Жена для киллера
Шрифт:
Глава 10
Когда меня привели обратно, моей сокамерницы уже не было. Я осталось совершенно одна. Железные кровати, грязный матрас и серые стены. Московская камера предварительного заключения не слишком радует своими комфортабельными условиями. А мне было все равно. После того, как мой жених бросил мне нож в спину — я уже не знала, что мне делать. Кому верить, а кому нет. С одной стороны я не понимала, что вообще происходит.
Все же нужно собраться с мыслями и хорошо подумать. Пока я тут страдаю — убийца моего брата спокойно разгуливает на свободе. А я осталась совершенно одна — помощи ждать не от кого. Поэтому думай Катя. Думай!
Я присела на койку, обхватила голову руками и начала думать. Итак, сначала пришел Коля с вином, именно после его вина все и случилось. Допустим, он подсыпал снотворное, но зачем ему это? Мотив? А мотива я не находила. Никита недавно устроился в банк, может что-то случилось там? Более вероятней. Но за такой короткий срок, он должен был узнать нечто сенсационное.
Я уверенна лишь в том, что Коля наверняка что-то знает. Знает, но ничего не скажет. Эх, была бы возможность, я обязательно у него спросила по полной программе. Женишок мой, оказался оборотнем. Зачем он только в любви мне клялся? Вот как после этого верить мужчинам? Не спорю, мне нравились его комплименты, нравилось проводить с ним время, но если бы я знала… Знала, какая окажется у него подлая душонка.
Пока я рассуждала, дверь камеры снова открылась и меня повели на допрос. Как же они мне уже надоели. Хотя для меня только все начинается.
Снова допросная, снова Быстрицкий. Теперь он выглядел более уставшим, а на его щеках выступила мелкая щетина.
Я не глядя на него, зашла в допросную, и села напротив него.
— Ну что? Поговорила с адвокатом? Сознаваться будешь? — спешно сказал он и усмехнулся.
— Что вы хотите от меня?
— А вот это уже, другой разговор! — Ты же знаешь, что тебе грозит? — задал вопрос Быстрицкий и внимательно посмотрел на меня. Тюрьма, десять лет колонии. Тем более ты говоришь, что не убивала. Но факты… Факты дело упрямое, — Быстрицкий начал расхаживать по комнате заложив руки за спину.
— Вот если бы ты согласилась нам помочь, — снова произнес он своим громким басом.
— Мне уже все равно, — спокойно ответила я.
После моих слов он резко подошел ко мне заговорил на несколько тонов ниже:
— Пистолет я твой припрячу. Твое дело отправят в архив, за недостаточностью улик. Тебя выпустят.
— Как благородно с вашей стороны. Сначала сажать меня в тюрьму, а теперь выпускать. И что я должна буду сделать взамен?
— Ты должна нам сдать киллера.
— Интересно, как же я это сделаю? Как я его найду? — не поднимая глаз, спросила я.
— Он сам тебя найдет. Но ты должна помнить, если надумаешь схитрить, то я быстро пистолет
— Какой же вы подлец Олег Леонидович!
— Значит, договорились?
Я ничего не ответила, а так и продолжала сидеть с опущенной головой. А может это он? Он — Быстрицкий Олег Леонидович убил моего брата? Им же нужно было меня сломать…
— Завтра я все оформлю, и тебя выпустят. Пора тебе на свободу. — Быстрицкий понял, что мое молчание — знак согласия.
Я поднялась со своего места и медленно поплелась к выходу. Затем обернулась и посмотрела на Быстрицкого. На его довольное лицо. Добился своего гад!
Как и обещал капитан, следующим утром меня выпустили. Сутки, проведенные в камере — показались мне целой вечностью.
Ранним осенним утром, я вышла на улицу, вдохнула свежего воздуха и почувствовала, как жизнь снова продолжается. Бежит, спешит, суетится.
— Фомина!
Я тут же отвлеклась, посмотрела перед собой и увидела Левина. Он стоял в нескольких метрах от меня и махал мне рукой. Я улыбнулась и подошла к нему.
— Подумал, что тебе сейчас как никогда нужна помощь. Может, поедем ко мне? Позавтракаем?
— Думаю, это не слишком удобно…, - смущенно ответила я.
— Вот и правильно, — вмешался в наш разговор Быстрицкий. Я совершенно не услышала, как он подошел к нам. — Сейчас езжай в банк на Комсомольском, поговори там, — обращался он к Левину, активно жестикулируя. — И Фомину с собой прихвати. Пусть тоже осматривается и потихоньку входит в курс дела.
— Слушаюсь, товарищ капитан, — спокойно произнес Левин, а затем взял меня за руку и потащил к машине.
— Вот Екатерина! Вот так всегда! — высказался он и открыл двери своего авто.
Я села вперед, Андрей тоже быстро запрыгнула на водительское сиденье, завел машину, и мы тронулись с места.
Сначала ехали молча. Я смотрела на дорогу и старалась не вспоминать о произошедших событиях, которые так ранили мое сердце.
Мы приехали на место. Андрей остановил машину возле трехэтажного здания банка. Красивое светлое здание, которое бросается в глаза. Вышли из машины, и он обратился ко мне:
— Ты подожди меня на улице, а я быстро опрошу их главного и вернусь, окей?
— Хорошо.
Андрей зашел в здание, а я огляделась по сторонам. Дул легкий ветер, тепло, но все же сыро. Под ноги медленно падали желтые листья. Осень в самом разгаре. Золотая, багровая. Я одна бродила вдоль тротуара. Людей — никого.
Неожиданно я увидела высокого мужчину в бейсболке, с черной спортивной сумкой в руках. Он резко вывернул из-за поворота. Мне показалось, что я его уже где-то видела. Его широкую, как скалу спину. Он удалялся от меня быстрой, уверенной походкой. Я решила пойти за ним. Покоя мне не давала спортивная сумка.