Железный аргумент

Махров Алексей

— Да, столица… — неопределенно буркнул Дагар и склонился над картой, расстеленной на небольшом походном столике. Ярослав увидел на ней густую сеть пометок вокруг Аннаполиса — красные крестики, синие линии… Когда граф оторвался от карты, в его холодных глазах почудилась печаль. Он помолчал пару минут и сказал: — Завтра пересечем условную линию Приграничья, попадем на коренные земли Империи. Дорога станет получше, без этих жутких колдобин, где лошади ломают ноги. Появятся поля, рощи, деревни, городки.

Ярослав хмыкнул и допил чай. В костре трещали сухие ветки, отбрасывая длинные

тени на лица воинов. Где-то невдалеке неожиданно взвыл степной волк, и один из пограничников машинально достал из чехла лук. Краснов тоже напрягся, но явной опасности не увидел.

— Мы скоро приедем в столицу, Игорь Петрович?

— Через неделю, если вдруг не пойдут дожди — вскоре ты почувствуешь изменение климата — где-то здесь заканчивается теневая зона, образованная Приморскими горами. Поменяются направления ветров, в воздухе появится влага…

Вскоре местность действительно начала меняться. Бескрайняя степь постепенно уступала место полям пшеницы и ржи, разделенным аккуратными прямыми межами. Вдоль дороги появились редкие рощи — сначала чахлые, с кривыми деревцами, но чем дальше на восток они ехали, тем гуще становилась растительность и выше деревья.

— Интересно, а здесь медведи водятся? — спросил Ярослав, озираясь по сторонам, когда они пересекали очередную «лесополку».

— Нет, — ответил Дагар. — Тут только лисы да зайцы. Медведи, тигры, кабаны и даже зверюги, похожие на земных мамонтов, только помельче, водятся на северо-востоке от Аннаполиса. Вот там сохранились настоящие леса — темные и густые, вроде нашей сибирской тайги. А здесь уже очень давно и слишком активно развивали сельское хозяйство, деревья повырубили, живность истребили. Людей стало больше, чем зверушек.

Действительно, с каждым днем они встречали все больше людей — купцов с телегами, крестьян с корзинами, всадников-дворян. Деревни теперь попадались чуть ли не через каждые пять лиг — аккуратные домики с черепичными крышами, окруженные декоративными заборчиками.

На пятый день пути они остановились в небольшом городке у переправы через реку Серебряную. За рекой лежали центральные провинции Империи, здесь почти абсолютная власть графа Дагара официально заканчивалась.

Отряд устроился в гостинице на сутки, чтобы помыться и дать отдых лошадям. Ярослав прогулялся по улицам, с удивлением разглядывая трех-четырехэтажные многоквартирные дома.

— Ничего себе, почти настоящая цивилизация! Тут, наверное, даже теплые сортиры есть! — пошутил он. — В приморских королевствах я такого не видел, там почти вся городская застройка была частной и не выше двух, максимум трех этажей.

Дагар усмехнулся:

— Это просто дыра в сравнении со столицей, Ярослав. В Аннаполисе дома в пять раз выше, частенько встречаются десятиэтажные.

— А как жильцы без лифта на верхние этажи поднимаются? — усмехнулся Краснов.

— Нормально поднимаются, ножками! — вернул усмешку Дагар. — Но если серьезно — существуют различные канатные подъемники, с приводами от водяных колес. Приедем — увидишь! И не только это, еще много разных технических чудес — ты и представить себе не можешь, к каким открытиям приводит сплав магии и техники!

Когда на

десятый день пути на горизонте наконец показались белые стены Аннаполиса, Ярослав замер в седле.

— Твою мать… — только и смог сказать он, ошарашенный открывшимся зрелищем.

Город казался огромным, раскинувшимся на холмах, как драгоценность в оправе трех колец крепостных стен. Десятки многоэтажных зданий вздымались к небу, а над всем этим возвышался Императорский дворец — массивное здание с золотыми куполами, сверкавшими в лучах полуденного солнца.

— Ну как? — спросил Дагар, наблюдая за реакцией Ярослава, словно сам, лично построил всё это сверкающее великолепие.

— Экзотично! — улыбнулся Ярослав, уже пришедший в себя — на Земле он видел много городов больше и красивей. — Вид, как на плитке шоколада! А внутри, подозреваю, нечистоты рекой, вонища, крысы, нищие в тряпье!

Граф, в ответ на такое заявление, хмыкнул и самую малость обиженно пробурчал:

— Подожди, всё увидишь!

Подъехав к городским стенам, они попали в толпу — купцы, крестьяне, немногочисленные всадники, всё смешалось в шумном потоке. Пробиться к воротам, минуя очередь на проверку, помогла старая добрая сословная дискриминация — народец попроще стремительно расступался перед кавалькадой из двух десятков вооруженных всадников с хмурыми мордами. Стражники в синих плащах, едва увидев лицо Дагара, склонились в поклоне, а их старший громко произнес, перекрикивая гул толпы:

— Добро пожаловать, Ваша светлость!

В ответ граф только вежливо кивнул.

Улицы столицы встретили их хаосом красок и запахов. Торговцы с лотками, кабацкие зазывалы, уличные акробаты, горожанки в опрятных платьях с корзинками на сгибе локтя, хмурые, звероватого вида мужики в кожаных колетах, явно бывшие военные, жрецы светлых богов в белых одеждах — устроили перед отрядом пограничников пестрый водоворот.

— Куда едем? — спросил Ярослав, видя, как граф направляет коня на широкий проспект, ведущий, казалось, прямо к Императорскому дворцу.

— Сначала, конечно, домой! — ответил Дагар и перехватил взгляд Краснова. — Нет, дорогой друг, до дворца мы еще не скоро доберемся! Пара дней на отдых у нас точно будет — пока мелкие чиновники доложат о моем возвращении своим начальникам, а те, соответственно, на самый верх!

— Императору? — уточнил Ярослав.

— Нет! — Дагар скривился, словно откусил кусок лимона. — Не императору. Он еще очень молод и не принимает самостоятельных решений. За него это делает Совет регентов — группа самых богатых и родовитых аристократов, числом двенадцать. К счастью, я сумел найти среди них сторонников.

Особняк графа стоял в богатом квартале, недалеко от дворца. Не самый роскошный на этой улице, но солидный — трехэтажный, из белого камня, с небольшим садом за кованой оградой. На крыльце их ждала целая делегация: десяток слуг, узнаваемых по одинаковым камзолам с вышитыми на рукавах и груди гербами; пятеро внушительного вида воинов в полном боевом облачении, в доспехах и шлемах — охранников. А за широкими спинами мужчин едва виднелись женские лица, в которых Ярослав мгновенно опознал Яну, Арину и ее «воспитанниц».