Жемчуг
Шрифт:
– Правильные поступки даются самой большой ценой,- он поцеловал её в лоб.- Ты сделала лучшее, что могла. Всё будет хорошо,- он на миг прижал её к себе и крепко обнял, перепачкав её своей кровью и болотной тиной.
Но на неё накатила всепоглощающая волна тепла, спокойствия и уверенности. Как будто бы ты нашёл что-то безумно дорогое тебе на руинах родного дома.
Пёрышко бросила на него быстрый взгляд. Испачканный тиной, окровавленный и мокрый, он был самым близким для неё человеком в мире.
– Эй, коллегисты,- напряжённый
– Выглядят,- ответил Варг.
– тогда...- старик осёкся и устало вздохнул, опустив плечи.- Ладно, ладно,- он бережно положил лук на землю.- Я с ними, понятно? С коллегистами.
– Это мы ещё посмотрим,- опустив арбалет, из разрушенного домика прислуги показался господин Марек. Он сделал знак кому-то, и из зарослей бесшумно появились ещё трое охотников. А затем повернулся к Варгу и Пёрышко с улыбкой.- Рад видеть вас живыми, господа коллегисты.
Госпожа Ялина приветствовала их, как в первый раз. Когда они пришли в деревню, уставшие и голодные, она тоже будто бы ждала их у дверей таверны.
Только в этот раз она не улыбалась.
Порыв ветра заставил хозяйку таверны чуть крутануться в петле, затем - медленно повернуться в обратную сторону.
Пёрышко с сожалением смотрела на её бледное, красивое лицо. Оно казалось особо утончённым в последних лучах закатного солнца.
– Убила пятнадцать человек лично. И неизвестно скольких приказала убить,- Марек говорил это таким голосом, будто бы хвастался трофеем.- Опасная шлюха. Возглавляла их всех, хотя старостами или главами общин тут обычно выбирают мужиков.
– Она доказала остальным, что может быть лидером. Она рассказывала,- кивнула Пёрышко, чувствуя какой-то странный стыд.
– А она не рассказывала, как она это сделала? Полагаю, нет. Она убила двух других претендентов. Нам рассказал брат одного из них.
– О. А нам рассказывала про вдохновенную речь,- вздохнула Пёрышко.
– Похоже, вы проявили слишком много доверия,- Марек укоризненно покачал головой.- Я же говорил - не верьте им.
– А я поверила вам. И что теперь?
– И что же теперь?- Марек явно не уловил сути её мысли.
Вместо ответа Пёрышко обвела рукой сельскую площадь.
– Вот это.
– Такова цена нового порядка,- уверенно сказал охотник.
Тириарес не была уверена, что не просившие этого порядка люди были согласны на такую цену.
Башню храма уродливой гирляндой украсили повешенные. Тут и там валялись пронзённые стрелами люди. В центре площади, на помосте, высилась груда всякого добра. Хексахассеры - не меньше полусотни - сновали туда- сюда, с рвением и даже азартом неся всё новые и новые вещи. Сундуки, ручные полотенца, столовые приборы. Кто-то принёс даже детскую тряпичную куклу в платьице. Сухопарый охотник с журналом записей скрупулёзно описывал каждый предмет, иногда уточняя что-то
А у дальнего края площади, прижимаясь к стене храма, угрюмо толпились селяне. Где-то в глубине их толпы плакали дети, женщины тихо их успокаивали дрожащими голосами. А мужчины просто с ненавистью смотрели на окружавших их арбалетчиков.
Иногда к толпе подходил сержант и выкрикивал имя. Человек выходил вперёд, два охотника брали его под руки и вели в один из домов.
За пять минут, пока Пёрышко с отвращением и ужасом наблюдала, из домов с явным облегчением вышли семь человек, троих, избитых и плачущих, вывели охотники, а ещё двоих, затихших, сразу понесли прочь в мешках.
– Это обязательно?- проговорила она.- Трупы, грабёж?
– Грабёж? Трупы?- охотник уязвлённо нахмурился.- Реквизиция имущества и приговорённые. Так я называю это.
– Можете называть хоть бабочками и подготовкой подарков - от этого суть не изменится.
– Мы перепишем имущество и раздадим его этим людям, когда переселим на новое место. А мёртвые...- Марек развёл руками.- Они либо сопротивлялись, либо оказались виноваты в убийствах.
– Вы оправдываетесь.
– Перед вами?- охотник окинул её насмешливым взглядом.- Прекратите. Вы очень себя переоцениваете.
Пёрышко недовольно поджала губы. "Переоцениваете". Она абсолютно адекватна в своей оценке себя.
– Я просто констатирую факты,- продолжал охотник, поглядывая на снующих вокруг подопечных.- В этой деревне было два типа виноватых. Одни были обмануты, но оставались людьми и понимали границы допустимого. Другие - нет. Догадайтесь, кто сейчас болтается в петлях.
– Да- да, всё это - ваша цивилизаторская миссия,- пробормотала Пёрышко, снова поднимая взгляд на Ялину.- А они вас об этом просили?
– Мы принесём им новый закон, основанный на логике и справедливости, а не на суждениях эгоистичных шарлатанов.
– А они вас об этом просили?- повторила Пёрышко, задумчиво разглядывая умиротворённое лицо Ялины.
– А просит ли ребёнок перерезать ему пуповину при рождении?- охотник недовольно сморщился и покачал головой.- Прекратите жалеть тех, кто погиб. За всё нужно платить.
Пёрышко горько усмехнулась.
– Маги говорили мне то же самое. У всего есть цена, и её нужно платить. Не так уж вы и отличаетесь, как мне кажется.
– Вам кажется,- задетый за живое охотник раздражённо дёрнул себя за воротник.- По- моему, вы слишком доверились всем этим варварам. Что удивительно,- он сощурился,- ведь вы знаете, что они творили.
– Да, да, ужасные убийства, кровь, жертвоприношения, кошмар,- равнодушным голосом пробубнела Пёрышко, оглядываясь на дверь таверны.
Марек начал что-то бормотать о её неподобающем отношении, но сейчас ей было плевать. Синг и лекарь охотников пытались разобраться с ранами Варга. И пытались сделать это как-то слишком уж долго.