Желтые небеса
Шрифт:
– А с освещением у тебя тут порядок, – не дав ему заговорить первым, заметил, озираясь, Мартин.
– Эти сраные тьессины все забросили, а я налаживай, – раздраженно отозвался Юстан. – В одних помещениях свет нормальный, а в других фиолетовый, как в жопе…
«Значит, не можешь наладить. Не так уж хорошо ты контролируешь Гефаду».
Мартин еще раз огляделся. Что-то его зацепило. Даже не зацепило – резануло, и сейчас он пытался отыскать в хаосе предметов причину своей реакции. Что-то вызывало протест: такого быть не может! X-объекты? Да нет, к ним он уже успел привыкнуть. Как
Юстан уселся в обитое палевым бархатом кресло с инкрустированными перламутром деревянными подлокотниками – Мартин видел похожие во дворце у Корнелы бан Кунарды. Не похожие, точно такие же.
– Стой где стоишь! – развалившись, велел Юстан. – Узнаешь рухлядь? – он небрежно похлопал по подлокотнику. – Подарочек твоей бывшей любовницы. Она тебя не любила. Зато когда я уделяю ей внимание, она испытывает оргазм от одних звуков моего голоса!
Зная Корнелу, Мартин не усомнился в правдивости его слов.
– Я ее бог, а она моя рабыня. Я всегда уводил твоих женщин! – Юстан победоносно осклабился. – Я трахал твою жену-потаскушку, помнишь?
– Интересная информация, – кивнул Мартин. – Очень интересная. Особенно если учесть, что я никогда не был женат.
Издевки Юстана не достигали цели: его мимолетное увлечение Корнелой бан Кунарда, изящной и жеманной фаянийской аристократкой, нельзя было назвать любовью. Сейчас он вспоминал о ней без неприязни, но и без всякого желания.
– В прошлой жизни был! – безапелляционно заявил Юстан.
Пожав плечами, Мартин задал вопрос, который интриговал его гораздо больше:
– Цефалопод в сирфийской гостинице – твоя работа?
– Моя, – Юстан расплылся в улыбке до ушей. – Эта осклизлая тварь заставила тебя содрогнуться, а? Я ее прямо в номер забросил, не промазал… А ты, дурак, не понял, что это знак неотвратимого рока? Ты не виляй! Тебе больно вспоминать о дурочке Корнеле, которая тебя обманула, и ты стараешься уйти от разговора, я тебя насквозь вижу!
Мартин обшаривал взглядом зал, один квадратный метр за другим: что в этом пестром хаосе подействовало на него в первый момент как удар током? Зеркало в форме многоугольника, удваивающее окружающий беспорядок. Не то. Солванский шкаф из полированного дерева, с золотыми вензелями на дверцах и четырьмя миниатюрными башенками по углам наверху. Не то. Какой-то потрепанный диплом в рамке. Не то.
– А глазенки-то бегают… – счастливо констатировал Юстан. – Повезло мне сегодня! Я следил за дураком Бениусом, который возомнил, что я о его сентиментальной интрижке ничего не знаю, и вдруг в гости пожаловал ты! А Бениус теперь будет мучиться и считать себя предателем… Чем больше в человеке вины, тем он податливей, как пластилин. Это из сильных ничего не вылепишь – таких я превращаю в зомби, ни на что другое они не годятся.
Вот и разгадка: под наблюдением находился Бениус, и Мартин, вступив с ним в контакт, тоже засветился. Надо было сразу нырять в туннель, а не трепаться с первым встречным. Растяпа.
Картины борешанистов, вроде тех, что он видел в «Дендроэкспорте» – черное и белое, скупые стремительные линии. Не то. Плетеная корзина с налитыми желтыми плодами. Не то. Похожая на золотое деревце ширанийская
– Я кое-что приготовил для Бениуса, чтобы подтолкнуть его духовное развитие, – задумчиво изрек Юстан. – Надо помогать людям жить, и я всем помогаю…
По спине у Мартина пробежал холодок. Он никогда раньше не видел эту женщину. И все-таки он ее уже видел. Во сне.
– Убийца, ты чего? А-а… – нагловато-наставительная интонация сменилась тоскливой. – Значит, ты ее помнишь?!
Хорошо натасканный мозг Мартина, перебрав и разложив по полочкам все данные, уже выдал ответ.
– Помню. Эта женщина была в одном из тех снов-внушений, которые транслировал икс-объект, находившийся у Эша. Как ты их программируешь?
Он спросил наудачу – вдруг Юстан захочет похвастать и расколется, – но эффекта, который за этим последовал, он не ожидал.
– Дурак! – заорал Юстан, выпрыгнув из фаянийского кресла, будто его выбросило пружиной. – Дурак, дурак, дурак!!!
Покачнувшись, кресло тяжело рухнуло на блестящий ониксовый пол.
«Я вызвал у психа кризис», – отметил Мартин, пока еще не зная, хорошо это или плохо.
– Ты дурак! А Эш мне сразу поверил! Это все было, было, память о прошлом не исчезает, только закрывается, а Гефада ее раскрывает! Одни дураки не верят! Я установил у Корнелы в спальне аппаратуру и снял данные, когда ты у нее трахался, а потом сделал настройку по своим собственным воспоминаниям! Ориентир – большой старый город под желтым небом, мы оба там когда-то жили! Гефада дала мне великие знания! – Юстан вопил, потрясая кулаками и брызжа слюной. – Это все правда, одна правда! Я дал Эшу тьессинский ретранслятор, настроенный на тебя, он будил твои воспоминания и передавал мне видеозвуковые копии! Постой… – он умолк и уставился на Мартина, тревожно моргая. – Она же тебе не снилась, такой записи я не получал!
Поколебавшись, Мартин решил, что вреда не будет, и объяснил:
– Это было уже после смерти Эша. Я малость поэкспериментировал с твоим ретранслятором. Ты об этом не знал?
Юстан был похож на обиженного мальчишку, которому только что сообщили, что его класс побывал на экскурсии в космопорте без него.
– Убийца и подонок… – прошептал он с горечью. – В той жизни ее у меня отняли, а теперь ты лишил меня своего воспоминания о ней! Эш посылал сюда сигнал, когда включал ретранслятор, иначе копия не запишется. Гефада – такая сволочь… Тьессинские сволочи, которые ее создали, не предусмотрели автоматическую запись!
«А может, предусмотрели, да ты не врубился», – подумал Мартин, на шаг убавив расстояние между собой и Юстаном.
– Стоит ли так переживать? – спросил он вслух, делая второй шаг.
– Где тебе понять… – Юстан тоскливо покачал головой в громоздком шлеме. – Для меня драгоценно все, что относится к той жизни. Я там столько всего сделал ради людей… Я там был высоким красивым парнем, бабы на меня так и вешались! Это здесь мне досталось тело, как у задрипанного клерка-неудачника… Даже Гефада не может подсказать, как туда вернуться.