Жена - фонтом
Шрифт:
– В таком случае, - продолжил говорить Лев Нарва, - ты большой глупец. Заявляю тебе это официально. Найти человека в нашей стране – нереально, тем более, что она этого не хочет.
– Ты не можешь этого знать. – Спокойно отвечал Джон Трен. – А злишься ты, потому что и самому этого не удалось. Не правда ли?
– Но ведь я нашёл её в Англии?
– Потому, что Ариадна стала главной героиней всех светских сплетен из-за похожести в своём гриме на нашу примадонну. Её фотографии заполонили
– Но никто до сих пор не знает её подлинного имени. Не правда ли, Джон? Ариадна – её псевдоним. А, вот, кто она на самом деле? Ты не узнаешь никогда.
– Ошибаешься, Лев. – Джон усмехнулся и закурил.
Лия чуть не подпрыгнула от услышанных его слов. Её сердце так заколотилось, что на миг она даже оглохла. Ей пришлось задержать дыхание, что бы немного усмирить биение сердца.
А Джон, как будто этого и ждал. Зато у Льва нервы «накалялись». Лия почувствовала это, потом что он стал нервно срывать листики плюща с его веточек.
– Я её нашёл. – Спустя минуты две молчания, сказал Джон. – И, если бы ты знал, как я изумился и восхитился ею. Это настоящая женщина, Лев, и она любит. Любит так, что не каждому дано.
Лев с силой оторвал от плюща большую ветку и отшвырнул её в сторону.
– Ты думаешь, что я в это поверю? – Воскликнул он. – После нашего разговора у ресторана в Лондоне, я подумал, что ты образумился! А ты…
– Я не образумился, Лев. А уж, когда узнал, что ты ещё и женат… - Джон вздохнул, усмехнулся и продолжил говорить. – Я приступил к своему расследованию, которое, к моему сожалению, привело в твой дом.
Лев сделал шаг к английскому адвокату и зло прошептал ему прямо в лицо: - Только посмей сделать моей жене больно! Я не посмотрю, что ты английский подданный, так изувечу.
– Успокойся, Лев. Я этого не сделаю, по двум причинам. Во-первых, твоя жена очень тебя любит. И она такая красавица, что способна соперничать с Ариадной в твоём сердце. Я восхитился ею и расстроился одновременно. Как она бросилась защищать тебя перед Львом Львовичем! А во-вторых, я тебе не скажу, потому что … ты это скоро сам узнаешь. Всё, Лев, извини, я хочу танцевать. Я увидел здесь очень красивую девушку. Правда она пришла не одна, а с мужчиной – одуванчиком. Мне очень интересно, смогу ли я сдуть этого одуванчика от такой красавицы.
Лия поняла, что Джон Трен ушёл, потому, как чертыхнулся Лев. Он продолжал стоять возле беседки и молчать. Лия сидела в беседки и боялась только одного, что бы он в неё не зашёл…
Она закрыла глаза и старалась даже не дышать. Как долго это продолжалось, Лия не поняла. Она открыла глаза и вернулась в реальность, когда услышала женский голос.
– Значит, как договорились, так и будем действовать.
Лия и не сразу поняла, кому он принадлежит.
– Лёня, ты меня не предашь? – Продолжила говорить женщина и вдруг Лия поняла, что это Ева
– Да, я это понял. – Отвечал Еве мужской голос, и Лия никак не могла понять, кому он принадлежит.
– Но я не могу понять, зачем тебе это надо? Ты убеждала меня в том, что позабыла Льва Нарву и вчера была такой страстной…
«Боже, это же Леонид! Он тоже «подсел» на Еву, как на наркотик? – Поняла Лия и её сердце наполнилось жалостью к парню. – Она же выжмет из тебя всё до капельки, а потом выплюнет! Эх, Лёня, Лёня, тебе суждено понять, какой злой может быть любовь!»
– Ах, ты, мой милый мальчик, - голос Евы стал милым и ласковым, - ты не сомневайся во мне. Я не собираюсь мстить Льву Нарве, я собираюсь наказать самозванку, которая сначала меня обманула, а затем и Льва. А ты ещё вспомни, как она обманула вас с сестрой!
Лия услышала посапывание парня и поняла, что он пытается обнять Еву, а та его отталкивала.
– Перестань, Леонид, ты испортишь мне макияж и помнёшь платье, да ещё можешь повредить видеокамеру на своём костюме. Перестань, тебе говорю. Всё будет…. будет, но потом…. вечером, когда всё кончится… – Голос Евы со строгого тона перешёл на ласковый манящий и вскоре затих.
«Лёня достиг желаемого. – Поняла Лия и тут же ужаснулась. – У него с собой видеокамера?! Что же они хотят со мной сделать?!
– Она пыталась успокоить взрыв эмоций и слегка потёрла себе виски. – Так, если они сделают, что хотят, то фактически испортят весь праздник! Я не могу этого допустить! Я не могу допустить позора, который ляжет на плечи Мирзы и Льва Львовича! Эх, если бы я была уверена во Льве, но… - Лия вздохнула и тут же закрыла рот ладошкой. Прислушалась. – Кажется, возле беседки, никого нет?»
Она быстро выглянула, осмотрелась и несмело вышла из беседки. Быстрым шагом дошла до большого куста жасмина и выглянула из-за него.
Праздник продолжался и без неё. Лия видела радостные лица гостей, смотрела на танцующие пары, а боль захватывала её сердце всё сильнее и сильнее. Она тоже хотела бы сейчас в эту минуту стоять на танцполе в объятиях любимого и наслаждаться его близостью и музыкой, но…
Лия вспомнила объятия Льва во время их танца и вновь «полчище мурашек» пробежало по её телу. Она была счастлива в ту минуту и уже хотела признаться мужу во всех своих деяниях, но несколько слов, сказанных им, остановили её.
Лев прижал её к своему телу и шепнул на ухо: - Ты молодец! Так реалистично играешь! Даже я стал верить, что ты моя жена!
Лия испытала ужас и запаниковала. Она на самом деле ощутила себя чужой на чужом празднике.
«И всё же правильно назвала её Ева Рожкова самозванкой! Пусть всю правду знает Мирза, но её муж и сын вправе считать её такой.
– Мысли девушки были безжалостны. – Я действительно самозванка на этом празднике! И остаётся только бежать….»