Жена моего мужа

Паркс Адель

Крейг живет в маленькой квартирке с двумя спальнями в Ноттинг-Хилле. Едва ли она отличается от квартиры любого другого холостяка, в которых мне доводилось бывать. Голубые стены, множество мебели из IKEA, кухня — ужас восьмидесятых, а полотенца в ванной имеют немного затхлый запах. Я чувствую себя у него как дома, поскольку привык жить в подобных условиях, честно говоря даже в худших, до тех пор, пока не женился на Андреа и она не привнесла в мою жизнь деревянные полы, ворсистые ковры и подушки. И хотя я регрессирую и снова стал есть почти каждый вечер готовые блюда, отпускаемые на дом,

я все же попал под ее элегантное влияние, в немалой степени потому, что наличие ультрамодных и удобных подушек помогает в процессе обольщения женщин. Квартира Крейга только в одном отличается от жилищ большинства мужчин — там множество книг, фотографий и открыток, чего мужчины обычно избегают.

Приехав к Крейгу, я почувствовал запах жареного лука и фарша еще на лестничной площадке. Сдержал слово. Он открывает мне дверь, и мы приветствуем друг друга обычным образом:

— Все в порядке.

— Все в порядке.

Одновременно и вопрос и ответ. Никто и не догадается, рад ли я видеть его или он — меня. Мы едим, почти не разговаривая.

Я беру стул, а Крейг плюхается на софу. Мы смотрим «Придурков» [29] и хохочем до упаду.

— Что ты думаешь о ней?

29

«Придурки» («Чудаки») — американский телевизионный сериал, представляющий собой исполнение различных опасных, грубых, смешных и самоистязающих трюков и розыгрышей.

Не имею ни малейшего представления, о ком он говорит. Крейг видит мое замешательство.

— Роуз? Как она тебе? Девушка, которую я привел на свадьбу Тома, это о ней я тебе рассказывал.

Несмотря на то что Крейг предупредил меня, что хочет поговорить со мной, я все же надеялся, что он не имел в виду настоящий разговор. Мы уже говорили в прошлом месяце, и я не уверен, что он найдет во мне поддержку, если это войдет в привычку. По-видимому, все-таки не существует такого понятия, как бесплатный ленч. Я беру еще банку пива — если от меня ждут глубины и многозначительности, мне потребуется немного смазки.

— Это и есть твоя особенная? — спрашиваю я, мысленно прощаясь с программой.

— Ну, едва ли. Пожалуй, нет. Ну да. Но…

— Что ты хочешь этим сказать?

— Думаю, да, она особенная, — наконец признается он.

Я не любитель рыжеволосых, к тому же она слишком полная на мой вкус, но многим мужчинам это нравится, они любят, когда есть за что подержаться. Крейг выглядит чертовски несчастным, и это странно — теперь, когда он наконец-то нашел свою «совершенно особенную», так что может установить глубокие отношения и наконец-то с чистой совестью с кем-то переспать.

— Она убежала, — заявляет он.

— Что?

— Со свадьбы. Мы так хорошо поладили. Во всяком случае, мне так казалось. Нет. Да. Мы действительно поладили. Я ничего не понимаю.

Крейг смотрит на меня точно так же, как смотрел, когда был ребенком, а какой-то ублюдок отобрал у него деньги, выданные ему на обед, или нарочно наехал на его велосипед и погнул переднее колесо.

Я отключаю звук у телевизора и говорю:

— Объясни мне как

следует, дружище.

Его не нужно просить дважды.

— Мы потрясающе хорошо проводили время — поболтали, узнали друг друга немного лучше. Она казалась вполне раскованной и счастливой. Мы даже потанцевали.

Знаю. Я наблюдал за ними сквозь окутавший меня алкогольный туман, и оттуда, где я плыл в тумане, они, казалось, действительно прекрасно проводили время. Она явно к нему неравнодушна — смеялась его шуткам, смотрела ему прямо в глаза, все как положено. Честно говоря, я даже почувствовал зависть. Не то чтобы эта птичка, Роуз, была в моем вкусе, даже и близко не подходит, но каждый мог заметить, что между ними происходит нечто особенное, используя словечко Крейга. Это было настолько явно и очевидно, что даже я заметил.

Помню, как перевел взгляд с них на Тома и Джен и обратно на них. Откровенно говоря, это чертовски угнетало меня. Именно многообещающий старт Крейга и этой женщины привел к тому, что я так надрался. Не то чтобы я завидовал счастью Крейга. Я искренне желаю ему огромного счастья, то же самое относится к Тому и Джен. Если бы я когда-нибудь выиграл в лотерею, то купил бы Крейгу целый публичный дом, то же самое я готов сделать для Тома. Они мне как братья. Думаю, именно поэтому, когда я увидел, что они действуют так слаженно, я и напился. Я же не кретин, к тому же самый симпатичный из нас троих, так почему именно я сидел в одиночестве и не мог найти себе лучшей компании, чем тетушка Мадж?

Но я отвлекаюсь. С моей точки зрения, Крейг и его девушка поладили очень хорошо.

— Что же произошло? Ты наступил ей на ногу? Женщины порой реагируют весьма забавно, когда дело касается их туфель.

Крейг не позволил мне перевести разговор на шутливый тон.

— Что произошло? Ты, идиот! Роуз заметила, что ты впал в ступор, и мне пришлось пойти приводить тебя в человеческое состояние, на что ушло какое-то время.

— Извини.

— Затем начались речи, и я постоянно искал ее глазами. Сначала подумал, что она вышла в туалет или в бар, но нет, она исчезла, испарилась бесследно.

— Настоящая Золушка.

— Я подумал, что ей позвонили из дома. У нее мальчики-близнецы. Могло что-то произойти с одним из них. Я звонил ей на мобильник и оставлял сообщения, но она не отвечала мне. Я звонил и весь следующий день. Какое облегчение я испытал, когда в понедельник мальчики, как обычно, пришли в школу! Их привела ее подруга. Я попытался осторожно расспросить мальчишек, и они сказали, что с мамой все в порядке, но, поскольку им всего лишь семь лет, они не стали вдаваться в детали, а я не решился зондировать дальше.

Действительно, как быть с этикетом, если директор школы беседует с парой парнишек о возможности трахнуть их мамочку?

— Я не могу поговорить с кем-то из ее подруг, чтобы выяснить, что случилось, потому что все они мамы детей, которые учатся в нашей школе. Это было бы нарушением профессиональной этики. Может, мне следует зайти к ней. Но когда? Я не могу прийти, когда мальчики дома, а уйти из школы днем по личным делам мне неудобно. Что ты думаешь по этому поводу? — спрашивает Крейг.