Жена для Полоза
Шрифт:
— Алише хочет в городе обосноваться, устроиться на работу. Вы, если можно, помогите ей найти жилье и присмотрите, ладно?
Мама кивнула, взглянув в сторону двери в гостиную, где гостья укладывалась на диване спать, и сказала тихо:
— Не волнуйся, присмотрим.
Ну вот, теперь можно было и ложиться спать. Завтра утром она собиралась сходить еще на свою старую работу, разузнать, что там нового, и помочь устроиться Алише. Но это завтра, а сейчас Оля ушла в свою комнату. Села на кровать, возя босыми ногами по полу, задумалась. Из открытой
Привыкла она, что Саша всегда с ней. Как теперь без него спать? Тоскливо вдруг стало, захотелось туда, где он. Домой.
И вдруг шорох рядом.
Она вскинулась… Еле рот ладонью успела зажать. Он, Саша. Стоит рядом, улыбается.
— Ты…Ты как тут оказался?
— Оля, я всегда буду рядом, — сказал так легко и естественно, как будто для этого не надо было шагать через миры и на седьмой этаж карабкаться по стене ужом.
А потом просто утянул ее, как есть, босую и в одной ночной рубашке, на балкон. Там в цветочных горшках была земля. Достаточно было одного соприкосновения с землей, и они удрали вдвоем до самого утра.
Неизвестно, как провел ночь У-Лэншшш, которому пришлось срочно дергаться, но у Хозяйки ночь была замечательная. Вернул ее Саша ближе к рассвету. И спала бы она до полудня, но надо было еще сходить на старую работу.
***
На работу они пошли вдвоем. Решать вопрос трудоустройства Алише. И уже неизвестно, кто кого на самом деле охранял, потому что первое время нагиня всего шугалась даже при ее высокой способности к адаптации.
А Ольге было удивительно. Она отсутствовала в этом мире всего какой-то месяц, но уже совершенно четко осознавала, что ее дом там. И работа у нее там. А здесь… Здесь тоже кое-что интересное осталось.
Вот, кстати.
По пути к кабинету директора им встретилась гранд-дама — замгенерального по кадрам. Замерла, и удивленно так на нее уставилась, как будто призрака увидала.
— Оленька? Вы???
— Здрасьте, Марина Александровна, — сказала Оля.
А у той натурально глаз задергался.
— Но как…? — пробормотала она, глядя на руку, на которой было то самое кольцо змеиное обручальное, и тряхнула головой. — Это же невоз…
Ну да, невесты никогда еще назад не возвращались. А ей можно, она же Хозяйка. И пока гранд-дама эту невероятную информацию осмысливала, пока челюсть подбирала…
И тут Марина Александровна наконец заметила стоявшую рядом с Ольгой Алише. Ох, и выражение было у нее, разве что клыки ядовитые не высунулись. Да и у Алише вид был соответствующий. Как говорится, рыбак рыбака…
— Пройдемте ко мне в кабинет, — наконец прошипела гранд-дама, метнув на Алише взгляд далекий от восхищения.
— Кхммм, — дала о себе знать покашливанием Ольга.
Обе женщины разом повернулись к ней. А она сложила перед собой руки и спросила:
— Могу я быть уверенной, Мария Александровна, что вы трудоустроите мою подругу?
Гранд-дама вскинула на Ольгу
— Конешшшшно.
Ну вот и все тут. Можно было уходить. Адаптация пошла полным ходом, и через несколько минут гранд-дама уже шипела на Алише, с которой они заперлись вдвоем в кабинете:
— Ты новенькая, знай правила. Проявляй уважение ко мне. И чтоб ты не смела класть свой глаз на генерального. Генеральный мой!
— Фсшшшш? — фыркнула новенькая, плотоядно сверкнув глазами. — На что мне твой плешивый генеральный, тут найдутся мужчины и помоложе!
***
А Оля отошла за угол. С родителями она еще утром попрощалась. Теперь надо было только найти безлюдное место. Нашла, спряталась за кустами, сняла обувь и встала на газон. Позвала тихонько:
— Саша.
Через секунду она была уже дома.
************************************************************************
P.S. Несколько лет спустя.
Когда в крае впервые заговорили, что видели девчонку светленькую босоногую на утесе, а с ней двух змеенят, сначала многие не поверили. А потом шепоток пошел:
— Хозяйка…
И так удивительно, поверить невозможно, ведь больше века назад в последний раз объявлялась ящеркой*. Забыли уже про нее, думали, все. А тут на тебе.
Край глухой, слухами полнится. Говорили, что заходила девчонка эта к бабке одной, Степановной кликали. Так бабка долго потом отойти не могла, все поклоны клала да молилась на иконы. Думала, по ее душу Хозяйка. А та только воды попить, да горсть ягод ей оставила. Красных таких, кисло-сладких. А к утру те ягоды самоцветными камнями стали.
Вот тогда и поверили, ага. Искать встречи стали. Говорили, если Хозяйку встретить, то рядом с ней и богатство. Многие богатства искали. Да только бестолку это, Хозяйка так просто, по чьему-то хотению не показывалась.
И жадных людей не привечала.
А змеенят тех тоже, говорят, с ней видали. Один змеенок чуть побольше, синий аж черноту отливает, а другая змейка поменьше медно-золотистая, яркая. И видели, что детьми они обращаются. И будто бы их, девчонку ту босоногую, а с ней мальчонку чернявого с синими глазами и девчушку золотистую как солнышко, змей огромный синий с золотыми глазами приполз и забрал.
У тех, кто это видал, долго потом от страха зуб на зуб не попадал. Говорили разное.
Да что уж, край дикий, косность одна да темнота. Дикость и суеверия.
***
Прошло еще несколько лет.
Любители да кладоискатели все-таки в тот край повадились. На рудниках забытых ковырялись, камешки искали драгоценные, золото. И находили, бывало.
Один такой удачливый нашел в давно уже заброшенных копях изумруд. Большой, с грецкий орех. Неровный, но такой чистый, почти без пузырьков и трещин, и сочный, как трава. Такому изумруду цены нет.