Жена, любовница, подруга...
Шрифт:
Проснулась она в счастливом экстазе. И уже в яви доставила себе повторное удовольствие, почти осязаемо представляя рядом с собой Степана.
А в полдень на дачу во Мгу прикатили на мотоцикле Тим с Ларисой. Появление Тима рядом с Ларисой озадачило Татьяну. Пусть ничего и не было у нее с этим парнем, но несколько месяцев она засыпала с мыслями о нем. И минувшей ночью он промелькнул в ее сне. Ох, быстра Лариса заводить новых любовников! А она, Татьяна, все робеет… Однако своего удивления не выказала, а пригласила гостей в сад, подвела к кустам черной смородины, предложила
Лариса невзначай поинтересовалась, где Дмитрий. Ответила Ирина Васильевна – она тоже вокруг гостей суетилась:
– Димочка улетел в Сочи изучать олимпийский объект.
– Сочи – это круто! Наш президент всех наповал уложил своей речью, когда решающий раунд настал! – воскликнул Тим.
– Там и без президента наша пиар-команда хорошо поработала! – возразила Татьяна.
Ей хотелось перечить Тиму во всем. Так она выдавливала из себя последние чувства к парню.
Погуляв по шести соткам Татьяны, все втроем пешком отправились к домику, где обитал Степан.
У Степана уже был накрыт обед на двоих, снова на подоконнике, поскольку он ожидал увидеть только Татьяну. А она, мало того что привела компанию, так даже по телефону не предупредила. И кого-кого, а уж Ларису, так коварно поступившую с ним – вытолкнула на улицу в один присест, – Степан не ожидал здесь увидеть. Он небрежно кивнул нежданным гостям и не слишком приветливо заявил:
– На такую компанию я не рассчитывал! Мне и угощать вас нечем, да и места здесь маловато.
– А мы не с пустыми руками! – будто не замечая его недовольства, воскликнула Лариса. Она протянула Степану пластиковый мешок, наполненный банками дорогих консервов, виднелось и горлышко бутылки. – С днем рождения тебя, Степа! Кстати, знакомьтесь. Это Тим – мой новый друг. А это – Степан.
А Татьяна, поставив на кухонный столик тарелку с домашними котлетами, приветливо пояснила:
– Степочка! А это моя мама наготовила. Она тебя тоже поздравляет. Мы все тебя очень любим!
И, вопреки своему решению держаться строго, вдруг пылко поцеловала его в щеку. Затем, как бы оправдывая свой порыв, сказала:
– Представляешь, Лариса, Степан в нашем доме все дыры залатал, других-то на мелкие работы не дозовешься. А у Степы золотые руки и сердце отзывчивое.
От этих слов Степан перестал хмуриться и, освободив от электроплитки и кастрюль хозяйственный столик, перенес на него с подоконника приготовленные яства. Поставил две дополнительные тарелки для неожиданных гостей и два граненых стаканчика. Вначале решили перекусить на скорую руку, а потом не торопясь заняться шашлыком – мясо для него мариновалось у Степана в подполе.
Открыли бутылку водки, поздравили именинника, закусили винегретом, приготовленным Степаном. После этой разминки Степан, оставив женщин «на хозяйстве», встал, предложил Тиму пойти во двор, вместе разжечь костер для приготовления шашлыков. Уходя, он прихватил с собой и початую бутылку водки, и банку шпрот.
Пошевеливая палками угли костра и время от времени чокаясь стопками, мужчины забыли о том, что были чуть ли не соперниками. Мысли Степана уже обратились от Ларисы к Татьяне, а Тим, на правах победителя, был великодушен.
– Ты ведь не в обиде на меня, дружище? В жизни всякое случается. Не подошли вы с Ларой друг другу, а
– Настоящее? – недоверчиво переспросил Степан. – Лариса ведь старше тебя? Ты, наверно, студент?
– Уже менеджер! Я могу позаботиться о любимой женщине. Надеюсь, скоро распишемся.
– Понятно. – Степан помолчал. – У нее только и разговоров было, что о ЗАГСе. Из-за этого мы с ней и разбежались. Не хотела она ждать, пока я развод со своей оформлю.
– А у нас все наоборот, – заметил Тим. – Лариса как раз и тормозит, а я хоть завтра готов свадьбу сыграть.
Лариса действительно не торопилась узаконить отношения. Слишком молод жених! Она выжидала, проверяла чувства Тима. Впервые в отношениях с мужчиной она отодвинула мысли о браке на второй план – ее охватила едва управляемая страсть!
Степан слушал откровения Тима без интереса. Его обескураживало поведение Татьяны. Почему она насобирала целый табор, когда он ждал ее одну?
Он попытался прояснить этот вопрос, когда чуть позже, забежав в дом за мясом для шашлыка, застал ее одну. Но, едва завидев его, Татьяна выскользнула во двор. Так она и бегала от Степана весь вечер, лишь бы не оказаться наедине. Все же Степан подловил ее за глухой стеной домика, когда она возвращалась из туалета.
– Таня! Скажи, что все это значит? Зачем ты организовала эту толпу?
– Это не толпа, а небольшой саммит, – попыталась отшутиться Татьяна.
– Ты не юли, милая. Ответь прямо: ты меня боишься? – Степан уже порядком принял «огненной воды» и потому держался уверенно. Схватив свою главную гостью за руку, он требовал ответа.
– Пусти, Степа. Пошли к костру, мы там стол на чурбанах устроили.
– Тогда зачем ты меня уже целый месяц с ума сводишь? Зачем в гляделки играешь? Я ведь не железный!
– Степа, я тебя уважаю, как верного товарища.
– Но не любишь? Ты это хочешь сказать?
– Но я же замужем!
– Фьють! – Степан удивленно присвистнул. – При чем здесь это?
– Понимаешь, тут соседи кругом. Мама говорит…
– Что мама говорит, мне неинтересно. Ты сама давно девочка с паспортом. Я хочу слышать: ты останешься у меня, когда гости уедут?
Татьяна не успела ответить, потому что на тропинке, ведущей к туалету, появилась Лариса с помойным ведром. Она несла его, чтобы выбросить отходы в выкопанную здесь же, позади дома, яму. Лариса услышала последний вопрос Степана и остановилась в изумлении. Выходит, подруга времени зря не теряла. Сразу подобрала выгнанного ею мужика. Не то чтобы Ларису интересовала теперь судьба Степана. Пусть бы сошелся с кем-нибудь, но не с Татьяной же!
Прежняя ненависть к подруге-сопернице поднялась в ее груди. Вот что выделывает тихоня! А Дмитрий не хотел оставить ее, когда встречался с Ларисой. И хотя теперь чувствами Ларисы владел Тим, она взяла на заметку компрометирующий подругу факт.
– Степа! – Лариса сделала вид, что ни о чем не догадывается. – Вылей, пожалуйста, ведро. Ты там ближе к яме стоишь!
Степан взял ведро из ее рук, досадуя, что их разговору с Татьяной помешали. Татьяна ускользнула вновь.
В середине ночи четверка, загасив остатки костра, решила, что пора на покой. Но комнатка Степана была слишком мала для четверых.