Железный кулак
Шрифт:
– Не-на-ви-жу!!! – внезапно завизжала она. – Мразь!!! Пидор!!! Козел!!! Дерьмо свинячье!!! – молодая вдова разразилась отборнейшей матерной бранью, порывисто вскочила на ноги и бестолково забегала по комнате, ежесекундно натыкаясь на мебель. Недавно пустые глаза запылали огнем безумия, на губах выступила пена, тело конвульсивно дергалось. Валентина определенно находилась на грани умопомешательства и не отдавала себе отчета ни в своих словах, ни в действиях.
– Петька!! Родственничек чертов!! Урод лысый!!! – вперемежку с матюгами выкрикивала она. – «Жучки»… Я должна была догадаться… Мать-перемать!! Ты мне заплатишь, скот!!
Тюрина схватила с подставки расписную японскую вазу и с размаху
– Что случилось? – осматриваясь по сторонам, хрипло спросила она. – Кто тут все поломал?
– У тебя произошел нервный срыв, – собирая в банку с водой хватающих ртами воздух рыб, пояснил я. – А комнату разгромила ты сама, в припадке бешенства. Ничего страшного, бывает!
– Я что-нибудь говорила? – заказчица бросила на меня испытующий взгляд.
– Скорее орала, – хмыкнул я.
– Что именно?! – напряглась Тюрина.
– Материлась, похлеще пьяного грузчика.
– И все?!
– Остальное разобрать было невозможно, – мягким тоном психотерапевта соврал я. – Сплошной нечленораздельный вопль.
Валентина заметно расслабилась.
– Извини, Сережа! – помолчав секунд тридцать, обычным, нежным голоском пролепетала она. – Такой кошмар творится! Вот я и сломалась. Мне очень стыдно перед тобой!
– Не переживай, – ободряюще улыбнулся я. – Бывают срывы и похлеще. На войне не раз доводилось видеть. А теперь надо поспать. Пускай нервы успокоятся. Снотворное есть?
– На кухне, в аптечке…
– Прекрасно, обожди чуток!
Я принес с кухни упаковку реладорма, скормил Тюриной три таблетки, дал запить водой, отвел ее в спальню, уложил на кровать и укутал пледом. Транквилизатор подействовал быстро. Спустя пять минут молодая вдова свернулась калачиком и начала тихонько похрапывать. Плотно зашторив окна, я вышел в коридор, прикрыл дверь, заперся в ванной и развернул переданную Сенцовым записку.
«С милицией вопрос улажен. Дело взято под контроль ФСБ. Вместо изъятых микрофонов мы установили свои. Будь осторожен. По-моему, дамочка не так проста, как хочет казаться. Если раздобудешь новую информацию, звони в любое время суток», – гласил выполненный бисерными буквами текст.
Новая информация у меня уже имелась. Чиркнув зажигалкой, я сжег бумажку, смыл пепел в раковину, пустил воду и набрал на мобильнике Сашкин номер.
– Петька… Родственничек чертов… Урод лысый… «Жучки»… должна была догадаться… Ты мне заплатишь, скот, – связавшись с Сенцовым и живописав припадок Валентины, процитировал я ее выкрики.
– Чрезвычайно интересно! – обрадовался Сашка. – Обязательно уточним «лысого Петю»! А ты, Серега, будь осторожнее!
– Повторяетесь, сударь, – рассерженным шепотом ответил я. – Ладно, созвонимся!
Я спрятал трубку в карман, умылся, освежился одеколоном, прошел на кухню, проглотил таблетку обезболивающего, заварил зеленый китайский чай, тяжело опустился на табуретку и закурил сигарету. Сломанные ребра под корсетом и новым бронежилетом тупо ныли, тело налилось свинцовой усталостью. В глазах рябило. Часы показывали начало шестого вечера…
Глава 6
Там же.
2 часа спустя.
Усилившийся с наступлением темноты ветер нагло ломился в оконное стекло. Вероятно,
– Как самочувствие, Сережа? – участливо спросила незаметно подошедшая Валентина.
– Нормально, – оторвавшись от экрана, проворчал я.
– Вот и чудненько! – мурлыкнула Тюрина.
Двухчасовой сон явно пошел ей на пользу. Лицо посвежело, щеки румянились, глаза блестели. Ни малейшего следа недавнего безумного «концерта»! Очаровашка, да и только!
– Нам с тобой придется прокатиться в один ночной клуб, – затараторила она. – У меня там назначена важная встреча с деловым партнером, которая должна была состояться еще утром, но… помешали проклятые убийцы. Итак, собирайся!
– А чего мне собираться? – лениво зевнул я. – Куртку да ботинки надеть.
– Классный ты мужик, Сергей! – хохотнула Валентина, откровенно раздевая меня взглядом. – Стальные мышцы! Молниеносная реакция! Невероятное самообладание! Давно таких не встречала! Давай потом, после клуба, познакомимся поближе? – молодая вдова прижалась к моему плечу упругой грудью без лифчика и жарко задышала мне в ухо.
– После клуба ляжем спать. В разных комнатах! – отрезал я, подумав неприязненно: «Хороша штучка! Квартира кровью провоняла, а ей хоть бы хны! Секса жаждет. Я-то ладно, привык, но для „слабой женщины“ это, пожалуй, слишком!»
Тюрина отстранилась, разочарованно хмыкнула и отправилась наводить макияж…
Ночной клуб «Брайтон Бич» считался одним из наиболее престижных в городе. Полутемный, шикарно отделанный зал заполняли «новые русские» в соответствующем прикиде. Многие с личной охраной. Цены, разумеется, «кусались». Заказанные мною чашка кофе и пачка сигарет обошлись в кругленькую сумму. Я сидел за маленьким отдельным столиком неподалеку от эстрады. Тюрина, поджидавшая своего делового партнера, расположилась неподалеку, примерно метрах в двух. На сцене в лучах разноцветных прожекторов выплясывал с микрофоном у рта Моисей Борисов – скандально известный певец-гомосек: крашенный под блондина, с несколькими серьгами в ухе, в полупрозрачной распашонке, с развратной, размалеванной рожей. Он, вернее оно, противно завывало о «голубой луне», дикой страсти, пылких объятиях, наркотическом кайфе и т. д. и т. п. Меня корежило от отвращения. Я люто ненавидел педерастов и с трудом сдерживался, чтобы не выхватить пистолет и не вогнать ублюдочной твари пулю в лобешник. (Вообще-то по правилам клуба оружие, даже зарегистрированное, полагалось сдавать при входе, но я сумел обмануть металлоискатель. Как именно – секрет фирмы.) Посетители переговаривались между собой, с энтузиазмом поглощали спиртные напитки, закусывали различными деликатесами и без устали дымили сигаретами. Их секьюрити бдили, сверля подозрительными взглядами всех и вся. Воздух постепенно густел от табачного дыма. Между столами шустрили юркие официанты обоих полов.