Жена на миллион
Шрифт:
– Сколько у меня времени? Когда я должна собраться?
– Еще вчера, – качает головой.
Как в армии! Нет, даже хуже. Спросонья ничего в голову не приходит!
– Все.
– Что все? – обмираю.
– Время вышло. Сказал же, готовься. Завтра на море. Какого черта ты делала? – взрывается нетерпением Багратов, двинувшись в мою сторону смерчем.
– С-с-спать легла.
– Значит, спи.
– А как же море?
– Море отменяется.
Черт! Надо было вчера чемоданы паковать и ложиться спать сразу в одежде, чтобы по первому свистку подскочить с ручной кладью в зубах
– У меня есть идея получше. Море – как-то мелковато. Океан в самый раз будет! – раздается над ухом голос Багратова.
Через миг он заворачивает меня в одеяло рулетом и выносит из комнаты.
– Отпустите. Поставьте меня на пол. На землю. Я…
– Ты еще два часа глаза протирать будешь. Некогда! – возражает мужлан.
– Мне дышать почти нечем!
– Ничего не слышу. Ты спать хотела? Вот и спи. Проснешься, как прилетим…
Стыдно признаться, но первый свой в жизни перелет я, действительно, проспала. Меня укачало в машине еще на пути в аэропорт, я благополучно уснула. Просыпалась пару раз, кажется, в самолете, но быстро проваливалась обратно в сон.
Дорогу от аэропорта парома на отдельный остров я не пропустила. Ни одной детали. Но признаться, яркие незнакомые пейзажи для меня слились в нечто необыкновенное, как картина в тубе калейдоскопа. Думаю, эта поездка запомнится мне надолго. Меня выкрали посреди ночи из постели, завернули в одеяло и привезли сюда, за несколько тысяч километров.
Из серых пейзажей в вечное лето. Чудеса…
Пижама до сих пор на мне. Я испытывала по этому поводу тысячу сомнений, но Багратов – такой мужчина, слову которого не осмелится перечить никто, взглянуть с осуждением, тем более. Ко мне относились, словно я была не в пижаме и домашних тапочках, но в королевской мантии. Дело не во мне, само собой, но в мужчине, рядом с которым остро чувствуешь реальность, настолько остро, что она пробирается под кожу ледяными иголками и оставляет неизгладимый след.
Возникает чувство головокружения, а вместе с тем появляется ощущение, что раньше я и не жила, а просто проживала день за днем, не имея ни малейшего понятия о том, как все устроено по-настоящему.
Я закрываю глаза, чувствуя дыхание океана и ветра на своем лице. Удерживаю это ощущение долго-долго, а потом распахиваю глаза с опаской, с острым чувством страха, что сказка, окружающая меня, исчезнет. Однако ничего не исчезло! Впереди, до самого горизонта, голубая гладь. Под ногами – теплый песок, а за спиной – симпатичный домик.
На двоих…
Глава 16
Мы на острове. Перетираю песчинки между ладонями. Песок совсем не такой, какой я привыкла видеть.
– Ну, как тебе?
– Слишком красиво, чтобы быть правдой.
– А ты проверь на ощупь, – предлагает Багратов.
Осторожно вытягиваю ногу из одеяла, опустив босую ступню на мелкий песок. Теплый, белый, песчинка к песчинке… Подбираю ноги в одеяло, разглядывая голубую гладь, простирающуюся далеко-далеко, до самого горизонта, или даже дальше.
– Ты молчаливая, – замечает Багратов.
– Вы ждали, что я буду сходить с ума от радости?
– Как минимум, ждал одно сальто, несколько минут счастливых визгов и прыжок в воду нагишом.
Издаю смех. Ветер подхватывает и относит его горстями в сторону мужчины.
– Извините, что я не устроила клоунское представление. Я же говорила, вам нужна другая дрессированная собачонка на привязи.
– Глупая, – качает головой. – Это была шутка. Растормошить тебя захотелось. Ты же впервые за пределами страны. У океана. Так?
– Да.
– И?
– Честно?
– Конечно, – садится прямиком на песок, минуя шезлонг, стягивает с ног легкие мокасины. – Иного я от тебя и не жду, Мышонок. Не пытайся скормить мне лапшу. Говори, как есть. В том и прелесть.
– Вы очень резкий и непредсказуемый мужчина. Вспыльчивый. Разумно ли говорить все, что в голову взбредет?
– Боишься, что я на тебя взъемся за правду?
– Рыкните, как минимум. Вы же лев, – фыркаю, вспомнив посиделки у телевизора.
Нет, он на самом деле совсем не такой кошмарный, как расписывала Ксана. В чем-то он даже нравится. Волнует, безусловно. Заставляет чувствовать себя женщиной. Но той, что далека от его интересов, и от этой мысли грустно совсем немного. Однако, в целом, Багратов не так уж плох. Просто невыносимый и иногда до жути вульгарный.
– Здесь очень красиво, – отвечаю честно. – Очень. Мне хочется везде заглянуть, все потрогать, попробовать…
– Так вперед. Чего ждешь?
– Не знаю. Я вроде не сплю. Но вдруг…
– Хочешь, я тебя за попу ущипну?
– До посинения?
– Должен же я отыграться за посиневшую мошонку.
– Сами виноваты. Напугали и навалились. Я схватилась и не подумала, что могу навредить.
– Ну-ну, продолжай, – держит серьезное лицо.
– Если так, то понятно, почему вы взяли с собой меня.
– Почему же?
– Может быть, эта поездка была запланирована? Только на моем месте должна быть. Например, Элайза. Вот только с травмированным орудием не удастся развлечь ее, как следует. Поэтому здесь я… Пока пострадавшее эго не придет в норму…
В ответ Багратов громко расхохотался.
– Забавная теория. Только далека от правды.
– Неужели?
– Элайзу я бы сюда не потащил.
– Почему же?
Теперь наступает моя очередь посмотреть на мужчину с интересом. Поведение Багратова дало понять сразу, какие женщины его привлекают.
– Элайза роскошно смотрелась бы на этом песке. И в бунгало, и в океане…
– И много где еще. Не в том суть.
– В чем же?
– В этом, – показывает рукой вокруг. – Кого ты видишь?
– Никого, – отвечаю, подумав немного.
Действительно, с момента приземления до отплытия на остров прошло больше часа, охрана оставила нас здесь и укатила обратно.
– Вот именно, никого. В такие места не притаскивают кого попало, чтобы засорять эфир лишним мусором. Иногда нужно побыть в тишине и вдалеке от всего.