Жена короля
Шрифт:
Зверь заметил мое присутствие, приоткрыл один глаз и зарычал. Я подошла еще ближе к огромной морде. Когтистая лапа дернулась, но бессильно упала обратно.
– Решил умереть, да? Правда думаешь, что уходишь красиво и гордо? – я говорила резко. – Посмотри на себя! Ты лежишь в своих экскрементах и воняешь. Жутко воняешь!
Дракон приподнял голову и оскалился, показав длинные клыки.
– Я не собираюсь тебя жалеть. Думаешь, ты один здесь пленник? Один заперт в четырех стенах и не имеешь права распоряжаться своей жизнью? Дурак!
Я
Меня колотили эмоции, и я не замечала ошеломленных людей позади, изумления Бъена.
Глубокий вдох и говорю чуть тише:
– Слушай, хочешь умереть? Пожалуйста. Но, давай, хотя бы здесь уберемся. Ладно?
Я обернулась к ошарашенным тихкам:
– Почистите здесь, по-быстрому, пожалуйста.
– А, ты, – снова обращаюсь к дракону, – давай, подвинься, немного!
И слегка пихаю его ногой.
Кнарк в ответ странно и пристально смотрит на меня, но, подтянув мощные лапы, группируется в более компактную позу. Двое тихков в рабочих комбинезонах быстро вошли в стойло, и с испугом оглядываясь на нас с драконом, начали сгребать вилами куски черной соломы. Потом также быстро ополоснув водой, показавшиеся плиты на полу, выскочили обратно в коридор.
Я огляделась вокруг:
– Ну вот, совсем другое дело. Можешь продолжать то, что ты там делал раньше.
И развернувшись, направилась к выходу. Драконий взгляд колол спину.
Взявшись за ручку двери, я оглянулась уже с улыбкой:
– До завтра, Серебряный!
Бъен долго молчал, пока мы возвращались по той же дороге обратно к особняку. Вид у него был сердитый.
– Принцесса Унна… – начал он, наконец.
Но на меня, вдруг, накатила такая усталость, что я не позволила ему договорить:
– Да, Бъен, я все понимаю. Я повела себя непозволительно, неразумно и наверно, глупо. Простите меня. Простите, если заставила вас волноваться.
Он вздохнул, но, кажется, успокоился:
– Желаете ли вы осмотреть что-то еще?
– Нет, спасибо. На сегодня мне хватило.
Просматривая вечером мысленный доклад мечника, Кахир удивился усталости, прозвучавшей в этой фразе. Но, вспомнив все, что он увидел до этого: девчонка, стоявшая одна перед огромным кнарком, ее странная и болезненная проповедь, ярость в голосе.
«Не понимаю, просто не понимаю, что творится у нее в голове. Но сравнивая с той картиной, когда она стояла, раскинув руки на краю балкона… Черт! Забудет ли он это когда-нибудь!»
Глава 6
На следующее утро я проснулась под шум дождя. Так давно не слышала этих звуков. Дома, в дождливые дни, мы часто собирались все вместе в гостиной и читали вслух сказки. Мальчишки, оседлав швабры и веники, скакали на воображаемых конях и сражались с неведомыми
Я открыла глаза и вернулась в реальность. Хватит. Все это в прошлом.
Подошла к окну и, скользя, повторила пальцем узор стекающего ручейка с другой стороны стекла. За стеной дождя ничего не было видно. Мощные струи с силой стучали по открытой террасе внизу.
– Серебряный…
После того как мне принесли завтрак, а затем унесли грязную посуду, я вышла к Бъену.
– Доброе утро, принцесса.
– Доброе. – Улыбаюсь.
– Какие у вас сегодня планы?
– О, мне необходим плащ и сапоги.
Провисает тишина.
– Вы ведь не собираетесь выходить на улицу? – это даже не вопрос, а почти просьба.
Прохожу вперед, заставляя мечника непроизвольно следовать за мной.
– Я вчера обещала, что вернусь, – отвечаю уже, спускаясь по лестнице, – а я держу свои обещания.
В подсобной комнате, Бъен выудил из шкафа огромный кожаный плащ с капюшоном и высоченные сапоги, даже не представляю какого размера.
– Простите… – проговорил он смущенно, – но у нас есть только это.
Я протестующее замахала руками:
– Все отлично. Спасибо. К тому же в нем есть карманы.
Буквально нырнув в плащ, и благополучно в нем утонув, я положила в каждый карман по красному яблоку, а также прихваченный с собой томик приключенческих рассказов. Запрыгнула в сапоги и прошаркала к задней двери.
Хорошо, что король меня сейчас не видит.
«Наивная я».
Когда мы вышли на улицу, меня оглушило ливнем, ударявшим по голове и плечам. Если бы не поддержка Бъена, я бы не дошла даже до лестницы, ведущей к полям.
Некоторое время спустя, мы добрались до конюшен. Отряхиваясь от дождя, и оставляя огромные мокрые следы, я шла по центральному коридору. Сегодня здесь не было видно ни одного работника. Небольшие окна давали скудное печальное освещение. С обеих сторон показались удивленные драконьи глаза. Я помахала им рукой:
– Привет, ребята.
Дошла до знакомой дверцы, неуклюже шаркая сапогами и скинув капюшон, зашла в стойло.
– Ты не представляешь, какой там ливень! – мой голос прозвучал очень громко в тишине.
Кнарк сразу приподнял голову и посмотрел прямо на меня немигающим взглядом.
«Вот вы видели когда-нибудь изумленного дракона? Я – да».
Не замолкая, я продолжала говорить веселым голосом, подходя все ближе.
– Ну, что? Жив еще, красавчик? Думал, что я не приду, наверное. А вот, нетушки.
Я рассмеялась, взяла деревянную кормушку, перевернула, и, поставив рядом с драконьей головой, уселась на шершавые доски, словно на табурет.
– Как ты?