Жена для Бога
Шрифт:
– Что ты делаешь?
– Уношу тебя с собой!
Я усмехнулась, насколько хватило сил. На что маг неодобрительно фыркнул. Как мило. Смертный пытается выкрасть жену Темного Бога, который сам однажды выкрал жену у другого Темного…
Хотелось бы сказать, что сеешь, то и пожинаешь, но боялась, этот план провальный.
– Если б все было так просто, была бы я тут? Положи меня, – маг положил меня за край круга и мгновенно приобрел полупрозрачную форму.
– Я пойду в Темный Храм к Ваалу! – это оказалось последним, что я услышала, проваливаясь в кромешную темноту.
Глава 35.
Вот знак другой. Он чувства мне иные
Внушает. Дух Земли, ты ближе мне, родней!
Теперь себя я чувствую сильней —
Снесу и горе я и радости земные.
Как будто бы вином живительным согрет,
Отважно ринусь я в обширный божий свет...
(Гёте)
Открыв глаза, первое, что увидела, это темноту за окном. Ужин! Хаос его поглоти! Я надеялась, что не пропустила его, хотя, если бы это было так, Темный бы уже был тут. Ну, или, по крайней мере, я бы лежала у него в постели, а не на холодном полу.
Убрав последствия ритуала, я побежала в спальню приводить себя в порядок. Сходила в душ, и, вымыв голову, что пропахла жжеными свечами, я заколола волосы шпилькой. Переоделась в красивое, алое платье, расшитое золотыми нитями. А в груди больно защемило. Это я, что сейчас, для Агросса прихорашиваюсь? Нет! Это все конспирация! Если играть, то до последнего, не до Шопена конечно, но и до Мендельсона докатиться я не собираюсь!
Странные были ощущения. А может они были не моими во все? Что если Агросс полюбит меня? Вот только от таких мыслей мурашек становилось только больше. И слова Теона выбивали из колеи. Узнав весь этот ужас, как вести себя спокойно не подав виду?
Пройдя в большой зал, я увидела стол, полностью покрытый всякими яствами. В животе тут же квакнуло, и я покраснела в цвет платья. Агросс сидел во главе стола на пару с черным напитком. Смотрел на меня, словно оценивал, но я не стремилась подходить. Стояла в ожидании приглашения.
Он неторопливо встал и махнул головой на стул, что отодвинул. И я молча прошла и села. Уверенность, что якобы меня сопровождала до самого зала, куда-то ретировалась, оставляя меня наедине с дрожащими коленками и не менее дрожащими руками, которые я прятала под стол. Темный вел себя настолько спокойно и так неторопливо, что мне казалось, я вижу все в замедленной съемке. Желудок продолжал сжиматься от спазма, и я уже не понимала, от голода это или от волнения, или же страх тому причина? Чего я боюсь, я до сих пор не полностью понимала. Хотя, скорее того, что сейчас происходит там, за океаном. Люди умирают, а я сижу в роскошном замке, как у Христа за пазухой.
Темный подвинул бокал, наполненный черным напитком, и смерил меня заинтересованным взглядом.
– Как день прошел? – нарушила я молчание, закатывая глаза на… О! Какой прекрасный торшер, стоит неподалеку. Такой изысканный и такой же красный, как и большинство предметов
– Ешь, – сказал еле слышно и подвинул мне тарелку с едой.
Взглянув на рыбу меня начало мутить. И было так обидно и горько, что хотелось плакать. Она смотрела на меня так безжизненно, что я поперхнулась и всхлипнула, тут же вытирая выступившие слезы алой салфеткой. Представила то, что сейчас происходит в мире. Голод тут же пропал и уступил место тошноте.
– Если не нравится рыба, можешь съесть что-то другое.
– С чего вдруг такая забота?
– С чего-то же надо начинать. Вчера ты поцеловала меня, сегодня я пригласил тебя на ужин. Сегодня ты поцелуешь меня снова, – в его голосе было сплошное принуждение, и я непроизвольно скривилась, но я уже решила, если играть, то до последнего.
– И завтра я выведу тебя в парк.
– Я для тебя собачка какая-то? – бросила на него злой прищур.
– Поощрять меня за поцелуи выгуливанием по парку?
– Кака же ты дерзкая, – выдохнул, глядя в бокал.
– Ты же сама просила сменить обстановку.
– Ты просил поцелуй, а не целовать тебя каждый раз, когда вздумается! – он поднял на меня тяжелый, мрачный взгляд, а я попыталась подавить нарастающее волнение и очередной подкат тошноты.
– Чего ты боишься, Таира? – я напряглась, сжимая ножку бокала.
– Мне нравятся твои попытки побороть свой страх, - усмехнулся он.
Его голос казался сейчас таким бархатным и приятным, что я начала пьянеть, словно от вина, которого, кстати, не сделала даже глоток. Голос, словно чистая мелодия, проникал в меня. Он всегда был таким приятным? Нет! Что это я? Это явно очередные чары! Но напряжение с тела вдруг сошло, и какое-то необыкновенное спокойствие окутало, как теплое покрывало. Ну, что же вы молчите? Скажите что-нибудь еще… пожалуйста…магистр Азэрай.
Я поняла, что неотрывно смотрю в его глаза, подперев щеку рукой. Любуюсь в них своим же отражением. И вижу там какой-то смертельно-бледный вид.
– Я не сделаю ничего, пока ты сама не захочешь, – он притянул мою руку и коснулся холодными губами моих пальчиков.
– Ты сама позволяешь себя принуждать, но если я этого не сделаю, стол будет дрожать от страха вместе с тобой. Неужели я так противен тебе и ненавистен? Никто в мире не испытывает рядом со мной такого сильного страха, который испытываешь ты. И ты же при этом единственная, кто меня так неистово и прямолинейно презирает.
– Может ли в глубине похоти и разврата спрятаться любовь? – спросила, все также смотря в его глаза. Он опустил мою руку и снова помрачнел, словно любовь, нечто ядовитое для него.
– Без любви жить легче, – выдохнул он.
– Но без нее нет смысла.
После ужина он все же повел меня на прогулку в сад, не дожидаясь поцелуя. Казалось, что он хочет сделать мне приятное, при этом остается отстраненным, словно боится показаться уязвимым передо мной. Когда двери распахнулись, поток лесного аромата коснулся носа. Я встала у дверей, боясь сделать шаг, боясь потерять это мгновение. Прикрыв глаза, я ощущала запах каждой травинки и каждого листочка, что трепыхался на ветке. И теперь я очень боялась открыть глаза и увидеть, что всего этого нет.