Жена моего отца

Безрукова Елена

Это нормально. Это жизнь. Дети хоронят своих родителей. Так бывает. Конечно, я бы хотел, чтобы он пожил дольше, увидел внуков. Но, значит, не судьба. А я уже большой мальчик, придётся справиться и с дырой в сердце, и с бизнесом, который я всегда вёл, опёршись на твёрдое плечо отца, и с проблемами, связанными с женщиной, которая по стечению обстоятельств досталась нам одна на двоих.

Простил бы он меня за влечение к ней, при чём уже давно? Не знаю. Бежал от этого как мог. Только есть одна беда —

куда бы я не бежал, себя я всегда беру с собой. Отец поступил куда более достойно, несмотря на то, что тоже хотел её. Пытался добиться любви, а я… Просто заставил. Наверное, даже и не задумался бы о том, если бы не рассказ Ирины об её отношениях с папой.

Секретарша принесла кофе. Отпил и поморщился. Люблю сладкий, но сейчас мне нужно взбодриться. Ошибок допускать нельзя, это ведь строительство зданий. По настоянию отца я отучился на архитектора, а потом ещё и на экономиста экстерном. Так что я прекрасно понимаю и в возведении собственных проектов, или разработанных под моим руководством, и в том, как это всё правильно подать и продать.

Увлёкся работой незаметно для себя. Из рабочего процесса меня выдернул сигнал селектора. Протянул руку и нажал кнопку.

— Артур Кириллович, на визите настаивает Астахов Евгений.

Замечательно. Я вообще-то надеялся, что он не придёт и прекрасно понял меня. Видимо, не понял. Он начинает не на шутку меня злить.

— Пусть войдёт, — ответил я и прервал связь.

32.

Спустя секунду в кабинет вошёл Евгений. Походкой кота он двинулся к столу и сел напротив меня. Взгляд прямой, даже будто наглый.

— Добрый день, — сказал он.

— Здравствуйте, Евгений. Чем могу быть полезен? — сверлил его взглядом в ответ.

— Что же вы, Артур, такой невежливый? — снисходительно улыбнулся Астахов. — Трубки бросаете.

— Сожалею, что вы так подумали, — ответил я. — Я решил закончить диалог, и всё сказал.

— Но я сказал не всё.

— Меня мало это интересует, — улыбнулся я. — Что же вам, Евгений, было непонятно во фразе «я не намерен с вами сотрудничать»? И общаться тоже. Я вас не приглашал. А потому прошу простить меня — очень много дел.

Демонстративно вернулся к монитору компьютера и снова стал вчитываться в документы. Надеялся, что Астахов поймёт мой недружелюбный жест и покинет кабинет. Мне с ним общаться не о чем, да и желания не имеется.

— Ты не понял, да? — от вежливого тона блондина не осталось и следа.

— А мы разве переходили на «ты»? Держите себя в руках, — одёрнул его.

— Значит, так. Ты хочешь проблем, скажи мне? Ты ведь знаешь, что я не последний человек в этом городе. Я умею решать вопросы.

Поморщился. Он специально мне «тыкает», чтобы лишний раз показать, как он меня не уважает. Да я его тоже, держусь из последних сил, чтобы не вышвырнуть его

кубарем за двери и не спустить без лифта на первый этаж. Перевёл ледяной взгляд на него. Мне тогда тоже хватит играть в вежливость.

— Ты считаешь, я мальчик-с-пальчик или лопушок? У меня тоже есть люди, которые умеют решать вопросы. Даже с такими, как ты. Ты, Астахов, полагаешь, что король этого города?

— Не король, — осклабился он. — Но кое-что могу. И если тебе дорог твой бизнес — пойди мне на уступки по-хорошему.

— А я щас испугался, — ответил ему. — Ну правда, весьма убедительно вышло. Хочешь, ещё попугать меня? Я даже могу показать, как дрожат коленочки. Ты идиот? Чего ты хочешь от меня?

Желваки на морде Астахова заходили ходуном. Непривычно видеть, что не стелются перед ним?

— Отдай мне Ирину.

— Зачем тебе моя няня? У тебя разве есть дети? Найми им другую, — продолжал я издеваться. — Я первый её нашёл.

— Да нет, идиот ты, Багров! — даже рожа покраснела у Астахова. — Ты понимаешь, о чём я.

— И что дальше? — поднял вверх брови. — Понимаю. Только она не хочет возвращаться к тебе, понятно? Всё на этом? Извини, тебе пора. У меня сегодня не приёмный день. Могу тебя записать на приём…в июле. Обратись по этому вопросу к моему секретарю. Она за дверью, если что.

Снова вернулся к монитору. Ну сколько можно его выгонять-то? Может, уйдёт уже наконец и оставит нас с Рыжей в покое?

— А я понял, — рассмеялся Астахов, откинувшись на спинку кресла. — Ты с ней сам спишь.

Это уже перебор и никого не касается. Поднял глаза на него, еле сдерживая свой гнев.

— Значит, я угадал? В статье газеты. Ты читал? Понравилось? Каков стиль письма, а?

— Так это твоих рук дело, — улыбнулся питоном я. — Ты ещё и писака у нас? Какая многогранная личность.

— Да, я такой. Ну и как тебе, Артурчик, наша всеми опробованная Ирочка? Скажи, конфетка? Только одно не понимаю — а как ты её трахаешь после родного отца? Не стыдно? И не не противно даже?

Вскочил и прямо через стол схватил его за пиджак.

— Заткнись. Даже имени её не произноси, ублюдок, — с силой пихнул его так, что он еле удержался за стол. Хлюпик сраный. Вышел из-то за стола и встал напротив него. — Вон отсюда, пока я не вызвал охрану.

— А без мальчиков других ничего не можешь, да? Только эту рыжую шалаву трахать умеешь один?

С наслаждением съездил ему в челюсть кулаком. Мы сцепились. Удары летели со всех сторон, но мой оппонент получал куда более мощные — когда-то я занимался боксом, и в рядах Хлюпиков местного разлива не состою. Понимая, что просто могу и убить противника в явно неравном бою, схватил Астахова за шкирдак и выкинул из кабинета.

— Охрану вызвать. Убрать этого отсюда. Предупредить, что этого человека быть в офисе больше не должно.