… и о гибели рейса № 384 уже никто не вспоминал.
Кэтрин не знала, что случилось с детьми Мойры Боланд. Иногда она задумывалась об их судьбе.
Всю весну Кэтрин читала книги, посвященные истории религиозно-гражданского противостояния в Северной Ирландии. Она узнала много интересного, о чем раньше и не догадывалась, но несмотря на эти знания, она не понимала, что происходит. Слишком уж все было запутано. Каждый раз она выискивала в газетах сообщения о бунтах заключенных в северо-ирландских тюрьмах, о взрывах заминированных автомобилей и об убийствах, совершенных боевиками… Сейчас вновь наступило перемирие. Кэтрин надеялась, что настанет такой день, когда стороны договорятся, найдут удовлетворяющий всех компромисс, но сомневалась, что это случится в ближайшем будущем.
Впрочем, это ее уже не касалось. Это ведь была не ее война…
По существу, изучение истории вооруженного конфликта в Северной Ирландии стало ее главным занятием в жизни. Чтение помогало скоротать долгие летние дни. Кэтрин мало уделяла внимания своей внешности, целыми днями расхаживала по дому в купальном халате, надетом поверх линялой трикотажной рубашки, некогда темно-синего, а теперь трудноопределимого цвета. Она связала дочери безрукавку из разноцветных хлопчатобумажных
Взбежав по ступенькам крыльца, Кэтрин проскользнула через переднюю и кухню. Фотоаппарат, насколько она помнила, лежал в кармане ветровки, висевшей на вешалке возле задней двери.
Повернув за угол, Кэтрин остановилась как вкопанная. Через стекла, вставленные в заднюю дверь дома, она увидела лицо Роберта. Он поднял руку и забарабанил по дереву. Кэтрин покачнулась и, чтобы не упасть, оперлась рукой о стену. В ее мозгу промелькнуло воспоминание об их первой встрече. Тогда Роберт так же неожиданно появился на пороге ее дома и одной фразой изменил всю ее жизнь, изменил навсегда и самым кардинальным образом.
Как под гипнозом, Кэтрин сделала несколько шагов к двери и открыла ее.
Привалившись плечом к дверному косяку, Роберт стоял и в упор смотрел на нее. На нем были шорты цвета хаки и белая футболка. Руки были засунуты в карманы. Солнце светило ей в глаза, но Кэтрин все же разглядела, что его волосы подстрижены и покрашены в более темный цвет. Во всей его позе чувствовалось смирение. Женщина подумала, что Роберт морально готов к любым недружелюбным действиям с ее стороны. Захлопнутая перед самым носом дверь или пожелание проваливать ко всем чертям не будут для него неожиданностью.
В воздухе повисла тяжелая тишина.
Я вот подумал, что прошло уже достаточно времени, — сказал он.
«Интересно, сколько времени понадобится, чтобы простить предательство?» — подумала Кэтрин, но вслух сказала:
Мэтти поймала большую рыбину. Я пришла за фотоаппаратом.
Найдя его в кармане ветровки, она вернулась тем же путем. Проходя через кухню, женщина коснулась рукой лба. Кожа горела и казалась шероховатой из-за тонкого слоя песка и морской соли. Днем они с дочерью много купались, даже катались на гребне волны, хотя и без досок для серфинга. Каждый раз отлив прибоя оставлял их на песке стоящими на четвереньках — они были похожи на моряков, спасшихся после кораблекрушения.
Появление Роберта стало для Кэтрин полной неожиданностью. Она вычеркнула его из своей жизни, почти забыла о его существовании, а он взял и вернулся.
Женщина специально затянула «фотосессию», сделав не менее дюжины снимков Мэтти и ее трофея. Только когда дочь начала проявлять признаки нетерпения, Кэтрин повесила фотоаппарат себе на шею и помогла девочке занести в дом рыбацкие снасти.
Тебе помочь почистить рыбу? — заранее зная ответ, спросила она у Мэтти.
Нет, спасибо. Лучше я сама.
У девочки было хорошее зрение, куда лучше, чем у ее матери. Стоящего на крыльце мужчину она увидела первой. Резко остановившись, Мэтти чуть было не выпустила пойманную рыбу из рук. Глаза часто заморгали. Лоб нахмурился. Девочка узнала «вестника смерти» ее отца.
Все в порядке, — тихо сказала дочери Кэтрин. — Он только что приехал.
Мать и дочь медленно шли по лужайке. Женщина несла длинную удочку, а Мэтти — первую пойманную в своей жизни рыбу.
На прошлой неделе девочка нашла в гараже удочку и снасти отца. Загоревшись желанием научиться рыбачить, Мэтти припомнила все, чему учил ее папа прошлым летом. Кэтрин никогда не увлекалась рыбной ловлей, поэтому не смогла помочь ей даже советом. Но Мэтти была упрямой и быстро научилась справляться со слишком большой для нее удочкой.